Щепотка удачи - Марисса Мейер

– Что происходит?

–Ничего,– отвечаю я слишком громко, слишком поспешно. Хотя это правда. Ничего не происходит. Может быть, мне показалось, всего на миг, что Ари пытается что-то сказать… намекнуть, что она…

Но это абсурд.

Она всего лишь проявила участие, а я устал и совсем запутался.

– Я расспрашивала Джуда о свидании с Майей. – Ари встает из-за стола, открывает посудомоечную машину и кладет в нее стакан, потому что хоть формально она и гостья, она давно уже почти что здесь живет.

– И что? – спрашивает Прю. – Как все прошло?

– Отлично, – отвечаю я. – Чего вы все ко мне пристали?

Брови Прю взлетают вверх.

– О нет. Что случилось?

– Ничего. – Мой взгляд мечется между ней и Ари, и я вдруг начинаю злиться. – Мы играли в мини-гольф. Поужинали в «Энканто». Было здорово. И нет, я ничего не скрываю. – Я сердито поглядываю на Ари, но та отворачивается и смотрит на Прю, и, обменявшись каким-то телепатическим сообщением, они обе явно приходят к выводу: что-то здесь нечисто.

– Ладно, забейте, – бормочу я. – Все, я иду спать.

Я хватаю блокнот и протискиваюсь мимо них, но, как только я оказываюсь на лестнице в подвал и вглядываюсь в полумрак своей комнаты, на меня накатывает какое-то необъяснимое чувство.

Может быть, одиночество? Осознание того, что меня ждет еще одна бессонная ночь, полная мыслей о Майе, везении, комиксах, игровых кампаниях и песнях со словами, от которых мурашки по коже?

Я тяжело вздыхаю и поворачиваю обратно.

– Вообще-то… Ари сказала, что вы смотрели другие конкурсные видео?

Прю складывает руки на груди. На ее лице читается: И что с того?

– Не возражаете, если я к вам присоединюсь?

Глава двадцать четвертая

Меня будит скрип шариковой ручки по бумаге. Я приоткрываю один глаз. Я не в своей постели. Шею свело; правая рука совсем затекла, и ее как будто колют сотнями иголок.

Я приподнимаюсь с одеяла, расстеленного на полу моей комнаты, и, еще не успев толком разлепить глаза, вижу Ари. Она сидит неподалеку, скрестив ноги, склоняясь над альбомом для рисования, лежащим у нее на коленях. Темные волосы, словно занавес, падают ей на лицо, ручка порхает по бумаге.

– Ари?

Она поднимает взгляд.

– Прости, – шепчет она. – Я тебя разбудила?

– Нет. – Я выдерживаю паузу. – Может быть. Но все в порядке. – Я потираю затекшую руку и бросаю взгляд на кровать, где, свернувшись калачиком, спит Прю. Судя по смятой постели, Ари спала рядом с ней. Я не помню, как заснул на полу, но мы засиделись допоздна, просматривая десятки, а может, и сотни видеороликов с хештегом конкурса – одни действительно классные, другие смехотворно плохие.

– Это у тебя мой скетчбук?

– Надеюсь, ты не против. Я проснулась с новой песней в голове, нужно было куда-то записать слова. Другой бумаги под рукой не оказалось.

Я потираю ладонью глаза и зеваю.

– Не против.

– Хорошо. Тогда помолчи, пока я не закончу.

Я сонно улыбаюсь и киваю, когда Ари снова обращается к альбому. Какое-то мгновение она смотрит на лист бумаги, занеся над ним ручку. Затем напевает себе под нос короткую мелодию, замолкает и начинает записывать. Вскоре делает паузу, покачивая головой в такт музыке, которую слышит только она, и пишет снова.

Как только к моим пальцам возвращается чувствительность, я встаю и, спотыкаясь, направляюсь к шкафу. На мне все та же одежда, в которой я был на свидании с Майей; я достаю с полки спортивные штаны и одну из своих любимых футболок и тащусь в ванную.

Переодевшись и почистив зубы, я ловлю свое отражение в зеркале и раздумываю, не уложить ли волосы. Выглядят они неопрятно – примятые с одной стороны и спутанные с другой. Я провожу рукой по подбородку, ощущая намек на щетину. Стоит ли мне побриться? Или так я выгляжу более мужественно?

Я тянусь за кремом для бритья, но вдруг передумываю.

Какой в этом смысл? На кого я собираюсь произвести впечатление?

Рука зависает над тюбиком. Пять секунд. Десять.

Я все равно бреюсь.

В конце концов, это элементарная гигиена.

Когда я возвращаюсь в подвал, Ари откладывает ручку и листает страницы альбома.

– Ты уже написала свою песню? – спрашиваю я.

– Это только начало. – Она переворачивает страницу. – Я продолжу работать над ней, но, думаю, потенциал есть. – Она поднимает альбом, показывая мне открытую страницу. – Это я?

Я замираю, просматривая последние страницы комиксов, и напрягаю мозги, пытаясь вспомнить, что там было. Ари приходит в таверну, встречает искателей приключений и отправляет их на поиски волшебника.

Ничего, что показалось бы ей неприемлемым.

Кажется.

– Вроде того, – отвечаю я. – Арасели Великолепная, помнишь?

Она улыбается и проводит большим пальцем по рисунку.

– Забавная история. Мне нравится, как ты изображаешь персонажей. В них так легко влюбиться. Мне хочется знать, что будет дальше. – Она перелистывает страницы, пока не находит свою песню, и вырывает лист из альбома. – Надеюсь, дашь почитать, когда закончишь?

– Кто и что закончит? – бормочет Прю. Она приподнимается и щурится на нас с кровати.

– Комикс, который я начал сочинять.

– Ты рисуешь комикс? – спрашивает она, и тут звонит телефон Ари.

– Да так, для развлечения. Комикс, графический роман. Ничего особенного. Просто валяю дурака.

– Можно мне почитать?

– Тебя в нем нет, – отвечаю я.

Прю прищуривает на меня один глаз.

– А Ари есть?

Я то ли объясняю, то ли оправдываюсь:

– Для истории нужен был бард.

Для истории бард нужен не был, но Прю необязательно это знать.

Ари громко ахает, прерывая этот допрос.

–Ребята! Не может быть. Нет. Это невозможно.

Я обмениваюсь взглядом с Прю, которая откидывает одеяло и выскакивает из постели. Мы собираемся вокруг Ари, уставившись на электронное письмо в ее телефоне.

Тема: Заявка на участие в конкурсе авторской песни фестиваля «Кондор»

Поздравляем! Рады сообщить вам, что по результатам отбора ваша песня «Ливень» попала в первую десятку финалистов…

Это все, что мы успеваем прочитать, прежде чем Ари и Прю заходятся в таком визге, что рискуют разбудить весь дом, а затем Ари обнимает нас обоих, и мы начинаем прыгать – даже я, ну а как иначе?

– Дай-ка я посмотрю еще раз, – просит Прю, как только мы успокаиваемся. Она выхватывает телефон из дрожащих рук Ари. Я все еще обнимаю Ари за плечи, и она не отстраняется, хотя сама, наверное, этого даже не замечает. Она вся так и светится, когда Прю зачитывает письмо вслух.

– «Мы приглашаем всех финалистов выступить на фестивальной сцене „Альбатрос“ в 17:00