Ворожей Горин – Фолиант Силы - Евгений Юрьевич Ильичев

вняла ему. В один из самых тяжких для Веры дней, к ней в камеру кто-то спустился и принес свежей крови в простой супнице.

— Тебе нужно лишь сказать «да» и я сделаю тебя самым могущественным существом на земле, — прошептал уже знакомый голос. — Итак, Вера Горина, готова ли ты взять на себя смелость и отомстить? Отомстить миру за то, что он с тобой сотворил.

— Да, — еле слышно прошептали губы Веры.

— Тогда, ты знаешь, что делать, — сурово отозвался голос и пропал.

Из последних сил Вера перевернулась со спины на живот. Ориентируясь лишь на запах свежей крови, она подтянула свое изуродованное худобой тело к миске и прильнула губами к ее краю. Именно этот день Вера отныне считала поворотным днем в своей жизни. С той самой секунды, как первые капли горячей человеческой крови коснулись ее губ, она перестала считать себя человеком.

Веру откачали. Сперва это делала обладательница голоса — ее Вера так и не запомнила, поскольку была слишком слаба. Она отпаивала Веру кровью с ложечки, словно слепого и немощного котенка молоком. С каждой новой каплей Вера обретала силы. С каждым глотком ее прежний мир стирался из сознания. Стиралась ее личность, ее суть. Переписывалась ее естество. Параллельно голос учил Веру быть вурдалаком. Горина понимала, что курс «молодого бойца», что преподавал голос, выходит далеко за рамки того, что должен знать о новом мире новоиспеченный вурдалак. Вывод напрашивался сам собой — с Верой работает не рядовой член Курии. Её физическим восстановлением и становлением её новой личности занимается кто-то другой. Возможно и не вурдалак вовсе. Слишком уж много тайн о мире Ночи открывал ей этот голос. Собственно, за это Вера и окрестила эту сущность ёмким словом — информатор.

Процесс реабилитации проходил быстро. Вскоре к Вере вернулись основные чувства. Она вновь могла видеть, слышать, осязать… Именно тогда информатор перестал приходить к Вере. Его заменила Алиса. Подлая вурдалачка пришла как-то проверить, не сдохла ли Горина, но обнаружив свою названную сестру в полном здравии, была крайне удивлена этому факту. Вскоре пожаловала и сама Марта — глава новой вурдалачьей семьи Веры. Марта изобразила участие и, казалось, искренне обрадовалась тому, что Вера все-таки решилась присоединиться к ее семье. Она даже называла Веру дочкой, старая сука.

Марта поручила Алисе ввести Веру в курс дела — провести, своего рода, инструктаж по тому, как ей быстрее приспособиться к новому состоянию. Им и невдомек было, что Вера уже все узнала от таинственного информатора.

Занятия, что проводила с Верой Алиса, в плане информативности, не шли ни в какое сравнение с теми уроками, что Вера уже получила. Это лишь укрепило убежденность Гориной в том, что информатор не являлся частью Курии. Разумеется, Вера не стала раскрывать факт своей осведомленности о внутренней кухне вурдалаков и мира Ночи. Уже тогда она определилась со своими приоритетами. Ее основной задачей на тот момент было физическое восстановление. Все, что нужно было знать о мире кровососов, Вера уже узнала из более искушенного источника. Она знала, что не подвержена влиянию Марты, знала, что может смело игнорировать и зов Алисы — вурдалака ее инициировавшего. Она будет их слышать, но подчиняться — это уже дудки. Ее обратили насильно, она этой жизни не желала, стало быть, над ней никто не властен. А «бубнеж» в голове можно, в целом, и потерпеть.

Уже через пару недель Вера встала на ноги. Рубикон, за которым осталась ее прежняя человеческая жизнь, был пройден. Она изменилась, и обратной дороги у Веры уже не было. Отчасти, потому, что кровь человека ей понравилась. Но более всего ее изменило осознание того, что на самом деле ей было плевать на то, откуда эта кровь берется. Кровь была лишь средством достижения цели. А единственной целью на данный момент для Веры было восстановление сил и обретение самостоятельности.

Чуть позже появились и первые признаки зависимости. В той, прежней жизни, Вере доводилось сталкиваться с этим чувством. Она уже преодолевала однажды зависимость от наркотиков. Но тот опыт не шел ни в какое сравнение с жаждой вурдалака.

Пожалуй, это было единственным действительно серьезным отрицательным моментом в новой жизни Веры. Постоянный голод, порой, сводил с ума. И это при условии, что Вера, практически ни в чем себе не отказывала. Как жили рядовые члены Курии, она даже не представляла. Квоты, договоры, добровольцы… Все эти рамки и ограничения так угнетали свободолюбивую Веру, что она и без влияния информатора, пожалуй, отделилась бы от Курии и прожила свою вторую жизнь так, как хотела. Да, Веру предупредили о том, что бывает с теми вурдалаками, которые слетают с катушек и грубо нарушают Канон. Но лучше уж прожить эту жизнь так, как хочется и быть за то развоплощенной, чем вечность пресмыкаться перед более слабым человечеством и влачить жалкое существование наркомана от мира Ночи.

Размышляя о своем голоде, Вера наблюдала за расстановкой бойцов группы захвата. Смешные людишки и не догадывались, что она в курсе готовящегося штурма заброшки. Информатор предупредил ее заранее.

«А вот и ужин» — плотоядно облизнув губы, подумала Вера и скрылась во мраке последнего, тридцатого этажа пустующего здания. Гости появились как нельзя кстати — перед завтрашним делом подкрепиться не будет лишним.

Глава 14

— Как видите, Екатерина Алексеевна, это дело никаким боком к вашему расследованию не относится. Вы студентку какую-то разыскиваете, а тут такое творится… Даже не знаю, чем могу быть полезен.

Майор Фокин даже не пытался скрыть своего раздражения. Шутка ли, ходить на цыпочках перед какой-то пигалицей из СК и, цитата, «…оказывать ей всяческое содействие». Да-да, ему уже с утра позвонили сверху и накапали на мозги.

«В чем ей содействие оказывать? — Думал матом Фокин. — Она, (непечатно) вообще, кто? Там наверху все с ума посходили? Они вообще в курсе, что тут произошло?»

Но приказ есть приказ. Руководитель отдела по контролю и расследованию особо важных дел при главном военном следственном управлении следственного комитета России был, мягко говоря, не в духе. Работы было невпроворот и возиться с «гостями» сверху ему было не с руки.

— Черте что творится, — не стал скрывать своих эмоций майор, — не место преступления, а проходной двор. С начала эти понаехали, — так майор федералов называл, просто «Эти», — теперь вы. Причем тут вообще СК? Погибли военнослужащие. Два отделения, в полном составе. И ладно, если б