Цветок на ветру (СИ) - Татьяна Лисицына

Как же так произошло, что я потеряла их двоих? Внезапно она вспомнила, зачем пришла в дедушкину комнату. По телефону ей сказали, что она должна принести костюм, в котором он должен отправиться в последний путь. В последний путь. Это так грустно. Она смахнула мешавшие слезы и открыла дверь шкафа. В шкафу в строгом порядке висели дедушкины вещи. К сожалению, Зое его аккуратность не передалась. Она почему-то все разбрасывала, словно спешила куда-то. Она выбрала коричневый костюм, кажется, дедушке он нравился больше всего. После выхода на пенсию Дмитрий Александрович продолжал следить за тем, чтобы его внешний вид оставался опрятным. Зоя всегда улыбалась, наблюдая, что отправляясь за хлебом, он надевал галстук. Она аккуратно уложила его вещи в большой пакет и только тут вспомнила, что до сих пор не позвонила маме. Не хотела ее волновать раньше времени, надеялась, что Катя найдется. Она вздохнула и подошла к телефону. Она поговорит с мамой и пойдет в милицию. Ей надо написать заявление. Да, вчера ей сказали, что надо принести Катины фотографии. Она открыла альбом и при виде улыбающейся родной мордашки дочери снова заплакала. Катя, милая, где ты? Ты не можешь покинуть меня! Какая она была глупая, что еще вчера, когда еще два родных человека были рядом, переживала из-за того, что ее личная жизнь не задалась. Сейчас она бы дала обещание вообще никогда не встречаться с мужчинами, если бы это помогло вернуть дочь и дедушку. Она взяла несколько последних фотографий Кати и перецеловала каждую из них, прежде чем убрать в сумку. В укромном уголке, куда, она надеялась, не залезет Юра, в старом альбоме нашлась фотография Руслана.

Глава 46

Катя спала на заднем сидении автомобиля, подложив под щечку кулачок. Во сне она улыбалась. Алла то и дело оборачивалась и смотрела на нее с жалостью. Катя сразу понравилась Алле, возможно еще и потому, что была очень похожа на ее любимого Руслана, и сейчас она испытывала угрызения совести, из-за того, что они в буквальном смысле выкрали ее у матери, насильно разлучив с привычным окружением и родным городом. Сможет ли она, Алла, так долго мечтавшая о ребенке, заменить ей мать? И получится ли у них та семья, о которой ей рассказывал Руслан? Алла много раз задавала вопрос — зачем она решилась на преступление? Из-за любви к Руслану или из-за чего — то другого? Но только сейчас поняла, что это произошло из-за того, что она по-прежнему верила в свою глупую мечту о семейном счастье. А без детей ведь нет счастья, даже рядом с любимым человеком. И вот сейчас, когда Катя мирно посапывала у нее за спиной, у нее вдруг создалась иллюзия того самого счастья. Она бросила взгляд на Руслана. Интересно, испытывает, ли он такие же чувства или просто доволен, что смог отомстить ненавистной жене?

— Руслан, — спросила она шепотом. — Ты счастлив?

Он оторвал напряженный взгляд от дороги и покрутил пальцем у виска.

— Ты что, дуреха? Я устал, как собака, а до Саратова еще триста километров. Наверное, придется остановиться на ночлег. Эта старушка едет слишком медленно, чтобы доехать в один день.

Старенькие «Жигули» первой модели были куплены специально для поездки в Саратов. Сразу по прибытии Руслан собирался продать их на запчасти. Потом он купит другую машину, гораздо лучше. Ведь у них после покупки двухкомнатной квартиры в Саратове осталось еще много денег, цены на жилье там были намного ниже.

— А это не опасно, останавливаться? — испугалась Алла.

— Я бы с удовольствием поменялся бы с тобой местами, если бы ты не была такой бестолковой и могла бы вести машину, хотя бы по прямой. Но ты даже для этого не создана.

Алла вздохнула. Управление автомобилем, переключение передач и лавирование среди потока казалось ей делом чрезвычайной сложности, явно не для нее.

— Я понимаю, милый, тебе нужнее отдых, но Катя так хорошо спит.

— Ничего, поспит в мотеле. Я устал, глаза болят от встречных фар. К тому же я хочу выпить.

— Когда ты планируешь рассказать все Кате?

— Когда проснется, — буркнул Руслан, припарковываясь у придорожного мотеля.

От остановки Катя открыла глаза и села на сидении.

— Папа, где это мы?

— Мы путешествуем, — бодро сказала Руслан. — Сейчас пойдем в кафе. Ты, наверное, проголодалась?

— Нет, — Катя пыталась что-то разглядеть за темным окном.

— Тогда я куплю тебе мороженое, хорошо?

— Хорошо. А когда ты отвезешь меня домой?

Руслан промолчал, сделав вид, что занят, а Алла повернулась к ней.

— Ты хорошо поспала?

— Да, — Катя терла маленькими ручонками глаза.

