История ракетно-ядерной гонки США и СССР - Евгений Вадимович Буянов

«превентивной» ядерной войны провалилась. Планы этой войны нарушила и революция в Китае, где коммунисты во главе с Мао Цзэдуном овладели властью над всем континентальным Китаем. Расчёт США на союз с «половиной Китая» в случае мировой войны рухнул, а потеря практически всего Китая (кроме Тайваня) в случае войны с СССР быстро приводила к потере большей части Азии. Индия и Пакистан в 1947 году перестали быть Британскими колониями, – это тоже явилось немалой стратегической потерей для только что созданного блока НАТО, – в случае войны обе эти страны заняли бы нейтральную, а не «про-британскую» позицию (им своих проблем хватало).

Болезненной и даже истеричной реакцией американского «истеблишмента» на этот провал «превентивной ядерной войны» стала захлестнувшая страну волна Маккартизма, «шпиономании», ядерной паранойи (животного страха) и примитивного «антикоммунизма». Хотя при общем экономическом и ядерном превосходстве США над СССР, на США никто не собирался «нападать». После взрыва советской бомбы американцы вдруг ощутили, что на них реально может «упасть» то, что они готовили на «голову СССР и русских». Под эту «истерику» целые группы американских компаний получали заказы и «снимали деньги» с американских обывателей на постройку атомных бомбоубежищ и средств защиты от ядерного оружия, – как по государственным, так и по частным заказам. В США стали строить ядерные бомбоубежища, – ранее американцы и помыслить не могли, что их города будут бомбить! По подозрениям в «шпионаже» подверглись унизительным допросам десятки тысяч людей, тысячи людей потеряли работу, а миллионы людей запугали репрессиями. Сотни людей маккартисты довели до суицида. «Шпионами» стали считать всех членов компартии США, – даже тех, кто её покинул, и кто в прошлом был замечен в «левых» убеждениях. Хотя в 40-е годы после роспуска Коминтерна советская разведка для улучшения конспирации сознательно отошла от сотрудничества с членами и руководством компартий именно из-за уязвимости таких связей перед действиями контрразведки (по опыту борьбы со спецслужбами нацистов). Сами американцы по аналогии со временами средневековой инквизиции назвали период маккартизма «охотой на ведьм».

Провал планов «превентивной ядерной войны» привёл к пересмотру ядерной доктрины США. Сама «идея» такой войны вовсе не «умерла», но она превратилась в стратегию «первого обезоруживающего удара», – такого, который бы позволил уничтожить почти все ядерные средства СССР, а оставшиеся уничтожить средствами своей обороны. Для этого США стали ещё более наращивать арсеналы ядерных бомб и их носителей – реактивных стратегических бомбардировщиков. И строить вблизи СССР новые военно-воздушные базы, а вокруг США возводить мощную систему ПВО. СССР вынужденно принял вызов, но не пошёл по пути «симметричного» ответа по «линии ВВС», поскольку США имели здесь много преимуществ. В то же время становилась понятной и уязвимость стратегической авиации перед лицом новых средств ПВО – истребителей и зенитных ракет. СССР пошёл по качественно новому пути создания ракетного оружия, как мощного и неуязвимого оружия для доставки ядерных зарядов. И по пути создания ракет ПВО, как средства борьбы со стратегическими бомбардировщиками противника. Так гонка вооружений пошла по этому главному «ракетному» пути, хотя совершенствовались и авиационные составляющие стратегических сил.

Военно-морской флот США не захотел отставать в гонке военных заказов и стал разрабатывать ракеты дальнего действия для боевых подводных лодок и надводных кораблей. В начале 60-х годов появились боевые ракеты подводных лодок (БРПЛ) и крылатые ракеты морского и авиационного базирования. Ну, а идея «первого уничтожающего удара» по России жива до сих пор, – для неё все эти «системы ПРО» и тысячи крылатых и баллистических ракет на самолётах и кораблях флота. Жива и идея давления на «непокорные страны» (Иран, КНДР) с угрозами превентивной ядерной войны. Традиции политики США мало изменились с 40-х годов прошлого века.

После реактора «А» (А-1) 01.04.50 г. на комбинате ввели в действие реактор «АВ-1». 13.04.51 г. запустили реактор «АВ-2», а далее и другие. Количество нарабатываемого плутония увеличилось в 5 раз, но стала заметно ухудшаться экологическая обстановка на заводах «Б» и «В». Конечно, технологию производства плутония, все конструкции реакторов и их компонентов, средства защиты продолжали развивать и совершенствовать. Решение первоочередной задачи создания атомных бомб позволило решать и другие задачи по защите от радиации и переработке отходов, по общему благоустройству на комбинатах, по решению социальных проблем людей: строительству жилья, развитию социальной структуры городов ЗАТО. Позже запустили реакторы на Сибирском Химическом комбинате в Томске-7 (Северск) и к 1959 году построили Горно-химический комбинат (ГКХ) – большой подземный завод по получению оружейного плутония в Красноярске-26 – Железногорске. В этом городе также находится ИСС имени Решетнёва (ранее: НПО ПМ) – крупная организация по производству космических аппаратов. В таблице ниже приведены данные о количестве ядерных реакторов, действующих в СССР в разные годы. На ГХК объём подземных выработок был примерно равен объёму выработок Московского метрополитена от 1964 года. Под землёй прорыли мощный тоннель под Енисеем для связи с другим берегом.

Таблица. Развитие сети промышленных реакторов в СССР и в России

Виды горно-химического комбината

К середине 60-х годов в СССР плутоний для оружейных целей вырабатывался на 13 промышленных ядерных реакторах, развёрнутых на трех комбинатах: Челябинск-65, Томск-7, Красноярск-26. С октября 1994 года нарабатываемый плутоний не используется для производства оружия. Два реактора в Томске-7 (ныне г. Северск) и один реактор в Красноярске-26 (ныне г. Железногорск) используются для производства тепла и электричества для нужд населения, и они будут работать до введения замещающих мощностей.

Кроме уран-графитовых реакторов стали вводить и реакторы на обогащённом уране, в которых в качестве замедлителя использовалась вода. Технологии ремонта при отказах оборудования удалось доработать, и таких проблем, как с первыми реакторами уже не возникало. Но возникли новые проблемы, связанные с хранением и переработкой отходов производства и с загрязнением окружающей среды. Всегда стояла проблема защиты людей от радиации, конструирования и производства средств защиты. Возникла и большая проблема хранения и переработки ядерных отходов. Проблемы «чистки» от радиации и всякой грязи возникли и решались во всех системах, – включая и сами реакторы, в которых грязь накапливалась в больших количествах в результате разложения самых различных веществ. Реактор А-1 проработал до 1987 года (как и завод К-25 в Ок-Ридже), – только спустя почти 40 лет его сняли с эксплуатации. Утверждения же, сделанное в одном из фильмов, будто после создания первой атомной бомбы его разобрали – неверное. За весь срок эксплуатации он произвёл 4,6 тонны оружейного плутония.

В США производство высокообогащенного урана для ядерного оружия прекратили в 1964 году, производство плутония – в 1988 году. Максимальное число действующих промышленных реакторов в США равнялось