Время, вперед! Культурная политика в СССР - Коллектив авторов

17

«При нашей некультурности мы не можем решить лобовой атакой гибель капитализма. При ином уровне культуры можно было бы решить задачу прямее, – и, может быть, другие страны так ее и решат, когда придет время строения их коммунистических республик. Но мы прямым путем не можем решать вопрос» (Ленин В. И. Новая экономическая политика и задачи политпросветов. Доклад на II Всероссийском съезде политпросветов // Ленин В. И. Полн. собр. соч. 5-е изд. Т. 44. М.: Изд-во полит. лит-ры, 1967 [1921]. С. 168). Именно этот доклад стал одним из излюбленных источником цитат о важности культуры в последующем советском публичном дискурсе.

18

Ленин В. И. О кооперации // Полн. собр. соч. 5-е изд. Т. 45. М.: Изд-во полит. лит-ры, 1967 [1923]. С. 369–377.

19

Ср. из выступления Ленина на съезде 1922 г.: «А теперь в чем гвоздь? Этот гвоздь представляет собой – к чему бы я и хотел подвести и подытожить свой доклад – гвоздь не в политике, в смысле перемены направления; об этом говорят неимоверно много в связи с нэпом. Все это говорят впустую. Это – вреднейшая болтовня. В связи с нэпом у нас принимаются возиться, переделывать учреждения, основывать новые учреждения. Это – вреднейшая болтовня. Мы пришли к тому, что гвоздь положения – в людях, в подборе людей. Это трудно усвоить революционеру, который привык бороться против мелких дел, против культурничания, который вместо пересоздания учреждения выдвинул роль личности» (Протоколы одиннадцатого съезда РКП(б). С. 42–43). Довольно туманный смысл последней фразы, на мой взгляд, следует интерпретировать так: революционерам, привыкшим к решению организационных и политических вопросов, необходимо теперь обратиться как раз к «мелким делам», «культурничанью» и признать «роль личности».

Достаточные основания для такой интерпретации дает более внятная формулировка Ленина в докладе на II Всероссийском съезде политпросветов: «После решенной задачи величайшего в мире политического переворота перед нами стали иные задачи – задачи культурные, которые можно назвать маленькими делами. Надо этот политический переворот переварить, сделать его доступным массам населения, добиться, чтобы этот политический переворот остался не только декларацией… Задача подъема культуры – одна из самых очередных» (Ленин В. И. Новая экономическая политика и задачи политпросветов. С. 169).

20

Под институтами здесь и далее я понимаю габитуализированные практики поведения. О различии институтов и учреждений см.: Куренной В. Интеллектуалы // Мыслящая Россия: картография современных интеллектуальных направлений / под ред. В. Куренного. М.: Фонд «Наследие Евразии», 2006. С. 5–26. Это различие близко к более стандартному различию неформальных (институты) и формальных (учреждения и организации) институтов, хотя и не совпадает с ним.

21

Партийные комментаторы материалов съездов квалифицируют как решительный поворот к «подготовке культурной революции» только XIII съезд РКП(б) 1924 г. (Тринадцатый съезд РКП(б). Май 1924 года. Стенографический отчет. М.: Гос. изд-во полит. лит-ры, 1963. С. X), т. е. со значительным отставанием от соответствующего семантического сдвига в языке Ленина.

22

XVIII съезд Всесоюзной Коммунистической Партии (б). 10–21 марта 1939 г. Стенографический отчет. М.: ОГИЗ; Гос. изд-во полит. лит-ры, 1939. С. 24. Сходную формулировку – в совершенном времени – содержит также принятая на съезде резолюция «Третий пятилетний план развития народного хозяйства СССР (1938–1942 гг.)», основанная на докладе Молотова: «За годы второй пятилетки в СССР проведена настоящая культурная революция» (Там же. С. 650).

23

См. статью Р. Хестанова в настоящем издании.

24

Если говорить о реальных социально-значимых результатах культурной революции в сталинский период в аспекте повседневно-бытовой культуры, то Фицпатрик выделяет сложившуюся в этот период систему из трех уровней культуры, выстроенных иерархически и специфицированных социально: 1) навыки элементарной гигиены и элементарной грамотности (нормативный уровень для крестьянства); 2) правила поведения за столом и в общественных местах, обращение с женщиной, знание основ коммунистической идеологии (рядовой городской житель); 3) «культура этикета» – хорошие манеры, правильная речь, опрятная и подобающая одежда, ориентация – хотя бы элементарная – в литературе, музыке, балете (уровень управленцев, «советской элиты»). См.: Фицпатрик Ш. Повседневный сталинизм. Социальная история Советской России в 30-е годы: город. М.: РОССПЭН, 2001. С. 99 и далее.

