Прекрасная маленькая принцесса - Айви Торн

складочками и обводит чувствительный пучок нервов на пике. Затем его губы смыкаются вокруг моего клитора. Я вскрикиваю, когда основание моего позвоночника начинает покалывать. Приподнявшись с кровати, я с трудом контролирую реакцию мышц на сильное удовольствие, заставляющее меня дергаться.

— Черт! — Задыхаюсь я, осознавая, как близка ко второму оргазму за несколько минут.

Петр нежно посасывает мой клитор, одновременно проводя по нему языком. Я не могу поверить, насколько это приятно. Мне кажется, что мое тело может разойтись по швам, а мне все равно. Я никогда не хочу, чтобы он останавливался.

И он и не хочет.

Его язык и губы неустанно ласкают меня. Затем его пальцы снова приступают к работе. На этот раз, когда он проникает в мою киску, он использует два пальца. Это больше, чем я когда-либо принимала в себя раньше, и я чувствую, как мое тело растягивается, чтобы принять его. Непривычные ощущения отнюдь не неприятны, и в моей голове мелькает мысль, что это должно быть похоже на ощущения во время секса.

Я хочу этого.

Боже, я не могу дождаться, когда это случится. Мне было любопытно узнать о сексе, интересно, каково это. Но не настолько, чтобы отдать свою девственность кому-то, кто мне по-настоящему безразличен, а я ведь ни с кем не встречалась.

Пальцы Петра умело двигаются внутри и снаружи, усиливая мое удовольствие, а он продолжает сосать и лизать мой клитор в дразнящей комбинации движений.

Напряжение, нарастающее в глубине моей души, говорит о том, что я близка к очередному оргазму. Мне кажется, что я нахожусь на краю пропасти и вот-вот сорвусь в небытие. Пальцы свободной руки Петра впиваются в мое бедро, и я вздрагиваю.

— О, черт, кажется, я кончаю, — задыхаюсь я.

И я кончаю.

Второй разряд пронзает меня взрывом, едва ли не более мощным, чем первый. Теплое возбуждение вытекает из меня, покрывая пальцы Петра и стекая по складкам моей щели, а мой клитор дергается от его языка.

— Ммм, — благодарно мурлычет он, вбирая в себя мои соки.

Почему мысль о том, что он находит мою киску вкусной, так привлекательна, я не знаю. Но это безумно сексуально, знать, что ему нравится мой вкус.

Медленно вынимая из меня пальцы, Петр откидывается назад, чтобы посмотреть мне в глаза. Он вытирает с подбородка блестевшие от возбуждения губы и улыбается, глядя, как я безвольно опускаюсь на матрас, а мое сердце бешено колотится.

Я глубоко дышу, пытаясь привести сердцебиение в норму. Петр растягивается рядом со мной на матрасе, опираясь локтем на ладонь. Его пальцы легонько обводят мою грудь, вырисовывая на ней узоры и задевая соски, которые морщатся и еще больше твердеют от такого нежного внимания.

— Твоя очередь? — Предлагаю я, когда наконец перевела дыхание.

Несмотря на то что в прошлый раз мне было нелегко, я думаю, что поняла все, что он мне сказал, и в этот раз смогу лучше выполнить каждый пункт. А после того, что он мне только что подарил, думаю, он заслужил собственную разрядку.

Петр молчит несколько долгих секунд, его глаза не отрываются от узора, который он вычерчивает на моей груди. Затем его взгляд медленно поднимается, пока не встречается с моими глазами. Выражение его лица сложное, не поддающееся прочтению, но я вижу в нем напряжение, которого не замечала раньше.

— Что? — Спрашиваю я, понимая, что это выражение говорит о том, что он думает о чем-то серьезном.

— Просто я хочу, чтобы тебе и дальше было хорошо, чтобы нам обоим было хорошо вместе. Я хочу тебя, Сильвия, очень сильно. Наверное, я подумал, почему бы нам не заняться сексом? Мы взрослые люди. Мы помолвлены. И я хочу показать тебе, как хорошо это может быть.

— Секс? — Мои внезапные нервы разрушили всю напряженную расслабленность, которая поглощала мое тело несколько мгновений назад.

Хотя я думала об этом много раз за сегодняшний вечер и действительно хотела этого в разгар страсти, я не уверена, что готова к сексу. Но я доверяю Петру и верю ему, когда он говорит, что мне будет приятно. Я прикусываю губу, разрываясь между тем, чего я хочу, и тем, к чему, как мне кажется, я готова. Сегодня у меня уже было несколько первых опытов, и я не хочу перегнуть палку.

— Мы не должны этого делать, если еще слишком рано. — Говорит он, положив руку на мое сердце.

Тепло его ладони помогает унять бешеный ритм, а его слова успокаивают меня.

— Я просто… я люблю тебя, Сильвия, — продолжает он. — И я готов жениться на тебе. Быть с тобой навсегда. Мне пришлось ослабить бдительность, чтобы по-настоящему узнать тебя, но я считаю тебя исключительным человеком и хочу разделить с тобой все.

Переполненная эмоциями после этих трех сокрушительных слов, я подавила слезы. После наших совместных выходных я понимаю, что тоже влюбилась в него, и не хочу разрушить то, что у нас есть, отвергнув его.

Ярко-серые глаза Петра смотрят на меня с обнадеживающим терпением, давая мне время принять решение. Все эти выходные он ставил меня на первое место, показывал, что умеет заботиться обо мне, защищать меня. Я доверяю ему. С ним я чувствую себя в безопасности. И если быть предельно честной с собой, я отчаянно хочу заняться с ним сексом.

Поэтому, заставив свои нервы отойти на задний план, я киваю.

— Хорошо, да.

Хищное возбуждение расплывается по его сильному лицу, и он наклоняется, чтобы захватить мои губы в страстный поцелуй. Я позволяю ему, позволяя его греховно вкусным губам отвлечь меня от томительного беспокойства.

Он медленно раздевается, его рот не отходит от моего.

Я еще не настолько смела и уверена в себе, чтобы помочь ему, поэтому вместо этого я протягиваю руку между нами, чтобы нащупать его твердую длину и погладить ее. Мысленно готовясь.

Петр стонет, его поцелуи становятся все более яростными, когда он подается бедрами вперед в мою ладонь. Сбрасывая с себя одежду одну за другой, он раздевается для меня. И впервые я получаю возможность увидеть его точеную грудь.

Она покрыта несколькими татуировками — демоническая маска с клыками, рычащая на одной груди, змея, пробирающаяся внутрь и наружу черепа, заполняющего противоположное плечо. Над сердцем — стих из Библии или отрывок из какой-то книги, написанный кириллицей, а под ним — инициалы APV и ряд дат. Наверняка это дань уважения его отцу.

— Они прекрасны, — бормочу я, проводя пальцем по тексту над его сердцем.

— Ты прекрасна, — настаивает он, приостанавливая раздевание, чтобы провести костяшками пальцев по моей щеке.

Нервы