Прекрасная маленькая принцесса - Айви Торн

— О, божееееее… — Оргазм обрушивается на меня, как товарный поезд, вырывая воздух из легких, когда моя голова откидывается назад, а губы разъединяются.

Несмотря на то что я едва вмещаю Петра, мои стены сжимаются вокруг него в тисках. Он стонет, его темп слегка замедляется.

— Ты такая чертовски тугая, — рычит он, толкаясь в меня, вытесняя каждую каплю эйфории из моего тела.

Я содрогаюсь от покалывающего удовольствия, которое омывает меня, скручивая пальцы на ногах и заставляя звенеть в ушах.

Когда мои мышцы начинают расслабляться, а киска ослабляет свою пульсирующую хватку вокруг его члена, Петр меняет положение. Обхватив мои колени локтями, он направляет мои ноги к груди, раздвигая бедра и полностью обнажая мою тугую дырочку. И когда он входит в меня из этой новой позиции, его толчки становятся еще глубже и интенсивнее, чем раньше. Крики наслаждения вырываются из меня каждый раз, когда он надавливает на меня, поражая точку, которая выпускает фейерверк удовольствия вверх и вниз по моему позвоночнику.

— Я хочу, чтобы ты кончила вместе со мной, моя маленькая принцесса, — приказывает Петр, вбиваясь в мои глубины с новой целью. — Черт, я так близок. Ты готова?

— Боже, да, пожалуйста, позволь мне кончить, — умоляю я.

Я едва могу выдержать, как сильно он сейчас бьется во мне, но с каждым движением бедер он сжимает мой клитор, требуя еще больше удовольствия. Я балансирую на грани, готовая опрокинуться в тот момент, когда он разрешит, и от возбуждения, вызванного тем, что я кончаю одновременно с ним, у меня кружится голова.

— Я кончаю, — ворчит он, глубоко проникая в меня и покачивая бедрами, чтобы убедиться, что я следую за ним.

И я следую. Я сильно кончаю, чувствуя, как он пульсирует вместе со мной, погруженный в мою киску до самого основания. Мы все еще вместе, оба тяжело дышим от интенсивности нашего освобождения, а мои афтершоки посылают импульсы удовольствия по моим конечностям.

Медленно Петр опускает мои ноги обратно на кровать, а затем рушится на меня сверху. Его тело, словно утяжеленное одеяло, заставляет меня чувствовать тепло, спокойствие и безопасность. Он остается внутри меня, когда становится мягче. А я продолжаю обхватывать его руками, наслаждаясь близостью момента.

Я чувствую глубокую связь с ним, и глубокое удовлетворение просачивается в мои кости, говоря мне, что все в мире хорошо и правильно. Петр, по правде говоря, удивительно идеально подходит мне. Вопреки всему и даже несмотря на то, что нас насильно заставляют пожениться, я думаю, что это может быть хорошо. Нет. Даже лучше, чем хорошо.

Мне кажется, что это просто должно случиться.

Петр осторожно выходит из меня, и пульсирующая пустота, которую он оставляет после себя, вместе с томительной болью от потери девственности, говорит мне, что я никогда не буду прежней. Теперь я женщина, во всех смыслах этого слова. Я решила завершить этот идеальный уик-энд таким грандиозным событием. Осознание этого дает мне острое чувство свободы, которого я не ожидала. Как будто то самое, из-за чего я чувствовала себя в ловушке — брак с человеком, которого я не выбирала, каким-то образом освободил меня от удушающих объятий отца.

Петр перекатывается на кровать рядом со мной, и я придвигаюсь ближе к нему, прислоняясь щекой к его груди и слушая, как бьется его сердце. Оно бьется сильно и быстро, полное жизненной силы. Я закрываю глаза, внезапно почувствовав сонливость после столь сильного переживания, и расслабляюсь настолько, что легко засыпаю.

Сегодня ночью он признался мне в любви. Петр хочет быть со мной. Эта мысль задерживается в моем сознании, даря ощущение покоя и счастья.

Люблю ли я Петра? Зная теперь, что он любит меня, этот вопрос не дает мне покоя. После сегодняшнего вечера я думаю, что могу быть влюблена в него.

18

ПЕТР

Мое сердце разрывается, когда Сильвия прижимается к моему боку, упираясь атласной щекой в мою грудь. Ее кожа окрасилась в нежно-розовый цвет, отчего она почти светится и говорит о том, что я сумел доставить ей глубокое удовлетворение.

Наблюдать за тем, как она рассыпается вокруг меня, было самым сексуальным зрелищем в моей жизни. А сейчас, когда она уютно прижалась ко мне, это может занять второе место.

Ее темные шелковистые локоны каскадом рассыпаются по моему плечу, щекоча кожу при малейшем движении. Они идеально растрепаны после нашего совместного времяпрепровождения, все еще держатся на заколках, но несколько прядей свободно падают водопадом на мою плоть.

Пьянящее влечение заставляет мою грудь вздыматься от этого нежного, доверительного жеста. С ее губ срывается довольный вздох. И я чувствую, как все напряжение, вызванное ее опасениями по поводу секса, покидает ее тело, когда она впервые полностью расслабляется со мной.

Она отдала мне свою девственность. Она сделала это очень охотно. И, черт возьми, она была великолепна.

Я с трудом могу в это поверить.

Мой пульс бьется сильнее, когда я думаю о ее совершенстве. Как жадно она отвечала на мои прикосновения. Как пело ее тело, когда я полностью заполнял ее. Она была такой чертовски тугой, что я едва мог сдержать свой груз. А когда она кончила на мой член в тот первый раз, я чуть не потерял сознание.

Девятнадцать лет, а ее не трогали. Наверное, я самый везучий ублюдок в мире.

У меня сжалось нутро при воспоминании о том, как она спрятала лицо у меня на шее, чтобы перебороть первоначальную боль. Судя по слезам, которые я вытирал с ее щек, боль была сильной — возможно, потому, что до сегодняшнего вечера ее даже не трогали пальцами. И все же она не передумала. Она ни разу не попросила меня остановиться. Она выдержала это, показав мне, что она гораздо более храбрая и стойкая, чем я мог бы ей похвалиться.

Боже, Сильвия — это все, что я когда-либо хотел видеть в женщине: неистовая, страстная, жадная до моих прикосновений и в то же время по своей природе дарящая. Это не то кроткое, жесткое, боязливое создание, каким я представлял ее себе после нашей первой встречи. Мы идеально подходим друг другу. И я сильно падаю в нее.

Я наслаждаюсь теплом ее обнаженного тела, прижатого к моему, тем, как она прижимается щекой к моей груди. Мягкий гул, который она издает, подтверждает ее удовлетворенность. Ее нога перекидывается через мою, опутывая наши ступни в удивительно интимном жесте. И на мгновение я позволяю себе