Рассказы из правого ботинка - Александр Рудазов

– Здравствуйте, профессор. Рад вас видеть.

– Здравствуй, Альберт, - ласково ответил Гадюкин, садясь за стол. - Чем занимаешься?

– Мы учимся различать предметы по размеру. Это интересно.

– Он делает успехи, Аристарх Митрофаныч, - доложил Прилипко. - Почти перестал ошибаться.

– Очень хорошо, батенька, продолжайте. Альберт, познакомься с Эдуардом Степановичем - это он нам тебя заказал.

– Рад с вами познакомиться, Эдуард Степанович, - ответил мозг.

– Взаимно… Альберт, верно?… Вы дали ему имя, профессор?

– Сами посудите, батенька, не может же разумное существо не иметь имени? - улыбнулся Гадюкин. - К тому же он сам его выбрал.

– В честь Эйнштейна?

– Кто такой Эйнштейн? - влез мозг. Эдуарду Степановичу показалось, что в голосе машины звучит тревога. - Я неоригинален? Это имя уже занято? Я постарался выбрать необычное.

– Мы пока не подключали его к Паутине, - прошептал Гадюкин. - Стараемся обучать постепенно, не перегружать, не обрушивать слишком большую лавину информации, так что он еще многого не знает. Но учится очень быстро - две недели назад Альберт вообще не мог говорить, а неделю назад разговаривал, как роботы из старых фильмов. Помните?… А теперь, сами видите, уже начинает формироваться личность…

– Профессор, а когда он будет готов для демонстрации на публике?

– В принципе… в принципе, он уже готов, батенька… - задумчиво сощурился Гадюкин. - Мышление Альберта развито еще не в полной мере - сейчас его можно сравнить с ребенком лет семи-восьми… Но он, несомненно, уже совершенно разумен - это не просто компьютерная программа, не псевдоинтеллект для электронной оболочки, которые производят мелко-мягкие…

– Превосходно. В таком случае, завтра я его забираю.

– Что? Забираете? Куда забираете, батенька? - забеспокоился профессор.

– Завтра наш президент летит в Белый Дом - с ответным визитом. А ребята из Силиконовой Долины уже подвезли туда свой искусственный мозг… кстати, вы были правы, у них действительно получился шкаф размером с комнату. Так что нам надо продемонстрировать свой - или президент проиграет пари.

– А на что спорили-то?

– Не волнуйтесь, профессор, только на интерес… Но если мы проиграем, это больно ударит по престижу. Нам бы после Олимпиады оправиться…

– А я говорю, никакой это был не допинг! - грохнул кулаком по столу Гадюкин. - Судей купили!

– Профессор, я не знаю, чем вы там обкололи наших спортсменов, но вы явно перестарались. Когда бегун проходит марафонскую дистанцию за восемнадцать минут, даже до последнего идиота обычно доходит, что здесь что-то не так. Черт возьми, Осипова не смогли догнать даже на мотоцикле!

– Скажите спасибо, что я Лелика не выставил… - пробурчал Гадюкин. - А он так мечтал получить золото за штангу…

– Да, я помню, как он бегал вокруг института с грузовиком на плечах, - сухо подтвердил Эдуард Степанович. - Запаковывайте вашего Альберта, профессор, завтра он летит в Вашингтон. Кто из вашей команды будет его сопровождать?

– Да я сам!… я сам!…

– Сожалею, профессор, это исключено. Президент строго-настрого запрещает выпускать вас из страны. Ваша голова слишком дорого стоит.

– Тогда Лелик.

– Ему тоже нежелательно. Нужен кто-то, кто знает английский.

– Лелик знает. Он восемь языков знает.

– Да, только его английский ничем не отличается от его русского - точно такие же «гы-гы»… Может быть, Иванова? Иван Ильич вроде бы достаточно…

– Вот этого не стоит, батенька… - поморщился Гадюкин. - Понимаете, дело в том, что у Альберта с Иваном Ильичом не самые лучшие отношения… Они уже два дня не разговаривают…

– Что-что?

– Я же вам говорю - у Альберта формируется настоящая личность. И сейчас он примерно соответствует семилетнему ребенку. Обидчивый ужасно… Чего-то он там хотел сделать, а Иван Ильич ему не позволил… вот и дуется до сих пор. Возьмите лучше Отрубянникова или Прилипко…

– Ну что ж, вам виднее. Подготовьте все, что нужно, я завтра зайду.

На следующий день Эдуард Степанович в компании Отрубянникова и Прилипко, а также черного титанового ящика, пристегнутого к обоим профессорам сразу, сел в президентский самолет и отбыл на другой берег Атлантики. Большая часть НИИ «Пандора» не обратила на это никакого внимания - главбез довольно часто отлучался по своим делам. Но на четвертом этаже сразу воцарилась тишина и скука - команда Гадюкина, целый месяц без устали работавшая над проектом «Мимир», лишилась своего детища и теперь не знала, чем себя занять.

Конечно, продолжалось это недолго - уже на следующий день профессора разбрелись по другим проектам и экспериментам. В НИИ «Пандора» всегда происходит что-нибудь интересное. Профессор Гадюкин вновь занялся «Бронтом» и с каждым днем все чаще потирал руки, готовясь объявить о скорой победе…

Он уже и думать позабыл о своем драгоценном Альберте, улетевшем в Америку… когда Эдуард Степанович неожиданно вернулся.

– Получайте свое сокровище, профессор, - устало поставил на стол коробку он. На сей раз - обычную картонную, без каких-либо защитных приспособлений.

– Альберт! - расплылся в улыбке Гадюкин, снимая крышку.

– Здравствуйте, профессор, - ответил искусственный мозг. - Я скучал. Рад снова вас видеть.

– А уж я-то как рад! Лелик! Лелик, иди сюда, посмотри, кто вернулся!

– Ур-ру! - тепло прорычал великан.

– Присаживайтесь, батенька, присаживайтесь! - захлопотал вокруг главбеза Гадюкин. - Как слетали? Как прошло? Мы выиграли?… Пожалуйста, скажите, что Альберт выиграл!

– Нет, не скажу. Сожалею, но мы проиграли, профессор, - с каменным лицом ответил Эдуард Степанович. - Вы были правы - ваш Альберт еще не готов для публичного показа.

– Что?… Что такое?… Батенька, вы раните меня в самое сердце! - всполошился профессор. - Неужели мелко-мягкие сделали мозг лучше, чем у меня?!

– Ну не то чтобы лучше… Первое впечатление, безусловно, выиграл ваш Альберт. Он разговаривал вслух, а их МАК-1000 только выводил на экран текст. Он пожал президенту руку, а их МАК-1000… ну, у него манипуляторов не было. И сначала все шло очень хорошо. Их техники от вашего Альберта чуть не очумели - даже не верили сначала, думали, что это жульничество. А потом, когда все-таки убедились, решили доказать, что МАК-1000 гораздо совершеннее, хоть и не умеет говорить…

– Как доказать? - нахмурился Гадюкин.

– Устроили испытания. И вот тут-то ваш Альберт крупно опозорился… Сначала они с МАК-1000 играли в шахматы - так тот его просто разгромил… Мат в четыре хода, представляете?

– Меня не обучали играть в шахматы, - холодно ответил искусственный мозг. - Я даже правила игры знал только приблизительно. Это нечестно.