Рассказы из правого ботинка - Александр Рудазов

– Да не, это ехать, - заглянул ему через плечо Каналюга. - Отсюда не близко.

– У-ли-ца Таш-кен-тска-я… - по слогам прочитал Прокоп. - Ой, да это ж далеко…

– А ты как я! - ехидно посоветовал Каналюга, захлопывая за собой дверь.

В туалете послышался плеск, бурление, воркотание, шум воды, а потом все стихло. Канализационный водяной уплыл по трубе в свои дурнопахнущие владения.

Спустя час на ночном шоссе появились две крохотные фигурки - широкоплечий седобородый домовой-господар с рюкзачком за плечами и скрюченный приплясывающий гремлин. Венька вызвался проводить Прокопа до места назначения.

Домовой поминутно вздыхал и покряхтывал, время от времени грустно оборачиваясь к старому дому. Венька, наоборот, радовался жизни и каждые две-три минуты жизнерадостно попукивал.

– Ловим такси, старый! - возопил он, увидев свет фар. - Эй, машина, а ну, стой! Стой, машина!

Но машина на его призывы не обратила внимания. Водитель даже не увидел размахивающего руками гремлина - переехал, недоуменно поморщился и поехал дальше. Мужику показалось, что под колеса попал камень.

Измятый и обозленный гремлин подскочил, как резиновый болванчик, и заорал вслед:

– Ужоснах!!! Где модератор?!!

– Охти мне! - испуганно подбежал Прокоп, хватая гремлина за плечи. - Венька, ты живой?!

– Убери руки, ахтунг! - начал отбиваться гремлин.

Конечно, с ним ничего не случилось. Гремлины, да и большинство подобной нечисти - существа другого типа, нежели обычные животные, и обычное физическое воздействие против них малоэффективно. Гремлину на голову можно скинуть десятитонную глыбу - выползет, отряхнется и пойдет дальше. В буквальном смысле этого слова они даже не живые.

Есть, конечно, и очень эффективные способы убить гремлина… но сами гремлины разговоров на эту тему стараются не поднимать. В конце концов, они ведь и так живут очень недолго…

– Борян! Борян! - завопил Прокоп, махая руками туманному силуэту, несущемуся по шоссе.

Рядом притормозил мотоцикл. Очень маленький - с детский трехколесный велосипедик. А с него соскочил уродливый мужичок, фигурой похожий на репку. Черная кожаная косуха, такая же бандана с черепами, бородища, темные очки… и ростом с кролика.

Дорожник Борян - дух Московского шоссе.

Само собой, его мотоцикл был не мотоциклом. Скорее уж часть тела самого Боряна. Фары у него отсутствовали - дорожники, как и большинство духов места, отлично видят в темноте.

– Прокоп, тебе чего? - пробасил дорожник.

– Да мне б на Ташкентскую…

Борян шмыгнул носом, высморкался в собственную бандану, невозмутимо водрузил ее обратно на макушку, а потом гордо объявил:

– Не вопрос, камрад, сейчас сделаем.

Работа заняла считанные минуты. Дорожник некоторое время пристально следил за дорогой, принюхивался к каждому автомобилю, несколько штук равнодушно пропустил, а потом резко повернул ладонь, словно поворачивал ключ в замке. Очередной автомобиль издал шумный выхлоп и остановился.

– Вот этот на Ташкентскую идет, давайте с ним, - сообщил Борян, забираясь обратно на мотоцикл. - Я ему движок приглушил на минуточку - забирайтесь, сейчас снова поедет.

Венька, даже не поблагодарив, уже нырял в выхлопную трубу. Гремлин истончился до состояния червя и мгновенно оказался в недрах старенькой «Нивы». Прокоп же по старой привычке отвесил дорожнику земной поклон и только после этого просочился в щель багажника.

Водитель не очень понял, что случилось. Да и не задумывался особо - мужик возвращался с дня рождения, был слегка подшофе и волновало его в данный момент только одно - как бы не встретиться с гаишниками.

– Венька, я чего-то в этой книжке не пойму ничего… - смущенно почесал в затылке Прокоп. - Это про компьютеры, что ль, чего-то?

– Ниасилил? - сочувственно хмыкнул гремлин. - Эх, старый, не продвинутый ты… Выпей йаду и не мучайсо!

– Венька, хватит уже надо мной издеваться! - вспылил старый домовой. - Я тебе сейчас уши-то пооборву, пооборву! Не стыдно тебе?! Четыре года стервецу, а мозгов… на три всего! Я тебя на полторы тыщи лет старше, а ты!… и-и-и, бессовестник!

– Зочем ви тгавите? - насмешливо посмотрел на него гремлин. - Конечно, старый, ты у нас по возрасту первонах! И что?

Прокоп промолчал. В конце концов, гремлин есть гремлин - что с него возьмешь? Эти мелкие пакостники до конца жизни остаются детьми.

По указанному адресу их уже ждали. Возле дощатого забора молча и торжественно выстроилась приветственная делегация - два десятка домовых разного звания. Впереди всех с небольшой папкой - Михей. Сегодня городяник выглядел еще более важным, чем обычно. Прокоп нерешительно просеменил вперед, не понимая, что все это означает.

– Дорогие товарищи! - начал Михей. - Сегодня мы собрались здесь, чтобы попрощаться с нашим, не побоюсь этого слова, патриархом - домовым-господаром Прокопом!…

– Как?… - ахнул старик, хватаясь за сердце. - Меня - на свалку?! Да за что же?… Да как же?…

– И поприветствовать нового члена нашего общества - высотника Прокопа! - торжественно закончил городяник.

Прокоп резко замолчал. На него нахлынула целая смесь диких чувств - но преобладал восторг.

– Меня… меня… и высотником?! - всхлипнул домовой.

– Старый, попеарь меня! - прошипел Венька, пихая Прокопа в бок.

– Примите наши общие поздравления, товарищ высотник! - провозгласил Михей. - Также вас желает поздравить лично столичник!

Он торжественно раскрыл папку и над ней появилось мерцающее невнятное изображение. Столичник безошибочно распознал в толпе домовых Прокопа и произнес:

– Буду краток. Поздравляю.

Сказав это, самый главный домовой России отключился. Работы у столичника столько, что не продохнуть - днем и ночью крутится, словно белка в колесе. Некогда пространно поздравлять каждого свежеиспеченного высотника - их с каждым годом все больше.

– Двадцать два этажа! - гордо объявил Михей, шествуя впереди почетной делегации. - Строители его еще не сдали, но все уже здесь. Все на месте. Все работает.

– Да-а-а-а… - восхищенно вздохнул Прокоп.

Новостройка выглядела совершенно потрясающе. Настоящая мечта домового… хотя теперь уже высотника. Теперь он, Прокоп, будет распоряжаться сотнями квартир! Лифты! Водопровод! И целая куча Большаков!

– Ну, Михей, уважил… - пробормотал старик.

– Заслужил, товарищ! - ответил городяник. - Ну что, заселяем согласно обычаю? Василий Сергеевич, ваш выход!

Из-за угла вальяжно вышел огромный рыжий котище. Он смерил Прокопа пренебрежительным взглядом и пробасил:

– Где мой гонорар?

– Прошу, - сунул ему пакет сметаны городяник. - Как уговаривались.