Хищник - Патриция Корнуэлл

— Она шутит, — объяснила Леке Ребе, поднимая черный чемоданчик, оставленный ею у входной двери. — Прежде чем мы начнем, я хотела бы убедиться, что после осмотра места преступления дом был опечатан.

— Можете не сомневаться. Я лично за этим проследила. Все двери и окна были опечатаны.

— А сигнализация здесь имеется?

— Здесь она мало у кого есть.

Люси заметила на окнах наклейки компании, устанавливающей охранную сигнализацию.

— Она чего-то боялась. Установить сигнализацию ей было не по средствам, и она пыталась таким образом отпугнуть злоумышленников.

— Беда в том, что злоумышленники отлично знают эту уловку, — заметила Реба. — Наклейки и таблички на клумбах. Грабителям ничего не стоит определить, есть ли в доме сигнализация. Они сразу видят, что хозяева не могут себе этого позволить или слишком стары, чтобы заниматься этим.

— Вы правы, многие старики просто не придают этому значения, — согласилась Люси. — И потом они часто забывают коды.

Реба открыла дверь, и на них пахнуло затхлым воздухом, словно здесь уже давно никто не жил. Войдя, она сразу включила свет.

— Здесь уже что-нибудь обрабатывали? — спросила Леке, глядя на покрытый плиткой пол.

— Только в спальне.

— Тогда давайте немного подумаем, — сказала Люси. — Что мы знаем? Убийца каким-то образом проник в дом, не взломав дверь. Застрелив жертву, он скрылся. Как? Вышел через дверь?

— Похоже, да, — ответила Реба. — На окнах решетки. Через них может пролезть только крыса.

— Тогда начнем с этой двери и пойдем по направлению к спальне, где произошло убийство, — предложила Люси. — Потом то же самое проделаем с другими дверями. Замкнем треугольник.

— Это значит, мы должны обработать эту дверь, дверь в кухню и раздвижные двери из гостиной на веранду и с веранды на улицу, — уточнила Реба. — Когда сюда пришел Пит, обе раздвижные двери были не заперты, во всяком случае, он так сказал.

Войдя в прихожую, они закрыли за собой дверь.

— Что-нибудь известно о том инспекторе, которого вы с доктором Скарпеттой заметили на участке? — спросила Люси.

В рабочей обстановке она называла Скарпетту официально.

— Я кое-что выяснила. Прежде всего они всегда работают парами. А тот был один.

— А может быть, его напарника просто не было видно? Возможно, он был за домом? — засомневалась Люси.

— Возможно. Но мы видели только одного человека. И в департаменте сельского хозяйства утверждают, что в тот день они вообще не посылали в этот район никаких инспекторов. Еще один момент. У него был плодосборник, такая длинная палка с захватом на конце, чтобы срывать плоды с высоких деревьев. Но мне сказали, что инспекторы не пользуются такими приспособлениями.

— И что?

— Он разобрал его и положил в большую черную сумку.

— Интересно, что еще было в этой сумке? — задумчиво спросила Леке.

— Ну, например, ружье, — подсказала Реба.

— Оставим этот вопрос открытым, — отозвалась Люси.

— Вообще-то он здорово нас поимел, — заметила Реба. — Меня же было отлично видно с той стороны! Полицейский в форме. Мы с доктором Скарпеттой топтались вокруг дома, а он за нами наблюдал, прикидываясь, что осматривает деревья.

— Ну, мы не можем утверждать это с точностью. Давайте не делать поспешных выводов, — еще раз предупредила Люси.

Присев на корточки, Леке открыла свой чемоданчик. Они задернули все шторы и надели защитные комбинезоны. Люси установила треножник с камерой. Леке приготовила люминол и вылила его в черный пульверизатор. Они сфотографировали участок пола у входной двери, выключили свет и с первого же раза получили замечательный результат.

— Силы небесные! — ахнула Реба.

Леке обрызгала пол, и на нем сразу же проступили зеленовато-синие следы. Люси защелкала камерой.

— Сколько же на нем было кровищи, раз он сумел так наследить, после того как прошел через весь дом?! — удивилась Реба.

— Есть один только нюанс, — послышался из темноты голос Люси. — Следы идут в обратном направлении. В дом, а не из дома!

Глава 46

В длинном черном замшевом пальто и бейсболке он выглядел просто потрясающе, хоть и несколько мрачновато. Его высокая стройная фигура, на которой лежала печать изысканной элегантности, неизменно производила на Скарпетту неизгладимое впечатление. При виде его она забывала все свои обиды. Устоять было просто невозможно.

