Начало всех начал - Тина Вальен

Дети и мои коллеги по работе получили все заказы. Клаве, моей подружке и второй маме Ёжика, я подарила перстень. О расплате с неизвестным спонсором, который помог закончить ремонт в новой квартире, я подумаю потом. Кольцо — Клавочке! Она до года кормила сначала своё дитя, потом приложила к груди моё. После родов молоко у меня не пришло. Если бы не она, я не сделала бы для интерната и четверти задуманного.

Ксюша упала бы сейчас в обморок: она узнала для меня стоимость этой вещицы, но не знала только истинной цены этой русской женщины.

Моему искромётному другу Гене была обещана нирвана в закрытом клубе нефтяного магната по приезде в гости. Мои ныне пустые карманы, надеюсь, наполнятся к тому времени ровно на такую космическую сумму. Смешно. Получила я и окончательный расчёт — ещё смешнее. От гомерического хохота умрут все, кто услышит, что я без гроша в кармане могла стать депутатом. Просто положение вещей в данном месте и в данный период было именно таковым. Эти вещи на свои места ставила я сама со своими единомышленниками все эти трудные годы.

Гена сообщил, что собирается взять кредит и выкупить настоящее, но пришедшее в полный упадок издательство. Ему ещё долго идти к своей мечте: «Свободное слово свободному народу». Просвещать и вещать, пока его слову верят. Вера, доверие — великая ценность. Они почти утрачены к правительству, к депутатам, к соседу, другу… Что может быть страшнее? Ещё Гена схватил за рога «золотого тельца»: его рекламная газета «По рукам», в пику московской «Из рук в руки», неожиданно стала основным источником дохода. Не отвалятся ли его ангельские крылья на дороге благих намерений? Аппетит приходит во время еды.

Мы улетели в Москву утром в среду. Раньше просто не получилось: надо было посмотреть выставку поделок и рисунков, сделанных за лето, поучаствовать в спортивном празднике и оценить приготовленный к нашему приезду концерт, устроить вечер в честь самого старшего выпускника школы-интерната Кира Ниловича. Его полюбили ещё на спортивном празднике, когда он прыгал в мешках в семейной эстафете. Мы хохотали над приколами старшеклассников во время концерта и окончательно были повержены в прах, когда на сцене при полном параде в костюме Гамлета с пером на шляпе появился мой Ёжик. Всё было невероятно трогательно, когда он начал играть отрывок из Шекспира: «To be or not to be…». Мне даже на миг показалось, что мелькнуло лицо Лорда. Тень отца Гамлета, подумала я, потому что мистикой никогда не грешила. Кир Нилович, уезжая, заплакал: вряд ли он ещё когда-нибудь приедет в свой интернат, ставший родным домом.

— Дедушка, не плач, мы ещё сто раз приедем сюда. Правда, мамочка? — спросил меня Серёжа, успокаивая дедулю.

«Мы с тобой приедем. А вот дедуля… в последний раз», — подумала я и тоже обняла Кокошу.

Уже в аэропорту, когда все сели в самолёт, на взлётную полосу выскочил джип, из него выбежал Арсен, махая руками. Я вышла на трап в полной растерянности. Зачем он здесь, что я могу сказать?

— Это тебе на память, — и он сунул мне в руки букетик полевых цветов и мягкий кожаный мешочек.

— Это мои слёзы… Прими их и помни о моей любви. Трудно станет — позови, хоть когда-нибудь…

Я вернулась в самолёт, трап стал медленно отъезжать от него.

— Позови! — донеслось до меня. — Просто кино, — подумала я, а предательские слёзы уже навернулись на глаза.

В самолёте, когда уснул мой сынок, я развязала мешочек, скорее кисет, который сам был произведением искусства, и изнутри брызнули лучи от малюсеньких бриллиантов — алмазные слёзы. Что мне делать со всем этим — его болью, ощущением своей вины? Так когда-то оставили и меня. Я пережила, переживёт и красавец Арсен. «И от нашей прекрасной, нашей светлой любви не останется в памяти искорки даже…» — пели мы когда-то, и холодок пробегал по сердцу от одной только мысли, что такое возможно.

Только в самолёте я осознала, что очередной этап моей жизни стал историей. Пресс-конференция явилась для меня откровением. Марк Викторович спокойно рассказал журналистам о семье, работе, ответил на все каверзные вопросы.

Отец, военный дипломат, предпочёл пустить себе пулю в лоб после вызова на Лубянку. Беременную жену успел отправить к родным на Алтай. Клеветнический донос не подтвердился, дело закрыли. Но мать с младенцем вернулась в Москву только после развенчания культа личности Сталина. Марк Викторович окончил МГУ по специальности «Международное право», работал в МИДе, потом в посольствах в Европе, Азии и закончил в Австралии. Когда развалился Союз, многие растерялись, только не Марк Викторович. Уволившись из МИДа, он организовал первую консалтинговую компанию сначала в Европе, заинтересованной в открывшемся для свободной торговли огромном российском рынке и остро нуждавшейся в профессиональных консультациях по огромному количеству появившихся разноречивых законов. Этот первый самостоятельный успешный шаг стал источником первоначального капитала. Только тогда, когда Россия явно повернула на демократический путь развития и экономика стабилизировалась, Марк Викторович открыл новые филиалы своей компании в крупных городах огромной страны. Юридические консультации по широкому кругу вопросов оформились в крупный холдинг, имеющий свой банк. Бизнес чист, проверен компетентными органами и готов спонсировать социальные проекты.

Всех потрясла его эрудиция и совершенное знание законов. Марк Викторович смог убедить, что его программа развития края реальна. Не обошлось без дешёвой саморекламы — обещания открыть бесплатную юридическую консультацию.

Как оно будет на самом деле, зависит не только от депутата. Этого Марк Викторович не сказал. Пусть маленькая надежда живёт в народе, во мне. Сделает ли он всё возможное, чтобы она не исчезла совсем?

А первый мой кумир спал, посапывая, обняв своего любимого внука. Через месяц мы будем поздравлять его с семидесятилетним юбилеем и сорока пятилетием научной и преподавательской деятельности. Мои кумиры, мне повезло с вами. Я же погрязла в грехе обмана и не знаю достойных путей выхода из него.

— Мамочка, а папа, наконец, появится из своей разведки? — зашептал Ёжик мне на ухо.

Это была наша с ним общая тайна. Лимит чудес исчерпан. Будет гадко и тошно, но за грехи надо платить…

Уже был набран основной штат новой школы-интерната, закончены приготовления к свадьбе Ксюши, когда нечто всё же случилось. И случилось оно прямо на свадьбе, которая состоялась в доме Робота. Я давно там не была, мы в основном перезванивались с Ксюшей и Машей по телефону. С их стороны радостные повизгивания и восторги, с моей — усталые стоны на нехватку времени. Мой Ёжик благоденствовал пока у Крокодильчиков, дедуля таскал его с Женькой по всем увеселительным детским местам. К встрече родителей всё было готово, и, тем не менее, их приезд застал меня врасплох. Прямо накануне свадьбы я вынула из ящика телеграмму: «Встречайте поезд… вагон… место». Срочно Кокоша с Ёжиком были перемещены в новые пенаты, где моего малыша ждал сюрприз: щенок, подаренный мне Феликсом. Просить встретить моих дорогих и любимых папу с мамой придётся именно Фила.