Соблазнение - Лорейн Хит

всегда ничего так не любил, как быть свидетелем или участвовать в хорошо спланированной расправе или мошенничестве.

— Тея, познакомься с моим братом Эйденом. Эйден, позволь мне оказать тебе честь и представить мисс Стэнвик.

Эйден одарил ее одной из своих дьявольских усмешек, которыми он был так знаменит, взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев. Несмотря на то, что на ней былоперчатки и его брат не мог почувствовать шелковистость ее кожи, у Зверя все же было сильное желание ударить его. Что было явно нелепо, потому что Эйден был безумно влюблен в свою жену.

— Очень приятно, мисс Стэнвик.

— Приятно познакомиться с вами.

— Так как вы с моим братом познакомились?

Он все еще держал ее за руку, черт бы его побрал.

— В данный момент это неважно, — вмешался Зверь.

— Нам нужно перейти к делу. Где он?

Глаза Эйдена заблестели, когда он вернул свое внимание к Зверю. Из всех своих братьев и сестер Эйден был тем, кто смеялся больше всех и воспринимал жизнь как великую шутку. За исключением тех случаев, когда дело касалось его жены и сына. Тогда он был серьезен, как немой, сопровождающий похоронную процессию. Он наклонил голову в ту сторону, куда должен был посмотреть Зверь.

— За столом на полпути вдоль этой стены. Светловолосый мужчина, чье лицо нам виднее всего.

Мужчина был хрупкого телосложения, меньше, чем он ожидал. Стоя, он не мог быть выше пяти футов восьми дюймов, да и то с натяжкой. Его одежда была исключительно хорошо сшита. Его волосы выглядели так, как будто его камердинер несколько минут назад причесал их щеткой и уложил. Его движения были утонченными и элегантными. Она выбрала павлина, чтобы полюбить и выйти замуж. Теперь она стояла рядом с настоящим медведем.

Краем глаза он видел, как она слегка наклонилась вперед, без сомнения, пытаясь определить, о ком они говорят. Зверь понял в какой момент она увидела его, потому что она чуть слышно ахнула, отпустила его и прижала обе руки ко рту.

— Это Чедборн.

Она резко подняла на него взгляд, посмотрев, будто он предал ее.

— Ты знал, что он будет здесь?

Он кивнул.

— Послание проинформировало меня. В нем просто говорилось: "Он здесь." Это было все, что ему было нужно.

Она повернула голову в сторону карточной комнаты, затем снова к нему.

— Это тот вопрос, которым тебе нужно было заняться?

— Да.

— Что ты собираешься делать?

— Хочу убедиться, что он потеряет каждый фартинг, который принес с собой сегодня вечером.

Это было незаметно, но он увидел, как тревога в ее глазах уменьшилась, как будто она боялась, что он намеревался убить его. Это осознание причиняло боль, и он знал, что боль была иррациональной. Да, он был зверем, однажды он уже убил, и у него не было желания повторять этот опыт.

— Сколько фунтов в фишках тебе нужно для начала? — спросил Эйден.

Зверь не отводил взгляда от этих прекрасных голубых глаз, которые, как он боялся, могли проклинать его.

— Тысяча.

Эйден ушел, чтобы забрать деревянные фишки.

— Ты собираешься сыграть и рискнуть потерять тысячу фунтов? — спросила она, явно напуганная.

— Нет. А вот ты да.

Воздух вышел из ее легких, как будто он ударил ее.

— Ты что, с ума сошел?

— Не думаю. Как ты думаешь, зачем я учил тебя правилам игры в карете?

— Потому что ты хвастун.

Она была бы намного счастливее, если бы причиной было именно это.

— Тея. — Он твердо выдержал ее взгляд.

— Изначально с ним планировал сыграть я, но, выходя из библиотеки, я понял, что это не моя борьба. Это не меня он публично унизил. Это не от меня он отвернулся и не меня бросил.

— Забрав у него деньги, которые он принес с собой сегодня вечером, я ничего из этого не изменю.

— Не изменишь. Его унижение от проигрыша не сравнится с тем, что пережила, но это уже кое-что. И иногда это все, что можно сделать. Как только ты вернешь Эйдену тысячу фунтов, которую он тебе одолжил, остальная часть того, что ты выиграешь, будет твоей. Ты сможешь сделать с ними, что тебе заблагорассудится.

Ей совсем не нравилась надежда, которая наполнила ее при этих словах. Еще немного денег, которые можно отложить, возможно, достаточно, чтобы она могла немедленно заплатить Бет за приданое.

— А если я проиграю?

— Этого не произойдет. Я сяду рядом с тобой, и если тебе понадобится помощь в определении того, какую карту выбросить, ты можешь спросить меня.

Она действительно испытала бы некоторое удовлетворение, победив Чедборна.

— Он вполне может уйти, когда увидит меня. Как ты видел на примере леди Джослин, мне были бы более рады, если бы у меня была чума.

— Я сомневаюсь, что он уйдет. Но я не хочу, чтобы ты чувствовала, что у тебя нет выбора. Если ты не хочешь играть с ним, это сделаю я. Но ты должна понимать, что он — цель моего прихода сюда сегодня вечером, и я добьюсь своей цели. Эйден может попросить одного из своих людей сопроводить тебя обратно в резиденцию. Ты можешь остаться и посмотреть. Или ты можешь сыграть и нанести ему пощечину, которую он заслуживает.

В этот момент она поняла, что была не очень хорошим человеком. Она не только хотела видеть, как Чедборн проиграет, но и хотела быть ответственной за его проигрыш. Приняв решение, она быстро и решительно кивнула.

— Нет, я сыграю с ним сама.

— Хорошо. Когда все будет сказано и сделано, я думаю, ты будешь очень рада, что сделала это.

— Вот, пожалуйста, — сказал Эйден, протягивая Бенедикту маленький поднос, наполненный деревянными фишками, и не выказал никакого удивления, когда поднос был передан ей.

— Каждая из них стоит десять фунтов. Удачи.

— Я постараюсь их не проиграть.

Он пожал плечами, как будто это не имело большого значения.

— Я не волнуюсь.

Он коснулся руки Бенедикта.

— Парень в красной рубашке, сидящий напротив Чедборна — просто похлопайте его по плечу, и он пересядет за другой столик.

— Нам понадобится твой специальный дилер.

— Дэнни уже там, он позаботится о том, чтобы Чедборн выиграл достаточно раздач, чтобы к вашему приходу он был поверил в свои силы. А теперь развлеки меня, поставив его на место.

Бенедикт покачал головой, и она заподозрила, что если бы он был из тех, кто закатывает глаза, то он сделал бы это. Как бы то ни было, он повернулся к ней.

— Ты готова?

— Можно сказать, что да.

Успокаивающе положив руку ей на поясницу, он повел ее вокруг столов, сквозь