Ллойс (СИ) - Панасенко Дмитрий Сергеевич

– Около восьмидесяти микрозиверт в час – терпимо, – пожал плечами толстяк. – Даже, ыть, не верится.

– Хорошо, – после долгой паузы кивнул Пью, – ну что, давай шмотки разбирать? Ты, ведь, насколько я понимаю, пока с нами?

– А куда я, ыть, денусь? – Тяжело вздохнул торговец. – Я, наверное, действительно с вами до Сити буду. Или до Хаба. Если не погоните. И уж точно, от вас ни на шаг не отойду, пока мы отсюда не выберемся.

– Хорошо, – кивнула Ллойс, – но для начала смени Кукле обувь. То, что ты ей дал, совершенно не подходит для дальних переходов.

– Да я и сам знаю, – торговец смущенно глянул на наполовину скрытые штанинами комбинезона голенища высоких прорезиненных сапог андроида. – А потом патроны поделим.

– Поделим, поделим, – предвкушающее улыбнулась Элеум. – Их нам тут много понадобится.

– Почему? – Вскинув брови, Райк осторожно подвинул неподвижно замершую за плечом наемницы Куклу, подошел к расстеленной прямо на приборной панели лодки карте, и пригляделся к месту, над которым застыл палец торговца. – Кровь медленно отхлынула от лица подростка, брови сдвинулись, на скулах заиграли желваки. Прямо поверх хитро переплетенных линий топографических обозначений, между многочисленных, зачеркнутых красной ручкой точек, с обозначениями городков и населенных пунктов, поперек куска бумаги тянулась большая, корявая, сделанная фломастером надпись. Всего одно слово. Слово, которым в Железном легионе пугали детей – «Свечение».

****

– Уф, – тяжело выдохнув, снайпер утер выступивший на лице от усилий пот, развернулся к толстяку. – Ну как?

– Так, ыть, – только и смог выговорить, широко разведя в стороны руки, толстяк.

Вышло действительно неплохо. Катер спрятали так, что найти его, не зная, где он находится, не представлялось никакой возможности. Каким-то невероятным образом стрелок еще с берега заметил, что через рощу проходит довольно глубокий и широкий овраг, как оказалось заканчивающийся наполовину обвалившимся широченным туннелем, бетонные своды которого и укрыли катер. Сейчас же заваленный ветками и подгнившими древесными стволами, с натянутой поверху извлеченной из очередного загашника толстяка маскировочной сетью-хамелеоном, найти этот туннель было практически невозможно, как с земли, так и с воздуха. Даже стоя от него в паре шагов. Обрадованный Ыть даже решил оставить вместе с аэролодкой большую часть своего имущества, явно рассчитывая вернуться в эти края в ближайшее время.

Ллойс его оптимизма не разделяла. Скептически осмотрев остроголовый «зеленоносый»-бронебойно зажигательный патрон триста восьмого калибра, девушка небрежно бросила его обратно в поясную сумку. – Мало, – протянула она задумчиво. – Как есть, мало.

– Нормально. – Пожал плечами Пью. – Восемь десятков тебе для твоего огрызка. Сто пятьдесят, то есть, пять рожков – Райку. Три сотых ленты для пулемета Куклы. Она, насколько я понимаю, как стрелок получше нас всех вместе взятых. Во всяком случае, с тяжелым оружием, – качнул в сторону висящего на груди киборга ручного пулемета стрелок. Облаченный поверх летного комбинезона, брата-близнеца того, что достался Элеум, в тяжелый бронежилет, обмотавшийся пулеметными лентами андроид, действительно выглядел устрашающе и воинственно. – У Ытя, вон вообще только пистолет, обрез, из которого стрелять страшно, и пара десятков патронов.

– Так, ыть, больше, все равно, ничего нет, – обезоруживающе развел руками торговец.

– А на хрен было ружье ногами топтать, – усмехнулся снайпер.

– Дак, я, ыть того, растерялся тогда немного…

– Не растерялся, а в портки наклал. Ыть, а на хрена тебе еще и ручной пулемет нужен был? Тебе что, турели не хватало? – Поинтересовалась Элеум и, подойдя к андроиду, завистливо цокнула языком.

– Тык, ыть. Турель-то на пятидесятый калибр – стрелять накладно выходит… – Поправив пенсне, немного смущенно заметил толстяк.

– Не разевай рот, – расхохотался Пью, – все равно, не даст, тем более, ты сама недавно говорила, что автоматическое оружие – это для тех, кто серебром бросаться любит.

