Мертвый рассвет - Вики Ройдон

по обе стороны от Эби, он опирается ими о столешницу, на которой она сидит. Снова так близко… Куда ближе, чем должен быть, но достаточно близко, чтобы Эби это нравилось.

– Когда ты наконец перестанешь делать глупости? – Его голос звучит мягко, без тени упрека. От этого сердце Эби на мгновение замирает, а затем начинает стучать еще чаще. Дыхание снова сбивается.

Она перестает мотать ногами. Приоткрывает рот, тяжело вздыхая, и не знает, что сказать. Мэттью так близко сейчас, но остается абсолютно недосягаемым. Это разрывает ее сердце на куски, и она грустно улыбается.

– А когда уже ты совершишь какую-нибудь глупость?

Он смотрит ей в глаза, кажется, вовсе не моргая, и Эби кожей чувствует раскаленный воздух вокруг. Она словно не может им надышаться. Биение собственного сердца в ушах оглушает, и Эби хочет заставить себя отвести наконец взгляд, понимая, что начинает мелко дрожать.

Но в какой-то момент ей кажется, что лицо Мэттью становится еще ближе. Она буквально чувствует его дыхание на коже. Эби думает, что, похоже, слишком сильно ударилась головой, но отчетливо видит, что взгляд мужчины опускается ниже ее глаз. Она выдыхает, больше не пытаясь скрыть дрожь.

И тогда он совершает глупость.

Мэттью подается вперед и целует ее. Это шокирует. Эби чувствует, как внутри что-то взрывается, заставляя девушку испытать самый чудовищный страх в своей жизни. Она медленно закрывает глаза, чувствуя прикосновение его носа к своему. Его дыхание горячее, и она чувствует тепло его кожи. Поддавшись собственному безумию, Эби позволяет ему скользнуть языком по своим губам и приоткрывает рот, целуя его в ответ. Она поднимает дрожащие руки и обнимает его за шею, боясь, что он может исчезнуть в любой момент. Ей страшно, что он снова оттолкнет ее.

Эби никогда еще никого так не целовала в своей жизни. И никто не целовал так ее. Затерянная в собственном блаженстве, она даже не сразу чувствует, как Мэттью нежно кладет ладонь на ее щеку, углубляя поцелуй. Эби жадно целует его в ответ, теряя всякое самообладание. Она обвивает ногами его талию, желая прижать еще ближе к себе, и тонет в его запахе, медленно теряя рассудок. Она позволяет ему целовать себя жадно и нежно одновременно. Их дыхание словно стало одним на двоих, и Эби теряется в многообразии ощущений: в одно мгновение ее бросает в холод, но в следующую секунду она изнывает от жара во всем теле.

Но это заканчивается раньше, чем она ожидала. Так мало. Ей всегда будет слишком мало. Мэттью медленно отстраняется, все еще держа ее лицо в своих ладонях, и нежно водит своим носом по кончику ее. И когда Эби осмеливается открыть глаза, первые несколько секунд от переизбытка чувств она ничего не видит. Эби пытается сфокусироваться, когда Мэттью медленно отдаляется, и она может наконец рассмотреть его глаза. От голубой радужки почти ничего не осталось, огромные черные зрачки поглотили ее, наполнив безумием и отчаянным желанием. Это порождает в Эби еще более пламенные чувства. Тепло его рук на ее лице становится почти неощутимым, а затем и вовсе исчезает.

Эби хочет кричать. Она хочет, чтобы он вернул все как было. Но его собственный взгляд будто проясняется, и Мэттью прислоняется своим лбом к ее, и девушка слышит, как сбито его дыхание.

– Ты заставляешь меня терять контроль, – шепчет он прямо ей в губы, и Эби чувствует, как дрожь внутри зарождается с новой силой. – Так не должно быть.

Она распахивает глаза, когда Мэттью вдруг делает шаг назад, и ее ноги безвольно повисают в воздухе. Ее взгляд полон отчаяния, когда она видит сожаление на лице мужчины.Она ненавидит это. Она хочет закричать, что это было лучшее, что с ней случалось в жизни, но Мэттью делает еще один шаг назад.

– Je suis désolée[15], – разрезает тишину его шепот, и у Эби словно обрушивается все внутри.

Неприятный, душащий ком образовывается в горле, и глаза девушки предательски жгут слезы, когда Мэттью разворачивается и медленно уходит. Эби продолжает сидеть там, даже когда слышит, что закрывается дверь на улицу. Она хочет побежать за ним, но понимает, что это окончательно растопчет остатки ее достоинства. Эби сжимает губы в тонкую линию и спрыгивает на пол. Ее ноги все еще дрожат. Так и не проронив ни слезинки, она поднимается наверх и закрывается в ванной. Жар в теле продолжает пожирать ее разум.

XVI

Он хочет ее.

Это занимает все мысли Эби, ее голова забита только одним: Мэттью теряет контроль рядом с ней. Она хочет злиться на него, хочет ненавидеть, но просто не может. Эби прокручивает произошедшее в голове, снова и снова. Его реакция на поцелуй была просто защитой, так он спрятал свои настоящие чувства и продолжает это делать. Но она заставляет их вырываться наружу, заставляет признать то, что Эби вовсе не безразлична ему.

Она думает об этом довольно долго, укрывшись пока в своей комнате. Эби размышляет над тем, нужно ли ей снова закрыться здесь и не попадаться Мэттью на глаза несколько дней, пока снова не заскучает по нему. Или же ей стоит спуститься вниз с гордо поднятой головой, потому что из них двоих она не прячет свои чувства.

Переодевшись в джинсы и распустив волосы, она все-таки спускается вниз. Мэттью внизу нет, и девушка понимает, что он до сих пор не вернулся, хотя на улице уже смеркается. Выйдя на улицу, Эби проверяет, стоит ли на дороге машина, и, убедившись, что автомобиль на месте, она возвращается в дом. Наверняка Мэттью где-то блуждает, видимо, погруженный в свои мысли, так что Эби находит спрятанную в шкафу бутылку вина и оценивающе осматривает. Понимая, что других вариантов нет, Эби возвращается в гостиную с бутылкой вина и выбирает одну из виниловых пластинок. Установив ее в проигрыватель, девушка аккуратно опускает иглу и закрывает глаза, когда мелодия наполняет комнату. Пританцовывая, Эби наполняет свой бокал и, поднеся его к носу, втягивает невероятный аромат напитка, прежде чем делает первый глоток.

Она решает, что устала слишком много думать и переживать из-за всего на свете, ей просто нужно немного расслабиться. Алкоголь обжигает горло, а по телу разливается приятное тепло, пока на языке остается приятное послевкусие. Закрыв глаза, Эби неспешно кружится по комнате, представляя, будто танцует не одна. Она представляет лицо Мэттью под закрытыми веками, перебирая ногами и двигая плечами. С третьим глотком ей становится легче, и она громко