25

Тем самым, помимо прочего, были сформированы условия для прямых интервенций советских руководителей, прежде всего И. В. Сталина и Н. С. Хрущева, в сферу художественной политики.

26

Протоколы десятого съезда РКП(б). С. 570.

27

Очень масштабный сбор статистики по вопросам культурного потребления проводился, впрочем, начиная с первых лет существования советского общества – см. статью И. Глущенко в настоящем издании.

28

Здесь показательна, в частности, деятельность группы социологов культуры во главе с С. Н. Плотниковым (НИИ культуры Министерства культуры РСФСР), выступавших за широкомасштабные количественные исследования в этой сфере. Ср., например: Социология культуры. Вып. I / под ред. С. Н. Плотникова // Министерство культуры РСФСР. НИИ культуры. Тр. 9. М.: Советская Россия, 1974; Социология культуры. Проблема социальных показателей развития культуры. Сб. науч. тр. № 108 / под ред. С. Н. Плотникова. М.: НИИ культуры, 1982. Поле «социология культуры» в позднесоветский период не является однородным, в нем присутствуют различные группы и конфликты, но этот вопрос требует отдельного рассмотрения.

29

Весьма репрезентативное представление характера вопросов, с которыми работал высший партийный орган в это время, можно получить по продолжающейся серии публикаций соответствующих документов аппарата ЦК партии: Аппарат ЦК КПСС и культура. 1973–1978. Документы: в 2 т. / отв. сост. Т. Таванец. Т. 1. М.: РОССПЭН, 2011.

30

Весьма репрезентативное представление характера вопросов, с которыми работал высший партийный орган в это время, можно получить по продолжающейся серии публикаций соответствующих документов аппарата ЦК партии: Аппарат ЦК КПСС и культура. 1973–1978. Документы: в 2 т. / отв. сост. Т. Таванец. Т. 1. М.: РОССПЭН, 2011.

31

Подобные теневые зоны были возможны даже внутри идеологического ядра СССР – в области философии. См., например, документальный фильм А. Архангельского «Отдел» (2010).

32

Комплексная программа научно-технического прогресса СССР на 1986–2005 годы. Проблемный раздел 3.2. Социальные проблемы повышения народного благосостояния и развитие культуры (Для служебного пользования). М.: Академия наук СССР; Государственный комитет СССР по науке и образованию, 1983. В порядке справки (КП, с. 414–415) приведем список членов комиссии, занимавшейся подготовкой рассматриваемого здесь тома «Комплексной программы» (не включая рядовых составителей – их еще 69 человек): председатель – С. С. Шаталин, председатель – В. Ф. Майер, заместители председателя – Б. Г. Гребенников, Т. Н. Заславская, Н. М. Римашевская, В. М. Рутгайзер, Р. Я. Чаянов, ученые секретари – А. С. Бим, Т. Л. Клячко. Члены комиссии: Б. А. Бабин, Г. В. Бадиян, В. Е. Баскаков, И. В. Бестужев-Лада, А. Г. Вишневский, Л. А. Гордон, Б. А. Грушин, И. Б. Гутчин, Л. С. Дегтярь, И. Е. Дискин, A. M. Жданов, Ж. А. Зайончковская, В. Г. Зинин, Л. Г. Зубова, В. А. Калмык, К. К. Карташова, Э. В. Клопов, Т. И. Корягина, Т. А. Кудрина, М. С. Ланцев, И. Л. Лахман, Ю. А. Левада, И. Т. Левкин, Н. А. Нечипоренко, СИ. Никаноров, Л. В. Никифоров, А. В. Орлов, В. В. Пациорковский, С. Н. Плотников, Б. Б. Прохоров, С. С. Пчелинцев, В. З. Роговин, О. П. Саенко, А. А. Сергеев, А. И. Смирнов, Ю. У. Фохт-Бабушкин, А. И. Чухнов, Ю. Е. Шевяхов, В. А. Ядов, Г. А. Яременко.

К сожалению, авторы приведены общим списком, а не по разделам.

33

КП. С. 339.

34

КП. С. 340.

35

КП. С. 341.

36

В порядке актуального комментария можно заметить, что устранение последних в постсоветский период привело к тому, что сохранившиеся в силу институциональной инертности учреждения культуры (часть которых осталась на балансе властей разного уровня, тогда как другая или исчезла совсем, или модифицировалась в рыночной среде) потеряли всякую определенность и ориентиры в своей деятельности. С обобщенной точки зрения это выглядит как упадок культуры, а по факту является ситуацией крайней фрагментации этой сферы. Учреждения культуры потеряли свое предназначение, определявшееся и задававшееся внешним образом в советском государстве, и стали (если вообще стали) формировать новое спонтанным и хаотичным образом.