Корона лжи (ЛП) - Вест Анника

Руки Разая на мгновение замерли. Всего на одно. Затем он продолжил и спросил:

— Что это значит?

— Ему было все равно! Сказал, что деньги для него не главное. Что он делает это ради «любви к профессии». Это его слова, не мои. Я подслушал его разговор с боссом. Это все, что у меня есть. Не разрушай те остатки доброй воли, которые есть между тобой и всей организацией, профессор. Несмотря на твое высокомерие, ты не неприкасаем.

Разай усмехнулся.

— Твоя организация слаба, Носта. Ею управляют жадные болваны, которые не знают, как сохранить свои активы в тайне. Я могу уничтожить всех членов твоего маленького милого стартапа за одну ночь, если захочу. Просто, чтобы ты знал это.

Все взгляды мужчин устремились на меня.

Я наклонила бутылку с шампанским, стараясь не пропустить ее при первом глотке. Из меня вырвался смех, когда я, наконец, прикоснулась к краю и отпила. Сладкий, липкий алкоголь потек по моему подбородку на грудь.

Гарлем хмыкнул:

— Тебе повезло, что она накачалась. В противном случае мы бы избавились от вас обоих.

— Попробуй, — подначил Разай. — Давай.

— Ах ты, ублюдок. — его магия вспыхнула, и ветер закружился вокруг его рук, развевая волосы.

— Гарлем, не надо! — прорычал Редфорд. — Он хуже, чем кажется! Не делай такой ошибки.

— Тебе должно быть стыдно, Гарлем, — удовлетворенно передразнил Разай. — Перестань вести себя как мальчишка, который не может контролировать свои чувства и магию.

Носта удержал Гарлема, положив руку ему на плечо.

— Успокойся. Мы не можем делать это здесь. Не позволяй ему задевать тебя. Действуй с холодной головой, и у тебя будет меньше проблем.

Носта определенно умнее всех. Какого хрена Разай затеял драку?

Я небрежно улыбнулась и прильнула к нему. Его руки мгновенно обхватили меня. Руки исследовали мою талию и живот. Я притворилась, что целую его шею, и прошептала:

— Клэйв. — другая половина моего мозга гадала, каков он на вкус. И, чтобы убедиться в этом, я прижалась губами к его горлу и лизнула гладкую кожу.

Мне показалось, или Разай вздрогнул?

— Носта, — отстраненно произнес Разай, его голос звучал странно напряженно. — С кем еще у тебя был контакт?

Носта издала раздраженный звук.

— Он единственный, о ком я знаю. Если есть еще какие-то контакты, не в моем ранге сообщать об этом.

Я попыталась сесть, но Разай поймал меня и прижал к себе. Его магия… по крайней мере, я думаю, что это была именно она… окутала меня, как теплый плащ, погрузившись в мою плоть и кости. Ощущение было восхитительным. Как грех на моем языке, обдающий меня сладким жаром.

— Ну раз ты так говоришь, — согласился он. — Я сообщу тебе, если на территории появится еще какая-нибудь информация о твоем… бизнесе, и в обмен на твою честность сохраню твое дело в тайне.

В молчании Носты чувствовалось удивление.

— Ты говоришь так, будто не боишься нас. Почему?

— Нет ничего такого, с чем я бы не справился, — ровно ответил он.

— Нет, — не согласился лидер. — Ты поступаешь безрассудно.

— Возможно, ты только начинаешь узнавать меня настоящего. Мне требуется время, чтобы открыться незнакомцам, — отмахнулся он.

— Безрассудный, — повторил Носта.

— Авантюрист?

— Я поверю тебе на слово, Разай. Если я услышу хотя бы упоминание нашего имени в связи с «событиями», я с энтузиазмом проверю, на что ты способен. — в каждом слове был свой смысл. Свое обещание.

— Это была полезная встреча, — ответил мой сообщник, поглаживая мою задницу, пока я подавляла стон. — Но у меня и этой милой женщины есть дела. Вам пора уходить.

Гарлем прорычал что-то угрожающее себе под нос. Это было последнее, что мы услышали, прежде чем дверь захлопнулась.

И тогда мы остались одни.

Остался только ритм музыки.

Стук нашего пульса.

Мы не двигались. Не сдвинулись с места. Я крепче вцепилась в его плечи.

