Удар молнии - Дмитрий Казаков

Вилли стартовал, когда дистанция составила метров десять. Горячий вихрь ударил во все стороны, сминая деревья и кусты. Модуль на столбе пламени поднялся в черное небо и исчез.

Я спешно принялся пробираться назад. На открытом месте имелось больше шансов дожить до утра, чем в сплетении ветвей, где ничего не видно на расстоянии вытянутой руки.

Вскоре мой фонарик уперся в круг выжженной почвы. На его краю нашлось подходящее дерево для антенны. Я швырнул "паутинку" вверх и она тут же запуталась в густой кроне.

Приемник занял место на запястье рядом с универсатором.

Притихшие после старта челнока джунгли обрушили на меня водопад звуков. Из тьмы доносился неприятный скрежет, словно терлись друг о друга деревянные челюсти, что-то квакало и чавкало, с ветвей раздавались пронзительные трели, чуть слышно шумели деревья.

Между стволами плыла густая туманная дымка, и даже звезды наверху были видны плохо. Просвечивали только самые яркие, да и то в виде белесых размытых пятен.

Мне оставалось в темноте, сырости и одиночестве ждать рассвета.

Солнце вылезло из-за горизонта огромным голубоватым шаром. Сразу стало жарко, проникающие сквозь кроны лучи беспощадно кусали кожу. Я пожалел о том, что не взял никакого защитного крема.

В путь двинулся с первыми лучами рассвета. Идти приходилось по топким джунглям, под ногами чавкала вода, мягко хрустели сминаемые растения. В зарослях шуршали какие-то твари, но на глаза не показывались.

Одной рукой я орудовал мачете, прорубая дорогу, а в другой держал парализатор. Наверняка в этих "гостеприимных" местах водились хищники достаточно крупные, чтобы покуситься на человека.

Подтверждением этой гипотезы стал низкий, рокочущий рев, донесшийся откуда-то с севера. Он напоминал не крик животного, а шум работы какого-то механизма, но поджилки от него тряслись здорово.

Жара становилась все сильнее и довольно скоро я обнаружил, что задыхаюсь. Под лучами светила вода активно испарялась и туман делался все гуще, я шагал в густом белом сумраке, с волос текло, одежду можно было смело выжимать. – Вот дьявол! – сказал я, вытряхивая воду из ствола парализатора.

Какое-то существо с резким криком пронеслось над самой головой. Я инстинктивно пригнулся, а что-то мелкое, пищащее плюхнулось мне на плечо, попыталось прокусить прочную ткань комбинезона.

Но костюм легкой биологической защиты рассчитан на такие сюрпризы, так что я брезгливо стряхнул с плеча тварь, похожую на мохнатый шарик. С одной ее стороны имелась зубастая пасть, а с другой – несколько присосок.

Вторая брякнулась мне на голову, третья вцепилась в ухо. Надо мной с воплями носились какие-то тени, а с неба падал настоящий десант из кусающихся и пищащих существ.

Я пальнул из парализатора вверх и бросился под крону ближайшего дерева.

Выстрел не пропал зря – наземь шлепнулось нечто, напоминающее летучую мышь с размахом крыльев около метра. При падении она перевернулась на спину и мне стал виден живот, изрытый какими-то ямками, похожими на крупные оспины.

В одной из них, к моему удивлению, торчало крошечное зубастое создание!

Так это что, пищащие твари сыпались на меня из животов таких вот "летучих мышей"? Резкие звуки вверху стихли и я рискнул подойти и осмотреть чудовищное существо. И сразу все понял – на маленькой и тупой морде, напоминающей рукоятку пистолета, не было рта, только ноздри для дыхания.

Рты у нее были выносные! Забросав жертву зубастыми шариками, "летучая мышь" садилась рядом и ждала, пока они сожрут ее. Потом собирала "десант" и продолжала полет, получая через присоски питательные вещества.

Пнув тварь на прощание, я подумал о том, как повезет биологу, который доберется сюда первым, если его, конечно, не съедят в первый же день. Дальше шагал осторожнее, едва заслышав резкие звуки, тут же прятался под деревья. Туман все сгущался, над кронами плыли самые настоящие облака, густые и тяжелые.

Солнце потонуло в них, как в пуховом одеяле, стало прохладнее.

Когда я достиг узкой и мутной реки, хлынул дождь. Если бы я не был мокрым, то вымок бы до костей в первые же пять минут. А так мне оставалось трястись от холода и тщетно мечтать о сухости.

Дождь кончился, облака рассеялись. Солнце вновь протиснулось сквозь них и заново стало поджаривать землю. Цикл начался снова. Я готов был поспорить на что угодно, что сегодня успею попасть под ливень еще не раз.

