Гонконг - Клейтон Мэтьюз

Каждая вечеринка в доме Сандера Вановена обязательно заканчивалась просмотром порнографических фильмов — новейших и самых популярных.

Сандер помнил об обещании показать Карен что-нибудь из своей коллекции порнофильмов. Он, как и его прежние жены и любовницы, никогда не испытывал стыда от увиденного и часто с удовольствием смотрел эти фильмы.

Но странно, что сегодня ему почему-то не хотелось, чтобы Карен присутствовала здесь.

Карен… Его жена, его любовь, женщина, которая скоро подарит ему наследника.

Сандер отмахнулся от назойливых девиц, резко поднялся с кресла и, ни слова не говоря, направился к двери.

— Сандер! Ну куда же ты? — раздался голос одной девицы. — Мы ждем тебя… Мы еще не закончили…

— По-моему, мы и не начинали, — пробурчал Сандер. — Продолжайте без меня. — И он, закрыв за собой дверь, спустился по лестнице на первый этаж.

Внизу еще продолжалось шумное веселье, но Сандер знал, что некоторые пары разошлись по спальням второго этажа.

Он обнаружил Карен в одной из гостиных. Она внимательно следила за тем, как официанты убирают тарелки, рюмки, и отдавала им приказания.

— Сандер! Я уже хотела отправиться за тобой!» Думаю, мы оставим здесь несколько подносов с бокалами, и если кто-нибудь из гостей захочет еще выпить, пусть сами приходят сюда и берут вино.

— Правильно, дорогая, — сказал Сандер и внимательно посмотрел на жену.

Она выглядела такой свежей и отдохнувшей, как будто и не провела весь вечер с гостями. Перед глазами Сандера вдруг всплыли лица пьяных развязных девиц, и он поморщился. Он подошел к Карен, обнял ее за плечи и прошептал на ухо:

— Малышка, я мечтаю поскорее остаться с тобой наедине. Пойдем в нашу спальню!

— Но, дорогой, гости еще не разошлись…

— Они сами позаботятся о себе. Мы и так развлекали их как могли. Женщина! Пойдем, скорее пойдем!

Карен игриво улыбнулась и погладила его по щеке.

— Разве я могу тебе в чем-то отказать? Откровенно говоря, я и сама мечтаю поскорее очутиться в твоих объятиях!

Сильвия напряженно думала о том, как ей следует вести себя дальше, и перебирала в уме различные варианты. Ван Фусэн в разговоре с Илаем ни разу не упомянул имя наркодельца, но Сильвия прекрасно понимала, что речь шла о ее родном дяде Линь Кэ.

Теперь она ломала голову над тем, следует ли ей сообщить дяде о невольно услышанном разговоре и предупредить его о возможной опасности, или же промолчать и сделать вид, что ей ничего не известно.

Пока они с Илаем добирались до отеля, Сильвия приняла, как ей казалось, правильное решение. Она расскажет Линь Кэ о том, что он попал в поле зрения полиции, но не назовет источник информации. По сути, она ничем ему больше не обязана и поступит так лишь из уважения к родственным чувствам.

Сильвия посмотрела на Илая, сидевшего рядом с ней на заднем сиденье такси и погруженного в собственные мысли, и остро почувствовала, как сильно она привязалась к этому умному, решительному и много повидавшему в жизни человеку. Как ей хотелось, чтобы Илаю удалось выполнить свое нелегкое и опасное задание… Но удачный исход дела для Илая будет означать тюремное заключение и полный провал для ее дяди Линь Кэ!

Сильвия прикрыла глаза. Что ж, если ее дядя преступник и занимается контрабандой наркотиков, значит, он заслуживает наказания и незачем его жалеть!

Илай повернулся к Сильвии. Словно прочитав ее мысли, он тихо сказал:

— Если у меня все получится, я обещаю тебе, что никогда в жизни не нарушу закон. Я займусь настоящим мужским делом, найду хорошую работу, даже если мне и не удастся снова вернуться в авиацию.

Сильвия взяла его руку в свою.

— Почему ты решил, что не будешь больше летать? Здесь, в Гонконге, всегда найдется работа для опытного летчика! Смотри в будущее с оптимизмом, Илай! Ты заслужил хорошую работу и спокойную жизнь!

Илай засмеялся и обнял Сильвию.

— Похоже, ты хочешь оставить меня в Гонконге навсегда!

Сильвия покраснела и опустила глаза.

— Если только ты этого захочешь, дорогой, — быстро проговорила она. — Я никогда не позволю себе навязываться мужчине.

— Я знаю, — серьезно сказал Илай и нежно поцеловал Сильвию. Он улыбнулся и добавил:

— Обязательно подумаю над твоими словами, когда все закончится.

— Я с нетерпением буду ждать твоего решения, — тихо произнесла Сильвия.

Такси затормозило у отеля «Хилтон», Илай расплатился с шофером, и они с Сильвией направились к дверям. «Как хорошо, что этот долгий, шумный и полный неожиданностей день закончится в номере Илая! — мелькнуло в голове у Сильвии. — Но как же быть с дядей?»

В холле она на минуту остановилась и сказала:

— Знаешь, я совсем забыла… Одна моя подруга тяжело заболела, и я обещала позвонить ей вечером, чтобы узнать, как она себя чувствует. Ты не возражаешь, если я задержусь на несколько минут и поговорю с ней?

— Разумеется, нет! Кстати, зачем тебе звонить из автомата, когда у меня в номере есть телефон? Разве ты забыла?

Сильвия быстро отвела взгляд и, запинаясь, про, бормотала:

— Лучше я поговорю с ней из холла, дорогой. У нас свои маленькие женские секреты…

— Ладно, тогда иди звони, а я посижу и покурю, — холодно произнес Илай.

— Я мигом, дорогой! — сказала Сильвия и быстрым шагом направилась к телефону, чувствуя, как Илай отчужденно и недоверчиво смотрит ей вслед.

Вне всякого сомнения, думала она, он разгадал ее намерения и прекрасно понял, что она пошла звонить своему дяде Линь Кэ! И она дала себе слово, что, когда все кончится, обязательно объяснит Илаю мотивы своего поступка и попросит у него прощения.

Как неприятно и стыдно обманывать его!

Сильвия достала из сумочки монету и, сняв трубку, набрала номер дяди.

Линь Кэ ответил почти сразу же.

— Дядя? Это Сильвия.

— Да, Маковый Цветочек, я узнал тебя. — Линь Кэ сказал это довольно сухо.

— Я подумала, что тебя необходимо кое о чем поставить в известность… Пожалуйста, только не спрашивай меня, откуда я это знаю. Сегодня вечером я случайно услышала, что один полицейский из Бюро по борьбе с наркомафией собирает против тебя улики и свидетельские показания. Он хочет арестовать тебя за контрабанду наркотиков.

— Вот как? — бесстрастно произнес Линь Кэ. — И кто же этот человек, который охотится за мной?

— Пожалуйста, дядя… Я не назову тебе его имени, потому что не могу злоупотреблять его доверием. Да и какое имеет значение, кто он?

— Возможно, никакого значения это не имеет. Я догадываюсь, о ком ты говоришь.

— Он… он сказал правду? Ты действительно…

— Маковый Цветочек, мы еще много лет назад договорились, что я не обязан давать тебе отчета о своих делах! — перебил Сильвию Линь Кэ. — И не лезь в мои дела!