Плата за красоту - Нора Робертс

Она уперлась подбородком в колени и снова стала смотреть на море, на белые барашки волн.

– А я помню выражение лица моей матери, когда она объявила, что я больше не участвую в проекте. – Миранда вздохнула. – Я приняла бы что угодно: разочарование, сожаление. Но видела лишь ледяную отстраненность.

– Забудь ты про эту бронзу.

– Ну как же я могу забыть? С нее начался этот обвал. Если бы только я могла знать, в чем я ошиблась… – Она прижала пальцы к вискам. – Снова протестировать ее, как «Давида»…

Миранда медленно опустила руки. Ладони стали влажными.

– Как «Давида», – пробормотала она. – О господи. – Она вскочила на ноги так стремительно, что Райан на мгновение испугался, что она сейчас спрыгнет со скалы.

– Осторожно! – Он схватил ее за руку и тоже встал. – Какая ты дерганая.

– Это как с «Давидом», понимаешь! – Она вцепилась в лацканы его пиджака. – Я проводила анализы по всем правилам. Шаг за шагом. Я знаю. – Не отдавая себе отчета в том, что делает, Миранда отпихнула от себя Райана– Я все делала правильно. Проводила замеры, сверяла формулы, высчитывала результаты. Передо мной были факты, а не домыслы. Ее тоже кто-то подменил.

– Подменил?

– Как «Давида». – Она стукнула его кулаком в грудь, словно надеясь таким образом выколотить правду. – Ив лабораторию Понти попала уже подделка, а не подлинник. Копия. Это была копия.

– Смелая гипотеза, доктор Джонс.

– Все сходится. Все сразу встает на свои места. Приобретает логический смысл.

– Почему? – поднял брови Райан. – Разве не логичнее допустить, что ты просто-напросто ошиблась?

– Нет, не логичнее. Я не могла ошибиться. До сих пор мне это в голову не приходило. Понимаешь, когда упорно твердят, что ты ошиблась, поневоле начинаешь в это верить.

Она решительным шагом пошла вперед. Рыжие волосы развевались на ветру, кровь бурлила от возбуждения.

– Я бы и сейчас продолжала в это верить, если бы не «Давид».

– Вот видишь, как хорошо, что я его украл. Миранда покосилась на Райана, а он как ни в чем не бывало шагал рядом с ней.

– В определенном смысле, конечно, – нехотя согласилась Миранда. – А почему ты украл именно эту вещь, а не какую-нибудь другую?

– Я же тебе говорил: ее мне заказал клиент.

– Кто он?

– Миранда, это секретная информация, – улыбнулся Райан.

– Они могут быть связаны.

– Мой «Давид» и твоя «Дама»? Это уж чересчур.

– Мой «Давид» и моя «Дама». Ничего не чересчур. Бронзовые статуэтки, обе – периода Ренессанса, обе имели отношение к «Станджо» и институту, и с обеими работала я. Таковы факты. Обе подлинные, и обе были подменены на копии.

– А вот это предположение, а не факт.

– Это очень убедительное предположение, – возразила она, – которое основано на реальных фактах.

– Своего клиента я знаю несколько лет. Уверяю тебя, он совершенно далек от подобных интриг. Он заказывает то, что хочет получить. И если это в принципе выполнимо, я принимаю заказ. Все предельно просто. К тому же, – добавил Райан, поразмыслив, – вряд ли бы он нанял меня, чтобы украсть подделку. Миранда нахмурилась:

– И все же я уверена: и «Давида», и «Смуглую Даму» подменил один и тот же человек.

– Что ж, это наиболее вероятное предположение.

– Я могла бы сказать точно, если бы имела возможность исследовать обе подделки и сравнить их.

– Ладно.

– В каком смысле «ладно»?

– Сравнишь.

Она резко остановилась, под ногами захрустела галька.

– Что сделаю?

– Сравнишь. Одна у нас есть. Значит, надо добыть вторую.

– В смысле украсть? Не говори ерунды. Он схватил ее за руку и развернул к себе.

– Ты же хочешь знать правду?

– Да, я хочу знать правду, но я вовсе не собираюсь для этого лететь в Италию, вламываться в государственное учреждение и воровать фальшивку.

– Можно будет заодно прихватить еще что-нибудь. Это я просто так сказал, – быстро добавил он, едва Миранда открыла рот. – Если ты права и мы это докажем и твоя репутация будет спасена.

Немыслимо. Полное безумие. Невозможно. Но, увидев блеск в его глазах, она подозрительно спросила:

– А ты-то что так стараешься? Тебе-то здесь какая выгода?

– Если ты права, то я смогу отыскать подлинного «Давида». И тоже спасу свою репутацию. – А если она права, уже про себя добавил он, и «Смуглая Дама» – настоящая, он разыщет и ее. Обязательно разыщет. Она чудесно пополнит его личную коллекцию.

– Я не намерена нарушать закон.

– Ты его уже нарушила. Ты стоишь здесь со мной, так? Ты моя соучастница. – Он обнял ее за плечи. – Я не держал пистолет у твоей головы, не прижимал к ребрам нож. Ты сама провела меня через охрану, – говорил он, увлекая ее в сторону дома. – Ты провела со мной день, прекрасно зная, что я украл твою собственность. Закон ты давно нарушила. – Он по-братски поцеловал ее в макушку. – Так что доведем дело до конца. Райан взглянул на часы, что-то прикинул в уме:

– "Иди собирайся. Сначала нам надо заглянуть в Нью-Йорк. У меня там есть кое-какие дела, и еще нужно захватить одежду и инструменты.

– Инструменты? – Миранда откинула волосы с лица. Впрочем, лучше ничего не знать, решила она. – Я не могу вот так взять и уехать в Италию. Я должна поговорить с Эндрю. Все ему объяснить.

– Оставишь ему записку, – сказал Райан, открывая входную дверь. – Просто сообщи, что уедешь на пару недель. Не впутывай его – на случай, если полиция что-то разнюхает.

– Полиция. Если я уеду прежде, чем закончится расследование, они могут меня заподозрить.

– Ничего, так даже интереснее. Телефоном лучше не пользоваться, – предупредил он. – Разговоры могут прослушиваться. Я достану свой. Мне надо позвонить моему двоюродному брату Джон.

У Миранды голова шла кругом.

– Твоему двоюродному брату?

– Он работает в туристическом агентстве. Иди собирай вещи, – повторил он. – Джон достанет нам билеты на ближайший рейс. Не забудь паспорт и ноутбук. Нам надо будет посмотреть личные дела сотрудников.

Миранда сделала глубокий вдох.

– Что еще я должна взять?

– Хороший аппетит. – Он снял с" плеча сумку и достал мобильный телефон. – В Нью-Йорке нас будет ждать ужин. Тебе понравится лазанья, которую готовит моя мама.

К шести часам Эндрю добрался до дома. Он весь день пытался дозвониться Миранде, но нападал на автоответчик. Эндрю ломал голову, в каком состоянии встретит его сестра – будет злиться или страдать от жалости к самой себе. На всякий случай Эндрю был готов к обоим вариантам.

Но дома его ждала прикрепленная к холодильнику записка:

Эндрю, ты наверняка уже знаешь, что мне ведено убраться подальше от института. Ужасно жалко оставлять тебя одного в такое трудное время. Не то чтобы у меня не было выбора, но, очевидно, так действительно для всех будет лучше. Пару недель меня не будет. Не волнуйся, пожалуйста. Я с тобой свяжусь.