Любовь королевы - Шейн Роуз

— Может, это просто сбой гормонов.

Я посмеялся над её отрицанием, но оставил эту тему. Утром всё прояснится. Кейд нашёл врача, к которому мы должны были поехать.

На следующее утро мы одевались в тишине, нервозность Каталины была ощутима в пентхаусе. Она попросила Максима снова прикрыть нас, и мы сели в машины, направляясь в маленькую клинику на окраине города.

Мы вошли в небольшое кирпичное здание. Кусты и зелень вокруг придавали ему вид уютного домика. Газон был аккуратно подстрижен, а на крыльце висели кашпо с петуниями всех цветов радуги.

Мужчина, открывший дверь, не был тем врачом, к которому мы обычно ходили.

— Вы, должно быть, Каталина, — протянул ей руку он.

Она шагнула вперёд и пожала её.

— Вы, наверное, мой гинеколог?

— На данный момент, — усмехнулся он. — Я на пенсии, так что технически я не буду принимать роды.

— Сначала давайте убедимся, что ребёнок вообще есть, ладно? — Каталина подняла брови и указала на всех нас. — Они немного самонадеянны.

— Ах, понимаю, — улыбнулся врач. — Может, кому-нибудь принести воды? И, Каталина, кого вы хотите видеть рядом во время осмотра?

Она повернулась и посмотрела на Данте, стоящего со скрещёнными на груди руками, на Кейда с лёгкой улыбкой на лице и телефоном в руке. Бастиан прислонился к дверному косяку, один уголок его рта приподнялся, как будто он наслаждался представлением.

Женщина усмехнулась — будто знала, какую кнопку нажать.

— Пусть заходят все, если хотят.

— Ты совсем рехнулась, — прошипел я.

— Что? Разве вы все не хотите увидеть эту маленькую штучку?

Доктор поднял руки вверх, отступая.

— Ладно, я принесу всем воды и оставлю вас обсудить. Кейд, полагаю, визит пойдёт в учёт, и страховка покроет, если что-то пойдёт не так?

— Как обычно, док.

— Никто не войдёт в эту комнату с тобой, кроме меня. — Я сжал её локоть и развернул к дивану, мягко, но настойчиво усадив. Сел рядом и притянул к себе, чтобы она оказалась у меня под боком — там, где и должна быть.

— Ой, не будь таким чертовски консервативным. Они же не впервые видят женщину. — Кэти задумчиво прикоснулась пальцем к подбородку. — Хотя… постой, он ведь вставит мне огромный зонд, чтобы всё выяснить, верно?

— Я в деле, — пошутил Данте, и Кейд рассмеялся.

— Я пас, — внезапно поморщился Бастиан.

— Ты? — усмехнулся я, глядя на его гримасу. — А я думал, из всех нас именно ты спокойно к этому отнесёшься.

— Когда старик вставляет тебе что-то? — сморщил нос Бастиан. — Я пас.

— А если бы это был молодой мужчина, тебе было бы легче?

— Чёрт возьми, — пробормотал я себе под нос. С этим дерьмом мне придётся иметь дело до конца жизни. Я знал это. — Мы пытаемся завести ребёнка. Я и она. Ты думаешь, что такие шутки — это уместно?

— Ром, если ты думаешь, что эти парни не будут в курсе всего, через что мне придётся пройти во время беременности, ты сильно ошибаешься.

— Нам нужно выяснить, как долго ты сможешь продолжать тренироваться, — сказал Данте.

— С сегодняшнего дня она не может тренироваться, — ответил я за всех. Врачу не нужно было отвечать на этот вопрос.

— Я могу тренироваться на протяжении всей беременности. — Кэти закатила глаза и полностью проигнорировала меня.

Доктор вернулся, неся в морщинистых руках большой керамический поднос с водой.

— Я рад, что вы так оптимистично настроены, Каталина.

Он раздал стаканы, и мы все бормотали слова благодарности, но никто из нас не сделал ни глотка. Доверие давалось нам нелегко. Он выглядел как Санта-Клаус, большой и крепкий, с розовыми щеками и белой бородой. По мне, тот мог бы выглядеть как Иисус. Я не доверял никому за пределами семьи. Он был необходим, и Кейд проверил его. Мне было всё равно. Даже несмотря на то, что я должен был доверять ему, чтобы он вставил что-то в тело моей девочки.

— В принципе, тренировки возможны, если не будет осложнений, — продолжил доктор Санта. — Мне понадобятся анализы крови от вас обоих, чтобы проверить на генетические отклонения. И нужно будет решить, хотите ли вы пройти генетическое тестирование — оно позволяет быстро выявить возможные аномалии.

— Предположительно, по этому анализу мы ещё и пол ребёнка узнаем? — спросила Кэти, сделав большой глоток воды. При этом она подмигнула мне. Эта женщина знала, что мы все осторожно обходим эту тему, но она бросала мне это в лицо, как будто она могла прочитать этого мужчину лучше, чем любой из нас.

Возможно, она и могла.

Я уже не был в этом уверен.

— Хорошо, куда нам идти, чтобы покончить с этим? — спросила Кэти. — Сегодня сердцебиение не услышим, верно?

— Это зависит от срока, — ответил врач, жестом приглашая нас следовать за ним. — Когда у вас была менструация последний раз?

Когда Данте и Кейд встали, я хрустнул шеей.

— Вам обоим лучше сесть, чёрт возьми. Я не шучу. Не смейте за нами следовать.

— Полагаю, это отец, — прошептал доктор Кэти, и она рассмеялась, проходя в приоткрытую дверь.

Я последовал за ней. Не сказал ни слова врачу, просто сел на мягкий диванчик в стерильно белой комнате. На стене висел маленький квадратный экран, подключённый к приборам, в которых я ничего не понимал.

Доктор вымыл руки в раковине в углу комнаты и надел латексные перчатки.

— Мы можем начать с абдоминального сканирования, если хотите. Или сразу перейти к трансвагинальному. Я бы посоветовал сначала абдоминальное, если вы недавно не опорожняли мочевой пузырь, Каталина.

Она пожала плечами.

— Хорошо, сначала абдоминальное сканирование. Мне нужно раздеться?

Кэти никогда не стеснялась своего тела. Я невольно усмехнулся, увидев её смелость. Я ненавидел и любил её за это.

— Пока можете оставаться одетой, — сказал доктор, предлагая ей лечь на длинную медицинскую кушетку рядом с экраном и приборами.

Она посмотрела на меня, и в её глазах внезапно появилась неуверенность.

— А вдруг ничего нет?

— А вдруг есть, — ответил я, вцепившись в её руку. Она машинально сжала мою ладонь, будто нервозность сковала всё её тело.

— Сейчас я нанесу гель, — начал врач, — он поможет датчику лучше скользить по животу. Мы используем ультразвуковые волны…

— Это безопасно для неё и ребёнка? — перебил я.

Каталина вздохнула:

— Ром, он врач. Он не станет подвергать нас риску.

Я даже не посмотрел на неё. Просто продолжал смотреть на него, тем самым взглядом, от которого обычные мужчины обычно просили пощады.

Взгляд доктора метнулся к двери, и его рука слегка задрожала.

— Конечно, безопасно, — сказал он. — Я ставлю на кон свою репутацию, делая всё ради блага пациента и малыша.