Королева боевого факультета - Полина Никитина

том, что может произойти, если вовремя не подоспеет помощь. Яд разнесётся по всему телу и меня будет сильно тошнить кровью, а затем тело полностью парализует и счёт пойдёт уже на секунды. Но до того, как станет совсем плохо, у меня ещё есть около получаса. Правда с каждой минутой мне будет становиться всё хуже и хуже.

Мне предстоял сложный выбор: либо немедленно обратиться за помощью и выбыть из соревнования, либо хотя бы попытаться провести поединок и по его окончанию сразу же обратиться к лекарям, что дежурят на боевом поле.

“Я — будущий боевой маг”, - думала я, со слезами на глазах разрывая здоровой рукой подол рубашки, в которой пришла. — “Разве настоящий боевик, такой как мой отец, Гленн Ривэ или Аллен Альсар, сбежали бы с поле боя из-за укуса какой-то козявки? Уверена, спроси я у них, они бы подняли меня на смех!”

Сбивчивым шёпотом произнесла заклинание, останавливающее кровь, но оно не сработало в полную силу. Обмотав ладонь, я встала и тут же чуть не упала на пол: в глазах потемнело, а руку скрючило от резкой боли.

Пошатываясь, я вышла к однокурсникам, которые не обратили на меня никакого внимания: кто-то проводил поединок, кто-то готовился, вспоминая нужные заклинания, а Том, Найтан и Марни вообще куда-то ушли, хотя покидать шатёр до конца соревнования было строго запрещено.

Самочувствие ухудшалось. Я слышала, как отравленная ядом кровь шумит в ушах. Руку свело судорогой, а ноги стали тяжёлыми, как будто к ним были привязаны свинцовые гири.

“Нет, не могу”, - помотала я головой, но в этот момент услышала голос декана:

— Адепт Корра, на поле!

Едва переставляя ноги, словно умертвие, восставшее из гроба, я побрела на выход под чей-то возглас: “Удачи, Эри!”

Свежий воздух и крики с трибун немного взбодрили меня. Я проковыляла мимо декана, даже не глядя в его сторону, и заняла место в центре круга.

— Адепт Том, на поле!

Лёгкой походкой Том вышел из шатра и, встав на центр круга, послал в мою сторону воздушный поцелуй, который зрители встретили одобрительным гулом.

Ко мне тут же подбежал Альсар и махнул перед лицом кристаллом, даже не скрывая, что сильно обеспокоен:

— Корра, почему ты выглядишь как неудачный эксперимент первокурсника-некроманта? Что с твоей рукой?

Я попыталась улыбнуться, но судя по тому, как сузились глаза декана, улыбка вышла весьма неправдоподобной:

— Волнуюсь, господин декан. Давайте поскорее начнём.

— С рукой что? — повторил он вопрос, нервно оглядывался по сторонам. Наверное понимал, что и так уже задержался рядом со мной дольше положенного. А ведь ещё надо было проверить Тома.

— Поцарапалась.

Покачав головой, он быстрым шагом направился к Тому и после проверки взмыл вверх, дав сигнал к началу поединка.

Водник не стал атаковать чем-то серьёзным из своего арсенала. Сначала в мою сторону полетел водный шар. Встретившись с моим огненным шаром они оба растворились, став облаком белого пара. Затем он пустил по полю волну, но не такую мощную, как в поединке с Найтаном, и она разбилась об мой щит.

Даже такое простое действие, как базовая защита, которую я ставила машинально, выбило меня из колеи. Я почувствовала сильную тошноту и головокружение, меня мотало из стороны в сторону и я держалась лишь на силе воли.

Бросив быстрый взгляд в небо, я увидела, что Аллен не спускает с меня глаз, и решила отбросить в сторону игры. Если я хочу выиграть и остаться в живых, то не должна тратить драгоценные секунды на жалость к Тому и завершу бой той самой атакой, которая вчера отправила в лечебное крыло декана.

Вызвать жар в груди было несложно, даже несмотря на то, что силы стремительно покидали меня и тело сотрясалось крупной дрожью. Однако когда я ощутила алое пламя между ладоней, вокруг меня сгустился плотный туман, и я почувствовала, как задыхаюсь.

Я жадно глотала ртом воздух, в панике оглядываясь по сторонам, но не видела перед собой ничего, кроме густого белого тумана. Чувствуя, как из меня уходят последние силы, я опустилась на колени, а затем упала лицом в холодную и сырую после водных атак землю, сплёвывая скопившуюся во рту солоноватую кровь.

Перед глазами плясали красные и чёрные круги, но в один момент туман рассеялся и дышать стало намного легче. Тело перестало биться в судорогах, и где-то вдалеке я услышала срывающийся голос декана:

— Пять! Кристиан, срочно на поле!

Я скорее почувствовала, чем услышала топот ног. Меня осторожно перевернули на спину, и сквозь застилавшую глаза пелену я увидела размытые очертания двух деканов. Они переговаривались между собой, но я не могла расслышать ни слова, как ни пыталась. Де Ареон приложил прохладные пальцы к моим вискам и поток странной силы — лёгкой и тёплой, как ветерок в летний зной, проник мне в голову, прогоняя боль и слабость. Чувствуя, как теряю сознание, я наслаждалась приятными ощущениями целительной магии декана спецкурса и думала лишь об одном:

“Проиграла. Аллен будет очень зол.”

Глава 26

Ледяной холод, пробирающий до костей, вернул меня в реальность. Открыв глаза, я уставилась в потолок, выкрашенный белой краской, и услышала тихий шёпот декана спецкурса:

— Хвала Великой Богине, ты очнулась. Как себя чувствуешь, Эрика?

Я повернула голову в сторону голоса и тут же сморщилась от накатившей боли. Слёзы выступили на глазах, и сидящий рядом со мной де Ареон стал похож на размытую кляксу.

— Что случилось? — хриплым голосом спросила я, с трудом ворочая языком.

— Это я хотел спросить у тебя, — ответил заместитель ректора. — Дать воды?

Горло саднило так, что мне было проще кивнуть, нежели ответить. Де Ареон с большой осторожностью помог мне сесть на кровати, приподняв подушки у изголовья, и поднёс к моим губам стакан воды.

Утолив жажду, я с облегчением отметила, что боль постепенно уходит и голова становится более ясной. Осмотревшись по сторонам я поняла, что нахожусь в больничной палате и слабо улыбнувшись поблагодарила Кристиана.

— Так что случилось, Эрика? Если тебе стало плохо, почему ты вышла на боевое поле вместо того, чтобы обратиться за помощью к лекарям?

Не подумав, я ляпнула первое, что пришло в голову:

— Господин Альсар ждал от меня только победы. Я не хотела…

— Подожди-подожди, — перебил меня де Ареон, — только не говори мне, что похвала от декана для тебя дороже собственной жизни?

Я замотала головой,