Подлинное искупление (ЛП) - Коул Тилли

После этих слов все мы замолчали, но переглянулись. Мы не могли позволить этим выродкам заявиться к нам на порог. Времени на то, чтобы позвать сюда Палачей из других штатов, уже не осталось. Нам придется справляться с этим дерьмом самим. У нас не было времени. Вообще, бл*дь, ни на что.

— Ты что скажешь? — сказал Кай, как всегда, прочитав мои мысли.

— Брат Стефан с другими вероотступниками все еще там, Фиби тоже. Мне нужно их оттуда вытащить. Мы с Иудой поменялись местами. Его держат в камере. Если все пойдет по плану, то он там и останется. Я, как Пророк, должен четыре дня заниматься очищением Хармони. Четыре дня полного уединения — никто не смеет мешать Пророку очищать окаянную. Охранники поверят, что Иуда — это я, его одели в мою одежду. На период свадебных торжеств ежедневные побои прекращаются, поэтому никто ничего не должен заподозрить. Это позволит нам выиграть время.

С совершенно опухшей головой я попытался решить, что, черт возьми, делать.

— Стикс, — произнес Райдер.

Я зыркнул на него.

— Не жди, пока он на тебя нападет. Вы в меньшинстве. Цель Иуды — вы, но что еще хуже, это и ваши женщины… и моя женщина тоже. Он хочет, чтобы они заплатили за то, что все испортили. Он искренне верит, что они слуги дьявола. Если мы не нападем, то всё, что мы сделали, быстро обнаружится. Мои друзья погибнут, а Иуда нападет.

Я сделал два шага вперед и посмотрел на козла, который устроил моему клубу столько гребаного дерьма. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не сжать руку в кулак. Чтобы устоять перед нестерпимым желанием врезать ему прямо в лицо.

— Сделай это. И дай мне тебе в этом помочь… потом… потом делай со мной все, что захочешь. Я не буду сопротивляться. Я… знаю, что всё это заслужил, — он сглотнул, и его лицо приняло спокойное выражение. — В этой общине есть ни в чем не повинные женщины и дети, и некоторые мужчины тоже. Им нужна помощь. Они не хотят воевать, они до смерти напуганы, но у них нет другого выхода.

Его взгляд стал более пристальным. Он обвёл глазами всех братьев.

— Я знаю, что всех вас на*бал, — он посмотрел на Кая. — И допустил, что с вашими женщинами случилось все это дерьмо, которому я должен был помешать. Но единственный способ остановить Иуду — это добраться до него первыми… и для этого вам нужен я.

— Зачем? Когда мы можем просто напасть и разнести там всё на куски? — прищурившись, спросил АК.

— Там есть мои люди, у которых для вас припрятан Иуда. Потом я, как Пророк Каин, могу безопасно вывести оттуда ни в чем не повинных людей. Могу собрать всех охранников и старейшин, чтобы вы их прикончили. И тогда у этой «веры» больше не останется ни одного последователя.

— Твой брат мой, — прорычал Кай, не сводя с Райдера своих голубых глаз.

Я увидел промелькнувшую на лице Райдера боль от того, что он подписывает своему брату смертный приговор, но он согласился.

Всем было ясно, что эту тварь необходимо остановить.

Не в состоянии выговорить эти слова, Райдер кивнул головой. В сарай ворвался Таннер и коротко кивнул мне в подтверждение. Райдер повалился на землю.

Повернувшись к своим людям, я сказал жестами:

«Церковь. Сейчас же.»

— А с Пророком что будем делать? — спросил Викинг, указав на Райдера.

Я уставился на лежащего на полу, сломленного и закованного в тяжелые цепи Райдера.

«Оставим этого говнюка здесь. Он никуда не денется… пока мы не решим, взять ли его с собой, чтобы он помог нам раз и навсегда покончить с этим сектантским дерьмом, или воткнуть ему в сердце мачете. Что сделать раньше.»

Я вышел из сарая и направился через двор к клубу. Братья один за другим последовали за мной, и мы заняли наши привычные места в Церкви.

Кай облокотился на стол и уронил голову на руки.

— Ты можешь поверить в это гребаное дерьмо?

Я ударил молотком по деревянному столу, и все братья посмотрели на меня.

«Итак, — жестами сказал я, — что, черт возьми, будем делать?»

Кай перевёл, и в комнате воцарилось молчание. Первым заговорил АК. В таких вещах брат всегда брал инициативу на себя.

