Война 2010: Украинский фронт - Федор Березин

Однако зацикливаться на одном действе не получалось. Мир многогранен и до жути переплетен.

– Ракеты на подготовку! – скомандовал Логачёв, и капитан Магрычев сразу же вдавил кнопку на своем пульте офицера старта. Тут была не громадина «двухсотки», где кабины старта и управления не только разделены, но еще и разнесены чуть ли не на километр – все помещалось в одной плотной «упаковке».

– В готовности две, – сообщил Магрычев пронаблюдав индикацию. В этот же момент окантовка кнопок пуска на пульте офицера пуска засветились.

– Все ракеты на подготовку! – почему-то хрипло распорядился командир группы. – Другую возможность нам вряд ли дадут, – сказал он для пояснения, чем нарушил вершащийся регламент выделенных боевой инструкцией докладов.

– Понятное дело, – кивнул подвижный, маленький Магрычев, и тут же отрапортовал по правилам: – В готовности четыре!.. Все, – добавил он чуть тише, после паузы.

Возможно, для кого-то из присутствующих именно текущий момент стал линией терминатора. Дело теперь было даже не в том, поймают ли операторы цель, и сумеет ли дивизион обстрелять и уничтожить ее. Сейчас ощущение тотальности происходящего в отношении всей предыдущей службы, да и жизни в целом, прочувствовалось до конца – теперь это были уже не теоретические умствования о вероятном противнике – вершилась настоящая, нешуточная война, и здесь могли по серьезному, без эквилибристики компьютерных игрушек, убить. Как стремительно эта война свалилась на голову! Так же стремительно, как и невидимая покуда в экране ТВК, но от этого ничуть не сбавляющая скорости, несущаяся сюда цель. Теперь, после слов Магрычева, даже до самых толстокожих дошло, для чего собственно несется сюда самолет неопознанного покуда типа. По сути, вопрос в настоящий момент стоял так: «Мы его – или он нас?». И во времени, вопрос этот стоял только на период двух-трех минут. Потом, если даже атаку повторит следующий агрессор, вопрос уже снимется, ибо исчезновение запаса ракет обрушит дилемму в отношении жесткости решения. Потому как, если у тебя нет оружия, а у противника в избытке, то…

До момента следующей дилеммы следовало еще досуществовать.

66. Зона оккупации

«Передового отряда» турецкого экспедиционного корпуса – а как по-другому сподобится назвать их достаточно небольшой количественно десант? – было явно недостаточно для взятия под контроль полумиллионного Мариуполя. Город был попросту большой, слишком много в нем имелось ключевых точек принципиальной важности. Как говаривал когда-то специалист по революциям – товарищ Ульянов: «Почта, телеграф, телефон». А еще вокзал и прочее. В том числе наличествовал и порт. С последним, на первый взгляд, было проще всего. Ведь на азовском побережье проводилась не какая-то операция «Оверлорд», с прорывом сквозь череду укрепленных дотов и разбросанных в мелководье мин, основная высадка произошла именно в порту Мариуполя. И ей абсолютно никто не противодействовал, по крайней мере, в вооруженном смысле. Как и в других случаях, небольшая группа загодя внедренных в город боевых разведчиков захватила управление портом. После чего просто-напросто парализовала все движение в акватории всего лишь за счет отданных под дулом пистолета приказов начальника порта. Поскольку силы местного правопорядка были парализованы по своей собственной управленческой цепи, то турецкие спецназовцы, многие из которых уже несколько месяцев усиленно прикидывались рабочими-строителями в этом же самом порту, спокойно дождались покуда к загодя намеченному пирсу подошел десантный корабль марки «Заруса-бей». Ну, а когда на территории оказались четыреста вооруженных до зубов автоматчиков, контролировать портовую жизнь стало вообще легче легкого. (Вообще-то на десантовоз данного типа умещалось шестьсот морских пехотинцев, но двести были сброшены походя, на восточной окраине Керченского полуострова). Кстати, уже то, как резво пришлые вояки взялись за распределение трофеев, явно указывало, что Турция вовсе не собирается заглатывать планетарное пространство, кое даже из-за масштабности не способна переварить. Пятимиллионный Донбасс слишком гигантская структура. Но, по случаю, отсюда получалось хапнуть хотя бы что-нибудь. Лучше всего что-то подвижное. Ведь как не тянутся руки, но никак не выходило перебазировать на юг Чёрного моря гигантский мариупольский металлургический комбинат. А вот в отношении кое-каких сухогрузов было гораздо проще. Лучше всего, нагруженных чем-нибудь относительно ценным. Потому как касательно самих кораблей, неизвестно как в дальнейшем среагировало бы международное сообщество на их эксплуатацию под турецким флагом. Точнее, вполне даже представимо. Весьма вероятно, их пришлось бы отправлять обратно – законному хозяину. А вот на счет содержимого, тут уж, как говорится, «умерла, так умерла».