— Давай ручку, Катюша, — он открыл заднюю дверь и взял девочку на руки, бросив Алле ключи. — Запри машину. Мы пойдем посмотрим, что здесь за кафе. Тебе понравилось кататься?

— Да, здорово. — он опустил ее на землю и присел перед ней на корточки. — Ведь ты всегда хорошо проводишь с папой время, правда?

— Да. А когда мы поедем к маме?

— Я должен сказать тебе одну вещь, — Руслан убрал ее выбившиеся из косы волосы. — Мы еще не скоро поедем домой. Твоя мама сейчас очень занята своим магазином и у нее нет для тебя времени.

— Мама все время занята, — капризно топнула ножкой Катя. — Но я все равно хочу домой. Мне надоело ехать в этой машине.

— А мы больше и не поедем сегодня, — сказал Руслан примиряющим тоном. — Только завтра. А сегодня мы пойдем ужинать, а потом ляжем спать. Ты, наверное, устала?!

— Я не хочу спать, — заявила Катя и заметив приближающуюся Аллу спросила: — Зачем ты взял ее с нами?

Руслан от удивления не знал, что ответить, а потом пробормотал:

— Тетя Алла будет заботиться о тебе.

Алла подошла к ним и с тревогой взглянула в лицо девочки, пытаясь угадать: сказал он ей или нет.

Пока Катя в кафе разглядывала витрину, Алла шепотом спросила:

— Как она это восприняла?

— Я сказал ей, что она пока проведет время с нами, — шепотом ответил Руслан.

— Ну, может это и к лучшему, — с облегчением согласилась Алла, и они занялись выбором ужина. Катя ела плохо, ковыряла вилкой в тарелке и канючила. Руслан даже прикрикнул на нее. Алла обеспокоено наблюдала за девочкой, пытаясь угадать, что творится в этой маленькой головке. Потом они заплатили за трехкомнатный номер в мотеле, и Алла стала укладывать Катю спать.

— Мама читала мне на ночь книжку, — заявила она, глядя на взрослых своими большими карими глазами, в которых не было и тени сна.

— Но у нас нет здесь книжки, — растерянно ответил Руслан.

— Тогда я не буду спать, — заявила она, слезая с постели и пытаясь обуться.

— Ложись, ложись, — Алла поспешно сняла с нее ботинок. — Я расскажу тебе сказку, — она присела на краешек кровати. — Закрывай глазки и слушай.

Алла вспомнила сказку о принцессе на горошине, и хотя Катя заявила, что знает эту сказку, она все-таки устроилась под одеялом.

После принцессы на горошине, последовала сказка о гадком утенке, потом о голом короле и только, когда Алла начала рассказывать ей про Белоснежку, она заметила, что девочка заснула. Некоторое время она с умилением наблюдала за ней. Удивительно красивая девочка, но какая капризная и своевольная. Им придется тяжело. Убедившись, что она крепко заснула, Алла осмелилась погладить ее по темным волосам. Руслан лежал на постели с открытыми глазами, глядя в потолок.

— Ну, как? Освоилась с ролью мамы? — поинтересовался он.

Алла кивнула.

— Мне она нравится. Она милая и так похожа на тебя. Но судя по тому, сколько раз она вспоминала маму за сегодняшний день, Катя очень к ней привязана.

— Ничего, забудет. Она еще маленькая. Через пару месяцев будет тебя мамой называть.

Алла улыбнулась. Неужели возможно такое счастье?! Она посмотрела на спящую Катю и перевела глаза на Руслана. Да, все правильно, и прочь все сомнения — теперь они станут настоящей семьей. Она умылась над раковиной, тихо разделась и легла рядом с Русланом. Ей долго не удавалось заснуть. Она думала о Зое. Где-то там, в Москве, она мучается, потому что не знает, где ее ребенок. Она представила, как эта красивая и уверенная женщина в слезах мечется от окна к окну, не зная, что думать. Ей, конечно, жаль Зою, но зачем она так поступила с Русланом? Такого мужчину надо держать обеими руками. Разрушить семью, оставить ребенка без отца?! Все это не укладывалось у Аллы в голове. Она вспомнила свое детство. Ее отец частенько напивался, и поколачивал их обеих, но мать никогда не жаловалась. Это от нее Алла переняла покорность и готовность жертвовать собой. Мужчина — вот кто главный в семье, его надо всячески ублажать. Иначе — уйдет к другой, это она крепко усвоила. Одиноких женщин гораздо больше, чем мужчин. Здесь не поможет ни красота, ни ум. Ее мать панически боялась развода и была готова на любые унижения, только бы отец остался с ними. Возможно, это было из-за того, что мать никогда нигде не работала и останься они одни, она не знала бы как устроиться с ее восемью классами образования. Алла вздохнула. В голову поползли совсем не те воспоминания. Когда Алле исполнилось четырнадцать, мать заметила, что отец начал поглядывать на ее наливавшееся тело с вожделением. Как-то один раз прижал ее в углу, задрал юбку и долго трогал. Она испугалась и рассказала матери. Та велела ей молчать и не сопротивляться отцу.