Камни & косы, или О кошечках, птичках и прочих милых тварях - Наталия Котянова

Видя мою реакцию, Ирг криво усмехнулся.

— Ну что, нравлюсь?

— Кто тебя так??

— Да были у меня шутники-соседи…

— Хочешь сказать… здесь? В отделении?! Да я… Я вас всех по судам затаскаю!! — вне себя выкрикнула я. — Что вы творите?! Издеваетесь над людьми, когда ещё и вина не доказана?! Он невиновен, ясно вам?!!

Полицейские явно струхнули и наперебой залебезили, что они-де вовсе тут ни при чём, разве что не досмотрели, так задержанных-то сколько было, вот они сами и «повеселились» в камере, пока всех по одному не растащили. Кому-то и похуже досталось…

— Меня не интересуют другие. Вы ЗА НЕГО ответите!

— Успокойся, Аль… Веро. Это я сам виноват. Иди… Ты ТАМ нужнее.

Собственное имя заставило меня вздрогнуть. Не обращая внимания на свидетелей, я схватила Ирга за хлипкую рубашку и тряхнула, насколько хватило сил.

— А теперь послушай меня!! Я знаю, где мне быть, понял?? Ты можешь меня не прощать, ненавидеть, развестись — но я сама тебя никогда не брошу! И не из-за штампа, придурок, ну неужели ты ещё не понял, что я ТЕБЯ люблю?! Неужели ты… ты мне совсем не веришь… Ирг, пожалуйста…

Голос предательски дрогнул; я не удержалась на внезапно ослабевших ногах и сползла на пол, уткнулась лицом в его покрытые засохшей грязью джинсы.

Он тут же поднял меня — и наконец-то обнял, как раньше, прерывисто задышал в растрёпанные волосы.

— Прости… Но ты не понимаешь… Это ведь я… Может, это на самом деле был я!

— Нет. Ты бы не смог, я знаю.

— Смог! — Ирг отстранился и с тоской уставился в зарешеченное окно. — Я просто ничего не помню, ни-че-го! Нажрался как свинья, шатался где-то, опять пил, с кем-то подрался… Я не смогу оправдываться, когда сам ничего не помню. Ты понимаешь, что всё это может быть правдой? Когда они сказали сегодня, кто пострадал — первой моей мыслью было «это я!»

— Тихо ты…

— Да плевал я на них! — простонал Ирг, не слушая. — Я ведь мог его встретить, мог взять эту чёртову бутылку и врезать ему по голове, мог! Я был готов смириться… Думал, что готов. А теперь… Всё неважно. Если он умрёт…

— Не умрёт. Я надеюсь. И хватит уже на себя наговаривать! Ты этого не делал, я абсолютно уверена.

Он лишь качнул головой, хотел по привычке дёрнуть себя за чёлку — а рука свободно пролетела дальше…

Я осторожно погладила его по щеке, поймала и удержала потухший взгляд.

— Ирг, ты ДОЛЖЕН себе верить. Должен, иначе всё будет напрасно! Но, что бы ни случилось, Я тебе верю. В любом случае. Даже если это действительно ты. Даже если… если он умрёт… Понимаешь? Я ТЕБЕ ВЕРЮ!!

Ирг не мигая смотрел на меня — долго-долго, без улыбки. А потом снова порывисто стиснул, так сильно, что я почти задохнулась.

— Альфи… Девочка моя… Спасибо…

Я вышла из участка ещё очень нескоро.

Ситуация складывалась не то, чтобы реально опасная, но неприятная: выпускать Ирга сотоварищи полицейские не собирались, «пока во всём не разберутся». Так что день прошёл в дотошных вопросах-расспросах всех и каждого, параллельно криминалисты исследовали кровь и другие улики с места преступления. Я всё же накатала жалобу на предмет «попустительства к издевательствам со стороны других задержанных» и даже подумывала, не потребовать ли через суд компенсации за моральный вред. Всё-таки было ужасно жаль Ирга. Волосы, конечно, отрастут, и порез на щеке, надеюсь, затянется без шрама, но ведь эта «красота» появилась не во время драки, а именно в участке! А ещё за ночь совместного «сидения» у Ирга спёрли бумажник, часы и обручальное кольцо. Я, как только узнала об этом, окончательно рассвирепела и устроила натуральный скандал. Сама от себя не ожидала…

Вещи с извинениями вернули через какой-то час. Вот, умеют же, оказывается!

Иргу рассказывать про своё знакомство и возможные счёты с Сергеем я категорически запретила, да он и сам понимал, что подобным признанием здорово осложнит себе жизнь. Всю задержанную «гоп-компанию» рассадили по разным камерам, Иргу (явно из-за меня) достался одноместный «номер-люкс».

Наскоро поев, я ещё раз съездила к Сергею в больницу, узнала, что его уже перевели из реанимации в обычную палату и даже сумела туда просочиться. Выглядел он, к сожалению, не лучше Ирга, а по здоровью и вовсе паршиво: сильное сотрясение мозга, вставать-ходить нельзя, тошнота, боли, слабость… Но хуже другое — Серёже повредили с таким трудом восстановленную ногу. Нужна была срочная и дорогостоящая операция. Я заверила, что её, конечно же, сделают в специализированном центре совершенно бесплатно, и тут же понеслась в банк снимать деньги со счёта. Эти «расходы» я не собиралась уступать никому…

Серёжа, конечно, огорчался из-за того, что все его планы полетели в тартарары, затягивается «отпуск», оповещённая Наташа ужасно волнуется, но не может приехать — у неё нет ни загранпаспорта, ни визы. Больше всего Сергей был недоволен собственной рассеянностью. Чтобы его, боевого офицера, да какой-то козёл по башке огрел, а он не успел среагировать! Задумался, замечтался… Я рассказала, что Ирга задержала полиция и прямо спросила — не видел ли он его поблизости? Серёжа сразу всё понял. И ответил: в любом случае — нет. Он так же, как я, искренне усомнился в том, что его ударил именно Ирг. Тот, кто один раз смог переступить через собственные чувства и отпустить, дать возможность выбора, не стал бы потом тайком устранять соперника. Человек такого типа скорее сам наложит на себя руки… От такого предположения мне стало совсем грустно.

В номер я приползла уже поздним вечером, и буквально тут же раздался звонок от Габы. Бабушка тревожилась, что целый день не может дозвониться до любимого внука, и спрашивала, как у нас дела. Я ответила, что хорошо, но, должно быть, усталость сделала меня плохой актрисой — Габа не поверила и не отстала от меня до тех пор, пока я не выложила ей всю правду. Вопреки опасениям, госпожа Костинайте не поковыляла тут же пить таблетки, а не на шутку разозлилась, развыступалась и сообщила, что завтра же приедет и всем устроит. Издеваться над мальчиком?! Изгадить детям медовый месяц?! Ррр!!! Держись, полиция Тракая, Габа едет!!

И ведь она действительно приехала, уже на следующее утро, в представительской машине с шофёром, и сама такая представительная — тушите свет! И она действительно всем устроила, так, что мои вчерашние угрозы вспоминались уже как детский лепет. Габа лично «сунула палку в муравейник» и после невозмутимо наблюдала, как «муравьи» развивают бешеную активность в поисках «настоящего преступника». Самое смешное, что его действительно задержали в тот же день, вычислив из списка подозреваемых; это оказался какой-то не совсем здоровый на голову местный житель, бывший спортсмен-разрядник.