Глава 13.

Через реку пришлось переправляться вплавь, но учитывая, что я и так вымок с головы до ног, это меня не особенно затруднило. После реки джунгли стали проходимее и даже можно сказать, суше. Появились следы присутствия разумных существ, а потом я вступил на самую настоящую дорогу.

Второй дождь настиг меня в момент, когда лес оборвался, открыв расположившееся на вырубке селение. Дома стояли на сваях, напоминая скопище пауков с блестящими острыми спинами, по полю около них с урчанием двигались сельскохозяйственные машины.

При моем появлении одна из них остановилась, и из кабины выпрыгнул представитель расы нри. Высокий и темнокожий, он напомнил бы человека, если бы не что-то вроде костяного гребня от горла до паха и не длинные, свисающие до колен руки.

Назвать его оскал дружелюбным не отважился бы и откровенный пацифист. – Чтхо надхо? – не столько сказал, сколько пробулькал нри. – Ты ктохль такой? – С неба свалился, – ответил я правдиво. – Далеко ли до города? – Стчитай, что тххы прихшел, – в руке нри оказался здоровенный тесак, а другой он без размаха врезал мне в челюсть. Не уклонись я в последний момент и не смягчи тем самым удар, остался бы с крошевом во рту вместо зубов. Тем не менее меня швырнуло на землю.

Нри оскалился еще злобнее и бросился на меня. Ему на помощь от других машин спешили сородичи. Парализатор в моей руке сухо щелкнул и агрессивный абориген без звука хлопнулся наземь. – И так будет с каждым, – сказал я, вставая, – кто будет разговаривать со мной невежливо…

Челюсть после удара болела и слова я произносил невнятно, но обитатели деревушки меня прекрасно поняли. Остановившись, они принялись сверлить меня неприязненными взглядами. – Вот так-то лучше, – сказал я, – и больше не пробуйте меня убить. У вас все равно ничего не выйдет, а вот я кого-нибудь могу и покалечить…

Они так и остались стоять около дороги мокрыми и злыми статуями, а я пошел дальше.

Второй раз на меня напали в самом селении. Самая настоящая стрела оцарапала мне руку, а из-под ближайшего дома выскочили несколько шипящих ктубху, похожих на мохнатых пауков.

Двое остались лежать неподвижно, прочие удрали. Прибегать к пистолету я пока не хотел. До сих пор на меня нападали просто по привычке, а убей я кого-нибудь из местных, то охоту на чужака могло начать все селение.

А с такой проблемой справиться будет сложновато.

Когда дорога вновь нырнула в джунгли, то они показались мне на редкость приятным и дружелюбным местом. Слухи о том, что убивают на Линче так же легко, как и сморкаются, подтвердились полностью.

Город выглядел маленьким и грязным. Торчащие из туманной дымки – основной части пейзажа на Линче – кривые и грязные здания занимали склоны пологого округлого холма.

Улицы были узкими и идти приходилось вдоль самой стены. Мимо время от времени грохотали тяжелые, облепленные грязью вездеходы, иной транспорт в условиях Линча был так же бесполезен, как веер во льдах.

Едва войдя в город, я перешагнул через валяющееся поперек дороги тело осторита. Похожее на петуха-переростка существо дышало с негромким клекотом и от него за несколько метров разило перегаром.

Одним из сомнительных вкладов человечества в галактическую цивилизацию стало внутреннее употребление спиртосодержащих веществ. Прочие расы изобрели иные способы одурманивания мозгов, но этот оказался самым эффективным и дешевым. За последнюю сотню лет его освоили все соседние цивилизации.

На меня смотрели подозрительно, но без особого интереса. В отличие от деревни, чужаки в городе не были такой уж редкостью. К югу от него располагался космопорт. Один раз затянутое тучами небо там рассекла грохочущая огненная стрела садящегося корабля.

Поднявшись по узкой улочке, больше напоминающей канаву, я оказался на вершине холма. Тут располагалась круглая площадь без обычной для более приличных колоний статуи основателей, но с похожим на бруствер зданием, над дверью которого болталась вывеска "Мэрия".

В любом месте, где живут разумные существа, должна быть власть.

Даже на Спилберге или на Линче.

И именно с ее помощью я собирался найти волдхо, о котором не знал ничего, даже того, как он выглядит. Времени на то, чтобы искать такую информацию, у меня не было, хотя вполне возможно, что в пределах Федерации ею вообще никто не обладал.

Дверь "Мэрии", как и следовало ожидать, оказалась плотно закрыта. При ее изготовлении не пожалели брони, а где-нибудь в толще вполне мог быть спрятан веерный парализатор – для особенно настойчивых посетителей.