Однако четыреста морпехов это все же не укомплектованная дивизия времен Второй Мировой. Поскольку передовому десанту кроме порта требовалось взять под контроль лежащий вокруг город, то на порт осталось менее сотни. По крайней мере, на первом этапе, до подхода остальных сил. На момент высадки в порту стояло девять грузовых судов, более десятка буксиров и еще некоторое количество других плавучих средств, в том числе кранов. Отправить на каждую посудину людей просто-напросто не получалось. Ведь нельзя же было на враждебной территории – а именно такой она представлялась солдатам вторжения уже изначально – рассаживать часовых по одному два? Куда лучшей структурой представлялись подвижные группы от десяти и более человек, вооруженные разнообразными средствами поражения. Вот всего две такие группы и патрулировали территорию порта, периодически заглядывая на суда, загодя занесенные в «пиратский» список. Спросите, чем же были заняты остальные? Так ведь современная армия, вообще-то, представляет из себя скопище специалистов. Кому-то надо было налаживать связь, наводить в небо «Стингеры», рулить бронетранспортерами, заниматься текущим планированием и осуществлять централизованное управление, в конце-концов. К тому же, делать это посменно, ибо для воюющей армии день и ночь равнозначны. Так что контролировать все и вся турецкие силы были просто-напросто неспособны физически.

Классическая ситуация для всяческих ЧП.

Четвертая власть:

«…несмотря на выход Турецкой Республики из членов НАТО, покуда не имеется информации, что политика в отношении присутствия на территории государства американских военных баз каким-то образом изменится. Так же, до сей поры, не случилось ни одного официального заявления, о том, что будет пересмотрен принцип совместной турецко-американской эксплуатации некоторых объектов. Допустим, военных аэродромов. Все это несколько странно. Политика Анкары явно попахивает двуличием. Или может быть все в данной политике не так просто, как кажется на первый взгляд?…»

67. Свита

– Дальность двадцать, – сообщил офицер стреляющий, отрываясь от расположенного перед носом экрана средств разведки цели. Он скользнул взглядом по сидящему рядом оператору ручного сопровождения, точнее, по размещенному чуть выше его головы экрану ТВК, однако наблюдать черно-белую плоскость с такого ракурса было не очень удобно, потому он снова сосредоточился на рабочем экране второго «оператора-близнеца». Относительно остального расчета его рабочее место было развернуто на девяносто градусов. В некоторых случаях это было очень удобно для ленивых операторов. Допустим, в процессе долгого ожидания целей, при каком-нибудь затянутом учебном налете, удавалось даже несколько прикемарить, ибо для визуального контакта с этим оператором РС любому из офицеров приходилось поворачивать голову почти на сто восемьдесят градусов. Однако сейчас, сидящий чуть в стороне и развернувший вращающийся стул, капитан Логачёв мог видеть этот телеэкран наведения с удачной позиции, разве что чуть вдалеке. На данный момент экран был совершенно белым, поскольку небо снаружи не баловало ни единым облачком. Для работы с телескопом ТВК условия были идеальны. Но все же, не могло же это ожидание длиться до бесконечности, если цель находилась на приближении? Логачёв снова крутнулся на пошарпанном табурете и глянул в расположенное перед носом СРЦ. Может метка цели начала маневр-разворот?

Конкретно в этот миг ожил лейтенант Комарин, работающий именно за того «ленивого оператора»:

– Есть цель!

– Взять цель на РС! – тут же скомандовал Логачёв, сверившись с дальностью на СРЦ.

И Комарин, и другой оператор – старший лейтенант Раковский, заметивший мелькнувшую серую точку на мгновение позже – тут же начали лихорадочно подкручивать рукоятки. Каждый свою единственную, сводя цель в перекрестие по углу места и азимуту. Это оказалось достаточно несложно, ибо цель шла практически с нулевым параметром, то есть, целенаправленно в сторону локатора. Как результат – она не смещалась по азимуту, разве что немного уходила по углу места, да и то, видимо, не вследствие изменения высоты, а только лишь из-за стремительности приближения.