Первое кругосветное путешествие на велосипеде. Книга первая. От Сан-Франциско до Тегерана. - Томас Стивенс

здесь свои головы, чтобы превзойти турецкое войско, а Алексинац был сожжен дотла. Русские установили гранитный памятник на холме, возвышающемся над городом, в память о своих товарищах, погибших в этой битве. Сегодняшние дороги в среднем даже лучше, чем вчера, и в шесть часов мы въезжаем в Ниш, в ста двадцати километрах от нашей отправной точки сегодня утром и двести восемьдесят от Белграда. Когда мы входим в город, толпа заключенных, работающих на укреплениях, забывает о своих гремучих оковах и цепях и страданиях своего положения, и достаточно долго приветствует нас неистовым воплем одобрения, и охранники, которые стоят над ними на этот раз, по крайней мере, не одергивают своих подопечных, потому что их внимание также полностью поглощено тем же удивительным предметом. Ниш, кажется, полностью восточный город, и здесь я вижу первых турецких леди, чьи черты скрыты за белыми паранджами. В семь или восемь часов утра, когда еще сравнительно прохладно, и люди тянутся к рынку, продавать или покупать дневные запасы продовольствия, улицы выглядят довольно оживленно, но во время дневной жары сцена меняется на запустение и леность. Респектабельные граждане курят наргиле («пузырь Хаббла» Марка Твена)(кальян) или спят где-то вне поля зрения. Бизнес, как правило, приостанавливается, и в каждом тенистом уголке можно увидеть смуглого оборванца, растянутого по всей длине, совершенно счастливого и довольного, что ему позволено провести время в покое.

Человеческая природа поистине одинакова во всем мире, и здесь, в отеле в Нише, я встречаю человека, который задает несколько разумных вопросов, которые мне периодически задавали в разных местах на обоих континентах. Этот интересующийся — еврей - комивояжер, немного владеющий английским языком, и выяснив после короткого разговора, что, когда встречаются горы или какие-то другие небольшие препятствия, я слезаю с велосипеда и толкаю его, он собирает все свои знания английского и понятия о езде на велосипеде чтобы спросить, не возьму ли я с собой человека, чтобы подталкивать в гору!

Выезжая из Ниша этим утром, мы останавливаемся рядом в пригороде, чтобы из любопытства взглянуть на мрачный турецкий памятник в форме квадратного каменного сооружения, который турки построили в 1840 году, а затем облицевали весь фасад ухмыляющимися рядами сербских черепов частично встроенных в постамент. Сербы, естественно, возражающие против того, чтобы черепа их товарищей были таким образом открыты для взгляда всех, с тех пор удалили и похоронили их; но ряды углублений на толстой изуродованной поверхности по-прежнему несут безошибочные доказательства характера их бывших обитателей. Аллея цветущих слив затеняет ровную дорогу, ведущую из Ниша на несколько километров, но сильная гроза в ночное время сделала кручение педалей довольно кабальным, хотя дорога становится более твердой и гладкой, но также более гористой, когда мы постепенно приближаемся к Балканским горам, эта башня поднимается к заоблачным землям прямо впереди. Утро теплое и душное, указывающее на дождь, и длинный крутой подъем, километр за километром, по балканским склонам - совсем не детская игра, хотя пейзажи самые милые, одна перспектива особенно напоминает мне вид на горы Биг Хорн в Северном Вайоминге. На нижней части склона мы подъезжаем к механе, где, помимо множества тенистых деревьев, мы находим источники чрезвычайно восхитительной прохладной воды, льющейся из щелей в скалах, и, свободно раскинув наши вспотевшие тела под благодарную тень и позволяя холоду воды играть на наших запястьях (лучший метод в мире охлаждения себя при перегреве), мы оба голосуем, что это было бы самое приятное место, чтобы переждать жару. Но еще лишь раннее утро, чтобы думать об отдыхе, и поэтому предстоящая перспектива подъема в гору предупреждает нас о том, что пройденное сегодня расстояние будет в лучшем случае достаточно коротким.

Балканы покрыты зеленой листвой до самых верхних скал, дикие груши не имеют ничего примечательного. Между горными отрогами кружатся очаровательные маленькие долины, а ливень прошедшей прошлой ночью придает свежесть всей сцене, что, возможно, бывает не каждый день и будет удачей увидеть, даже если жить здесь. Эта область смешанных долин и покрытых лесом гор может быть естественным домом разбойников, и свирепо выглядящие образцы человечества с длинными орудиями в руках, спешно карабкающиеся вниз по склону горы к нашей дороге впереди, выглядят как истинные разбойники, что направляются к нам с целью захватить нас. При ближайшем рассмотрении, это оказываются мирно настроенные пастухи, которые, держат в руках альпенштоки и стараются увидеть, «что там из мира странных вещей, движется по дороге». Их мелодичные звуки, когда они играют на каком-то инструменте, приветствует наши уши с дюжины горных склонов вокруг нас, а мы наклоняемся сильнее к колесу и постепенно приближаемся к вершине. Черепахи иногда удивленно смотрят на нас, греясь в солнечных лучах посреди дороги. И, когда к ним пристаешь, они шипят в знак протеста, но если мирно пройти мимо, видно, как они сбегают в кусты, как будто благодарны за побег. Несчастные волы терпеливо трудятся наверху, буквально дюйм за дюймом, таща за собой тяжелые, скрипящие повозки, загруженные различными импортами, среди которых я замечаю квадратные банки американской нефти.

Встречаются люди верхом на лошади, длинные восточные орудия которых, перекинуты у них за спиной, а нож и пистолеты в поясе, выглядят совершенно свирепыми. Однако эти люди не только совершенно безвредны, но я искренне думаю, что потребовалось бы приложить особые усилия, чтобы заставить их даже думать о схватке.

У парня, лошадь которого мы напугали на скалистой набережной, с неизбежным риском сломать шею лошади и всадника, было и оружие, и нож, и пистолеты. Все же, хотя он, вероятно, считает нас эмиссарами лукавого, он ни в коем случае не является опасным персонажем, его оружие - всего лишь побрякушки, чтобы украсить его личность. Наконец, вершина этого участка достигнута, и начинается долгий, благодарный спуск в долину реки Ниссава. Покрытие дороги во время этого спуска, в среднем очень хорошее, но не всегда является абсолютно гладким; несколько ям и множество разъезженных мест требуют быстрой руки и острого взгляда, чтобы проехать без приключений. Новая граница Сербии проходит южнее этого горного хребта.

Говорят, что горцы "всегда свободны". В равной степени можно добавить, что костюмы жен и дочерей горцев всегда более живописны, чем костюмы их сестер в долинах. В этих Балканских горах их костюмы представляют собой поистине чудесное сочетание цветов, не говоря уже о фантастических узорах, по-видимому, смесь идей, заимствованных из Запада и Востока. Одна женщина, которую мы только что проехали, носит свободные, плавные панталоны Востока ярко-желтого цвета, облегающую куртку такого же