— Грэй… — выдохнул он, уткнувшись мне в шею. Только его напряженные мышцы выдавали, что он старался держать себя в руках.

— Да? — ошеломленно спросила я.

— Если ты хочешь, чтобы на этом все и закончилось, немедленно встань. Это единственное предупреждение.

Я должна была встать. Закончить все здесь было бы логичным выбором. Я едва знала Разая, и, поддавшись на уговоры, могла навлечь на себя целый мир последствий. Впускать его вот так… оно того не стоило.

— Встань. — напряженная команда была достаточно хрупкой, чтобы рассыпаться.

— Я… я не могу, — вздрогнула я.

И тогда я совершила немыслимое.

Я поцеловала чертова архангела.

Его губы впились в мои, облизывая и посасывая. В этом не было ничего мягкого или сладкого. Мы хотели поглотить друг друга заживо.

У меня закружилась голова, когда океан похоти меня затопил. Моя спина выгнулась, когда он обхватил меня за задницу и уперся своим членом в мою киску. Мои руки запутались в его волосах, пробежались по его груди, обхватили его лицо. Я была настолько захвачена переполнявшими меня ощущениями, что не знала, куда их деть. Я обнимала и целовала его, теряя себя в его прикосновениях.

— Боги, ты пьянишь, — простонал он мне в губы, а потом эти губы прошлись по моей челюсти и шее.

Я ахнула, когда он впился зубами в мягкую плоть моей шеи. Разай тут же лизнул нежное место, облегчая боль и доставляя еще больше удовольствия.

— Пожалуйста, — взмолилась я, не зная, чего именно хочу от него. Чтобы он продолжал? Чтобы остановился и сжалился надо мной? Чтобы прикоснулся ко мне во всех местах, которые болят?

Я не могла сказать. Я не знала. Важно было лишь то, что он притягивал меня к себе, как гравитация. У меня не было сил, чтобы остановить его, да мне и не хотелось.

— Ты хочешь этого? — спросил он. — Скажи мне.

Шампанское смешалось на наших языках, горячее и сладкое. Его рука опускалась все ниже и ниже, пока не скользнула между моих ног.

— Я чувствую, какая ты мокрая через это кружево. — его слова были словно шелк. — Ты была такой всю ночь, не так ли?

— Откуда мне знать? — мы оба понимали, что ответ будет положительным.

Он прикусил мою нижнюю губу, дразня.

— Твое сердце бешено колотится, любимая. Это нормально?

— Ты слишком много говоришь, — простонала я.

— А твое тело… черт, твое тело просто восхитительно, — продолжал он. — Видишь, как расширяются твои бедра, когда ты садишься на меня? Как изгибаются твои бедра, когда ты сидишь у меня на коленях?

Как ему удалось заставить меня покраснеть в такой ситуации, ума не приложу.

— Если ты продолжишь болтать, мне, вероятно, придется остановиться, Разай. Прекрати.

Его глаза ярко вспыхнули. Вожделение. Решимость. Он притянул меня еще ближе, а когда я попыталась сопротивляться, схватил меня за волосы.

— Не двигайся.

Боль в моих волосах не расстроила меня. Более того, это заставило мою кровь запульсировать еще сильнее. Легкое жжение боли было похоже на блаженство. Даже сквозь дымку похоти я пыталась скрыть, как сильно он влиял на меня. Каждая клеточка моего тела хотела его. Жаждала его.

Капитуляция была чертовски приятной.

Его глаза расширились от понимания.

— Тебе это нравится? Тебе нравится, когда я контролирую тебя?

— Тебя просто заводит звук собственного голоса, не так ли? — я попыталась напустить храброе выражение лица. Пытаясь сохранить те крупицы достоинства, которые у меня еще оставались.

Он крепче сжал мои волосы и шлепнул меня по заднице.

Я вскрикнула и заерзала у него на коленях. Моя кожа горела в том месте, куда опустилась его рука. Все это было чистым наслаждением, и я хотела большего.

Боги. Я хотела, чтобы он был внутри меня.

— Думаю, тебе это нравится, — пробормотал он, потирая ладонью воспаленную кожу.

— Нет, — выдохнула я. «Да», — хотела сказать я. Но как я могла? Я даже не знала, чему сопротивляюсь, и все же не могла заставить себя отступить, как хотела.

Разай отпустил мои волосы и провел большим пальцем по нижней губе.