— Мы идем. На этот раз — и я сам не верю, что это говорю — думаю, Райдер не врёт. Я предлагаю сделать так, как он сказал. Там есть люди, которых я не люблю убивать — дети, женщины…, — он откашлялся. — Людям, которые вернули Беллу, нужно свалить, особенно отцу. Затем мы прикончим всех оставшихся ублюдков. Любой, кто встанет у нас на пути, умрет. Мужчина, женщина, ребенок. Мы нападаем, предполагая что, все, кого Райдер не вывел — это наши враги, и будем придерживаться этой херни.

— Боеприпасы у них серьезные. Если они действительно готовятся к нападению так, как сказал этот засранец, мы должны появиться, когда они нас не ожидают, — произнес Таннер.

— Лучшая защита — нападение, — протянул Ковбой со своим жутким каджунским акцентом и откинулся на спинку стула с таким видом, словно ему на все на свете плевать.

Я обвел взглядом сидевших вокруг стола. Все братья согласно кивнули.

— А потом? — спросил Кай.

Я знал, о чем он спрашивает. Поэтому я рассказал ему свой собственный план того, что, бл*дь, произойдёт, когда мы вернемся в клуб. С этим тоже все согласились.

— Дерьмо, — сказал Булл и налил себе текилы. — Поверить не могу, что мы снова полезем в этот конченый ад.

Он опрокинул в себя стакан и ударил им по столу.

Викинг взял текилу и отхлебнул прямо из бутылки.

— Ну, не знаю, лично у меня сейчас нефиговый стояк. В последнее время здесь слишком тихо. Когда у нас нет на примете никакого помешанного ублюдка, которому нужно надрать задницу, это уже не то. Да это просто ох*ительная вишенка на гребаном мороженом, что это будут именно фанатики. Обожаю смотреть, как эти пидоры убегают от нас в своих длинных белых платьях. Большинство из них подыхает, потому что просто не может быстро передвигать ногами под всеми этими длинными тряпками. Бл*дь. Весело ж!

— Это не платья, а туники, — сухо сообщил Викингу Хаш.

— Да? — Викинг развернулся к Хашу. — Туники, да? Ну, что-то мы не видим, чтобы твоя смазливая упругая попка расхаживала в платье. А, синеглазка?

Викинг улыбнулся и многозначительно подмигнул.

— Хотя, вы же с Ковбоем трахаете друг друга, разве нет? Друзья, пидоры и все такое? Если вы назначите одного из вас спермосборником, туника очень облегчит вам дело. С ней, скажем так, розовому кию будет легче пробраться к черной лузе.

— Твою ж мать, да не трахаемся мы! Я, бл*дь, сыт по горло твоим гребаным длинным языком! — взревел в ответ Хаш.

— Я хочу убивать, — прорычал Флейм.

Только его внезапный выпад остановил Хаша от того, чтобы не сорваться со стула и не надрать Викингу его тупую бледную задницу. Флейм водил ножом по рукам. Но не до крови. Он только царапал руку по одиннадцать раз. Он взглянул на меня, и его глаза, казалось, стали еще темнее.

— Я хочу убить их, през. За то, что они сделали с моей Мэдди. Хочу почувствовать, как у меня в руках останавливаются их сердца.

«Ты их убьёшь, — жестами сказал я. — Мы все их убьем».

Флейм улыбнулся. Оскалом грёбаного психопата.

— Значит, мы идём? — спросил Кай.

— Да, — поочередно произнесли все братья.

«Значит, бл*дь, идём».

— Завтра, — объявил АК. — Сегодня ночью я придумаю план получше. Но мы отправимся туда завтра. Я бы не стал испытывать удачу. Если мы хотим напасть на эту секту, то должны идти завтра, пока кто-нибудь не обнаружил в камере его брата и не поменял все правила игры.

«Значит, мы пойдем завтра, — жестами сказал я. — АК, скажи братьям, что нам нужно взять с оружейного склада. Стволы там и прочее дерьмо. Если понадобится, мы будем готовиться всю ночь».

— А Райдер?

Я оглянулся на голос. На меня смотрел Смайлер. Брат опять заговорил. Второй раз за одну ночь. Новый, бл*дь, рекорд.

— А что с ним? — спросил Кай.

— Он идёт первым?

Я посмотрел на АК, чтобы он ответил.