Оккультный мессия и его Рейх - Валентин Пруссаков

Членство в тайных обществах обычно тщательно скрывается, поэтому не нужно удивляться тому, что нет никаких документальных свидетельств, подтверждающих принадлежность Гитлера к тому или иному братству. Теоретически, если принять во внимание информацию его друзей по «венским страданиям», он мог быть членом как «Арманена», так и «Ордена Новых Тамплиеров».

Йозеф Грейнер, опубликовавший свои воспоминания в 1947 году, рисовал Гитлера увлеченным оккультистом, изучавшим телепатию, йогу и знавшим, в частности, как контролировать биение сердца.

Август Кубичек, ближайший друг юношеского периода, писал, что еще в Линце «(Адольфа)... охватывали странные идеи, и он мог в одиночестве целыми днями бродить по городу, полностью поглощенный ими». Об увлечении Гитлера германской мифологией Кубичек говорил:

«„Эдда“ была для него священной книгой. Он знал Исландию как далекий северный остров, где еще действовали силы, участвовавшие в процессе созидания Земли...»

Оба, Кубичек и Грейнер, говорят, что Гитлера особенно интриговала власть, заключенная в воле человека. В этом интересе, по-видимому, отражалось его знакомство с тайными науками. Основная задача каждого посвященного оккультиста – трансформировать себя из простого смертного в сверхчеловека, самым главным для этого считается развитие и контролирование воли. Гитлер с юношеского возраста, в отличие от подавляющего большинства, уделял огромнейшее внимание воспитанию «железной воли». Знавшие его по Вене видели в нем романтического мистика, харизматическую фигуру, оказывающую гипнотический эффект на окружающих.

Можно долго и, вероятно, бесплодно спорить о том, был ли Гитлер членом магических братств, но, думается, что трудно оспаривать знание им оккультных традиций, секретов оккультизма. Наверно, был он знаком и с «Секретной доктриной» Блаватской. В этом труде «русская Изида», между прочим, указывала, что весь мир движется «той таинственной и божественной силой, дремлющей в воле каждого человека, и которая, если не вызвана к жизни и не развита упражнениями йоги, продолжает дремать в 999999 из миллиона и в конце концов атрофируется».

От глубокой древности до наших дней сохранилось учение о том, что глубокой концентрацией воли и умелым направлением ее можно достичь желаемых результатов. Если же желанная цель не достигнута, то происходит это только из-за каких-то ошибок в проецировании и направлении нашей мысли.

Как вспоминают однополчане Гитлера по Первой мировой войне, он был «странным парнем». Один из них рассказывал:

«...(Гитлер) часто сидел, не обращая ни на кого внимания, в глубокой задумчивости, обхватив руками голову. Затем неожиданно вскакивал и начинал возбужденно говорить о том, что мы обречены на поражение, ибо невидимые враги Германии опаснее, чем самое мощное, орудие противника».

Письма Гитлера военного времени полны веры в собственное высшее предназначение и покровительство Провидения.

«Это самое настоящее чудо, что я жив... Только благодаря чуду я продолжаю оставаться здоровым и невредимым».

В последний месяц войны, однако, он становится жертвой горчичного газа, примененного англичанами. Гитлер временно теряет зрение:

«...Мои глаза превратились в раскаленные угли; вокруг меня сплошная тьма».

В госпитале он узнает о капитуляции Германии.

«Опять мрак сгустился перед моими глазами; я с трудом дошел до кровати, накрылся с головой простыней и уткнулся в подушку.

С того дня, когда я стоял у могилы матери, я не знал, что такое слезы... Итак, все напрасно. Впустую жертвы и лишения, голод и жажда; бесконечные часы, когда мы, подавив трепет сердца, выполняли свой долг; напрасной оказалась и смерть двух миллионов... Во имя чего же германский солдат превозмогал чудовищную жару и снежнке заносы, переносил бессонные ночи и бесчисленные марш-броски? Во имя чего он лежал в аду артиллерийского огня и не содрогался в лихорадке газовых атак... А что сказать о тех, кто был там, в тылу?

Ничтожные выродки и преступники».

Гитлер продолжает:

«В те ночи ненависть душила меня, ненависть к тем, кто ответственен за происшедшее.

Вскоре я понял свое предназначение в мире... Я решил, что должен взяться за политическую работу».

Как удалось ему распознать свое собственное призвание? Одному из сподвижников он скажет позже, что озарение свыше, «сверхчувственное видение приказало спасать Германию».

В Мюнхене Гитлер продолжил работу для армии, служа в ее политическом отделе. В его обязанности входило наблюдение за разными партиями и группировками, подозревавшимися в подрывной деятельности. В ходе работы он узнал и об одном из сателлитов Общества Туле – Германской рабочей партии. Вскоре армейский «политрук» присоединяется к ней и довольно быстро становится одним из ее лидеров.

Любопытное сообщение содержится в статье Р. Фелпса, опубликованной в «Американском историческом ревью» за июль 1963 г. Оказывается, вначале номер членского билета Гитлера был 55, но затем, по какой-то неведомой причине, его поменяли на 7. Такое изменение вряд ли привлечет внимание поверхностного наблюдателя, но оккультисты хорошо знают значение семерки. Например, Лист писал:

«В семерке заложен секрет начала, развития и изменения в Великом целом во всех отношениях... в ней ощущается близость к кругу вечности...»

От Пифагора оккультисты приняли теорию о том, что каждая цифра обладает своим смыслом, своим значением. Они верят: в цифрах заключен ключ к пониманию законов человеческой и космической жизни.

Как бы то ни было, – из простого предрассудка или знания «законов космоса», – но семерка стала номером Гитлера. А даже начинающий оккультист знает, что именно эта цифра лучше всего подходит тому, кто намеревается выступить в роли спасителя.

Кем была поручена ему ведущая роль? Избрала ли его какая-то группа адептов тайного знания или же только Дитрих Эккарт? Этот вопрос остается неотвеченным и по сию пору.

Согласно Курту Людке, хорошо знавшему Гитлера и Эккарта на заре нацистского движения, в Эккарте «было нечто гениальное, и он в значительной мере – духовный отец Гитлера и предтеча нацизма. Будучи человеком состоятельным, он явился также и первым финансовым благословением для Гитлера».

Больше похоже на правду то, что Эккарт был не столько богат сам, сколько обладал многочисленными связями с «нужными людьми». У него были контакты со сливками высшего общества Мюнхена. Он ввел молодого Гитлера в этот круг и представил его, как «долгожданного спасителя». По воспоминанию Альфреда Розенберга, Эккарт говорил: «Да сбудется воля и желание Провидения, но я верю в Гитлера, – на него указывают звезды».