– Мало ли, что я говорила. Я девушка непостоянная, глупая. Ляпну, передумаю, снова ляпну, – задумчиво протянула жадно поглядывающая на пулемет наемница. – Ыть, милый, метко стрелять иногда не достаточно, в таком деле еще и опыт иметь надо… А я тебя поцелую..

– Не дам. Путь, ыть, у Куклы лучше будет. Мне так спокойней, перехватив взгляд девушки отрезал торговец.

– Не доверяешь? – Вскинула бровь Элеум?.. – Обидеть хочешь?

– Не хочу, – покачал головой толстяк. – Но, все равно, не дам.

– Если стая мутантов налетит – не отобьемся, – с раздражением растоптав сигарету, плюнула под ноги Элеум. – Ыть, ты хорошо бегаешь?

– Ни разу не пробовал, – задумчиво протянул великан.

– Ну тогда, может…

– Я же сказал, ыть, не дам, – энергично тряхнув подбородками, толстяк скрестил на груди лапищи. – Хоть режь меня, хоть ешь. И хватит пытаться меня развести, не сработает.

– Я так и знала, что ты – жадина, – притворно вздохнула совсем не расстроившаяся девушка. – А если я…

– Не гони волну, Дохлая, – Криво усмехнулся Пью. – Если попадемся упырям или волколакам, то автомата и пулемета нам вполне хватит. А если нарвемся на серокожих или чудище покрупнее, то с ними поговорит моя Труви… – Ладонь стрелка нежно коснулась приклада винтовки.

– Жалко, что под турельный пулемет патронов не осталось, – тяжело вздохнул Райк.

– А кто бы его потащил, сладенький? – Елейным голоском поинтересовалась Ллойс. – Ты или, может быть, она? – Тряхнула наемница ирокезом в сторону медленно обводящей стволом окружающее пространство Куклы.

– Ну… – замялся скриптор.

– Я поняла, милый, – широко улыбнулась Элеум. – И знаешь, мне совершенно не нравится ход твоих мыслей, а чтобы тебя от них избавить… вот. – Сбросив со спины рюкзак и скатку с одеялами, девушка ловко швырнула их подростку. – До обеда это твое. Заодно и потренируешься бицепс подкачаешь.

– Злая ты, Нежить, – осуждающе цокнул языком стрелок. – А бицепс-то на руке.

– Ты, что, против? – Скрестила на груди руки девушка.

– Ну… – задумчиво протянул снайпер, парню действительно надо подтянуть форму, но ты могла бы это сделать в менее грубой манере. Ты эгоцентрична, а это вредно для здоровья.

– Вредно для здоровья то, что мы здесь оказались. – Раздраженно хмыкнув, Элеум пригладила задорно торчащую щетку ирокеза и поправила готовую сползти с плеча перевязь с припасами. – Если, конечно, хоть, половина того, что про эти места брешут, правдой окажется.

– Если, ыть, то, что мне мамка про Свечение и местных чудищь на ночь рассказывала – правда, то мы и обосраться не успеем. – Меланхолично пожав плечами, Ыть с кряхтением подтянул лямки своего безразмерного рюкзака.

– Добрая у тебя мамаша. – Задумчиво склонила набок голову девушка.

– Добрая. И хорошая. Была. – Серьезно кивнул толстяк, и снова поправил пенсне. – Только я, все равно, дерьмом вырос.

– Ладно вам, хорош лясы точить. Надеюсь, мы никогда не узнаем, правда все эти байки или нет. Во всяком случае, про радиацию все оказалось враньем. Держимся вместе, и все будет хорошо. Наверное. – Насмешливо прищурившись, хохотнул стрелок.

– Твоей бы пастью, да водку бы жрать, – с сомнением покачала головой Элеум.

Неожиданно отпустив пулемет, Кукла шагнула вперед и обхватила наемницу за талию. Рот киборга приоткрылся:

– Вместе. Хорошо. Бе-зо-пас-но. – Тщательно артикулируя слог, произнес андроид.

– Вот дерьмо, – громко выдохнула осторожно освобождающаяся из объятий Куклы наемница. – Ыть, ты, хоть, предупредил бы, что речь ей восстановил.

– Я не восстанавливал, – после долгой паузы заявил толстяк. – Я вообще в ее настройки уже больше недели не лазил.

– Буря? – Запоздало подхватывая автомат, поинтересовался Райк.

– Не должно, у нее очень хороший экран стоит. – Покачал головой толстяк. – Не хуже, чем на боевых дронах.

– Добро пожаловать в «Свечение» – край невиданных мутантов, серокожих, и свихнувшихся роботов! – Громко провозгласил стрелок. – Ну что, пошли?