Оккультный мессия и его Рейх - Валентин Пруссаков

На заре нацизма Гитлер через Эккарта завел знакомство с молодым и довольно загадочным человеком, проявлявшим склонность к мистицизму и уже зарекомендовавшим себя специалистом по «иудо-масонскому заговору». Это был Альфред Розенберг, ставший впоследствии «главным идеологом». В 1919 г. он вместе с русскими беженцами прибыл в Мюнхен из захваченной большевиками России. Вскоре он встретился с Дитрихом Эккартом и вступил в Общество Туле. По свидетельству очевидцев, нищему эмигранту быстро удалось найти общий язык с Эккартом и обрести заметный статус в правых кругах благодаря вывезенным им из Москвы «Протоколам сионских мудрецов». Некоторые историки считают эти самые протоколы фальшивкой, «состряпанной Сергеем Нилусом по заданию царской охранки». Но у них были (и есть!) ревностные защитники, твердящие об их «несомненной подлинности». Например, князь М. Горчаков писал:

«Протоколы представляют собой мировую программу; в этом не сомневается никто. Чья это программа, указано в самих протоколах...

Мы, русские, должны постоянно помнить, что именно еврейством эта программа была применена и испытана на теле живой России и послужила ему сперва орудием разложения, а затем и орудием порабощения».

Розенберг представил свою версию о том, как «сионские мудрецы» попали ему в руки. По его слорам, к нему на квартиру в Москве (кстати сказать, он был студентом Московского университета. – В.П.), явился «таинственный незнакомец», который «положил книгу на стол и исчез, не проронив ни единого звука».

Гитлер увидел в записях сионских мудрецов потрясающий пропагандистский материал и... высоко оценил «эрудицию Розенберга». «Русский эмигрант» забрался в высший эшелон нацистской иерархии.

Следует отметить, что его роль в движении рассматривается весьма неоднозначно: англичанин Льюис Спенс говорит, что Розенберг был злым гением нацизма; немец Иоахим Фест видит в нем совершенно заурядную личность, жившую в мире собственного воображения. Правда, по-видимому, в том, что Розенберг имел сильное влияние на Гитлера и нацистов в 20-е годы, но затем «русский» (так иногда его называли противники и завистники) был оттеснен на задний план более жестокими и целенаправленными соперниками. Однако вначале, когда ему покровительствовал Эккарт, сведший его с Гитлером, все обстояло иначе. Розенберг сразу же проявил себя пылким приверженцем нацизма и развил бурную писательскую деятельность. Одна за другой выходили его книги: «Влияние евреев в истории», «Аморальность в талмуде» (обе в 1919 г.) и «Преступность масонства» (1921 г.). В них доказывалось существование иудо-масонского заговора, стремящегося «подорвать основы нашей жизни». Согласно Розенбергу, объединенные усилия масонов разных стран привели к развязыванию первой мировой войны, а русская революция была инспирирована «международным еврейством».

Огромная продуктивность и обширная эрудиция в сфере «патологического национализма» сделали из него ведущего партийного идеолога. Эта репутация еще более окрепла после выхода в 1930 г. «Мифа XX века» – важнейшей книги национал-социализма, уступающей лишь «Моей борьбе» Гитлера.

В своем пространном труде, начинающемся словами: «Сегодня история мира должна быть написана заново», он интерпретирует всю историю как сплошной расовый конфликт.

Розенберг ставил перед собой задачу невиданных масштабов: он стремился создать не просто еще одну теорию, а совершенно новую религию.

«Сегодня рождается новая вера: миф крови. Соединив веру и кровь, мы отстаиваем божественную природу человека, его целостность... нордическая кровь и есть та материя, которая должна заменить и преодолеть все старые таинства».

Розенберг проповедовал новое сознание – сознание крови. Он отрицал не только христианство, но и германское неоязычество, нападал на астрологию. Для него религия крови была единственной истиной, ибо «базировалась на очевидных фактах жизни». Он мечтал о национальной религии крови, в ритуалах которой «отразится правда человеческого существования». В христианстве ведущий нацистский идеолог не видел ничего, кроме пустых обрядов и «иудейской блевотины».

Гитлер во многом соглашался с Розенбергом и его монологи, записанные Раушнингом, являются красноречивым подтверждением.

«Все религии одинаковы, неважно, как они называют себя. У них нет будущего, тем более в Германии... Будь то Ветхий Завет или Новый, нет никакой разницы: все то же самое, старое еврейское надувательство... Нельзя быть одновременно немцем и христианином. Надо выбрать что-то одно. Нам нужны свободные люди, которые чувствуют и знают, что Бог находится в них самих... Наши крестьяне не забыли истинную религию... Она еще живет... Крестьянину нужно сказать о том, что разрушила церковь: все тайное знание природы – божественное, бесформенное, демоническое... Мы скинем внешний покров христианства и обнаружим религию, свойственную нашей расе... с помощью крестьян мы сможем уничтожить христианство, потому что в них, в детях земли, есть подлинная религия, коренящаяся в природе и крови».

С благословения Гитлера Розенберг составил параграфы устава будущей Церкви Национального Рейха. В них говорилось о беспощадной борьбе с чужеземной христианской верой, требовалось запретить библию и заменить ее другой книгой – «Моя борьба».

В последнем параграфе устава «Новой Церкви» было сказано:

«В день ее основания христианский крест должен быть снят со всех церквей, храмов и часовен и заменен единственным непобедимым символом – свастикой».

Если бы Германия одержала победу во Второй мировой войне, то подобное могло бы осуществиться...

В тот же самый период, когда бывший московский студент Альфред Розенберг развивал свои псевдорелигиозные идеи, находившие понимание у Гитлера и у членов Общества Туле, другой оккультист прокладывал себе дорогу к нацизму. Это был мюнхенский студент Рудольф Гесс, родившийся, между прочим, в Египте. Большинство историков рисуют Гесса человеком слабым и нерешительным. Его же духовный ментор Карл Гаусхофер писал о нем следующее: «Ой находился во власти эмоций и страстно увлекался странными, фантастическими идеями... верил в то, что звезды влияют на личную и политическую жизнь. Я навсегда запомнил выражение его ясных глаз, в них было что-то сомнамбулическое...»

Так же как и Розенберг, Гесс принадлежал к Обществу Туле. Но его подлинным гуру был всегда Гаусхофер, об идеях которого рассказывалось ранее. Другого своего великого учителя, ставшего для него идолом, – Адольфа Гитлера, он нашел в 1921 году, побывав на митинге Германской рабочей партии. Услышав Гитлера, нервный мюнхенский студент испытал экстаз религиозного обращения и решил посвятить свою жизнь служению фюреру. Позже жена Гесса скажет, что его необычайная преданность Гитлеру носила магический характер.