— Нам было очень приятно лететь с вами. Дайте нам знать, когда соберетесь назад, — сказал Брюс, пожимая ей руку. — Звоните, если вам что-то понадобится. У вас ведь есть мой телефон?

— Спасибо, Брюс, — поблагодарила Скарпетта.

— Извините, что заставили вас ждать, — обратился он к Бентону. — Очень сильный встречный ветер.

Бентон не проявил никаких признаков дружелюбия. Он ничего не ответил и теперь молча наблюдал, как пилот идет к самолету.

— Попробую угадать, — повернулся он к Скарпетте. — Очередной троеборец, который решил поиграть в полицейского. Вот из-за чего я терпеть не могу ее самолет! Эти накачанные пилоты-сердцееды!..

— Но с ними я чувствую себя в безопасности.

— А я нет.

Скарпетта застегнула пальто, и они двинулись к выходу.

— Надеюсь, он не слишком надоел тебе своей болтовней? По-моему, тот еще тип.

— Я тоже рада видеть тебя, Бентон, — ответила Скарпетта, поднимаясь по лестнице.

— А мне почему-то показалось, не очень.

Он придержал стеклянную дверь, пропуская Скарпетту вперед. В лицо им ударил холодный ветер, в воздухе кружились мелкие снежинки. Было так пасмурно, что на стоянке горели фонари.

— Она набирает смазливых качков, которые воображают себя суперменами, — проворчал Бентон.

— Ты просто зациклился на этом. Хочешь опять поссориться?

— Ты должна быть осмотрительней. Все эти подзаходы делаются неспроста. Боюсь, ты не замечаешь очевидного.

— Это просто смешно, — закипая, ответила Скарпетта. — Если уж на то пошло, я замечаю даже больше, чем нужно. Хотя в последний год я проглядела кое-что очень важное. Ты сам напросился.

Они подошли к заснеженной стоянке. Огни вдоль посадочной полосы были едва видны за пеленой снега. Раньше они всегда ходили под руку. Как он мог так поступить? На глаза у нее навернулись слезы. Вероятно, от ветра.

— Меня беспокоит эта история, — сказал он, открывая свой полноприводный внедорожник «порше».

Бентон любил мощные машины. Они с Люси уважали силу во всех ее проявлениях. Разница была лишь в том, что Бентон ощущал эту силу в себе, а Люси страдала от неуверенности.

— Что тебя беспокоит? — спросила Скарпетта, предполагая, что он продолжает говорить о том, что она не замечает очевидного.

— Я имею в виду убийство этой женщины. Обнаружилась гильза, которая, похоже, была выпущена из того же ружья два года назад в Голливуде. Ограбление ночного магазина. Мужчина в маске убил паренька, мывшего полы, а потом продавец убил его самого. Слышала что-нибудь об этом случае? — спросил Бентон, выезжая со стоянки.

— Да. Убитому было семнадцать лет. Никакого оружия, кроме швабры, при нем не было. А есть какие-то версии, почему это ружье снова всплыло при убийстве? — спросила она, чувствуя, как в ней бушует обида.

— Пока нет.

— Слишком многих застрелили из ружья в последнее время, — холодно заметила она. Хочешь говорить на производственные темы? Прекрасно, она подыграет! — К чему бы это? Но ружье, из которого был застрелен Джонни Свифт, исчезло. А Дагги Симистер тоже разнесли голову из ружья.

Она рассказала Бентону об этом последнем случае. О нем он еще не знал.

— Ружье, которое должны были изъять или уничтожить, почему-то снова оказывается в руках убийцы, — продолжала Скарпетта. — И потом эта Библия в доме, откуда пропали люди…

— Какая Библия и что за люди?

Она рассказала и о телефонном звонке таинственного незнакомца, назвавшего себя Свином. Еще она сообщила, что старая Библия в доме исчезнувшей семьи была открыта на «Книге премудрости Соломоновой», и там был отмечен стих, который Свин процитировал Марино по телефону.

За то, что были безрассудны, как дети малые, да ниспошлю им кару и посмеюсь их погибели.

— Он был помечен карандашными крестиками, — добавила Скарпетта. — Библия же — 1756 года.

— Откуда у них такая древность?

— Других старых книг в доме не было. Во всяком случае, так утверждает детектив Вагнер. Ты ее не знаешь. Прихожане их церкви сказали, что никогда не видели у них этой Библии.

— Отпечатки пальцев снимали? Генетическую экспертизу проводили?

— На Библии нет никаких отпечатков и следов ДНК.

— Есть какие-нибудь версии, что с ними могло произойти? — продолжал допытываться Бентон, словно она прилетела сюда с единственной целью поговорить с ним о работе.