Шарф Айседоры - Мария Брикер

– Шахова любите, да? Поэтому ему помогли?

– Нет, – улыбнулась Галина. – Уже нет. Прости меня, ладно? Я как лучше хотела. Не получилось.

– Получилось, – сказал Левон.

Он помог Галине Тиграновне погрузить вещи в такси. А потом долго бродил по улицам Москвы, разглядывал нарядные витрины и мигающие неоновые вывески. Вокруг были люди, но он не видел их лиц. Никогда еще он не чувствовал так остро свое одиночество. Озябнув, Левон зашел в маленькую кофейню, заказал кофе и теперь поглядывал на шумную Москву из окна. С обратной стороны, подумал Левон и вдруг почувствовал облегчение, словно глыба с души свалилась. Он вскочил на улицу и поймал машину.

Через полчаса он несся по коридору прокуратуры в кабинет Зотовой, сшибая всех на своем пути.

– Тамара ни в чем не виновата! Выпустите ее немедленно. Во всем виноваты деньги! – заорал он, вломившись к Зотовой без стука. – Здравствуй, Инна, – заметив в кабинете менеджера по персоналу, поздоровался Левон. – Рад тебя видеть.

– Да, деньги – это зло, – согласилась Елена Петровна. – Мы как раз с Инной Михайловной об этом говорили. Да, Инна Михайловна? Расскажите Левону Давидовичу, как вы сделали из него кубышку. Левон, а вы садитесь и послушайте. История очень интересная.

– Не хочу, – замотал головой Минасян. – Я не хочу ничего слушать! Хочу поблагодарить. Спасибо тебе, Инна, за то, что в свое время ты так активно меня консультировала по вопросам банковских вкладов и операций. Я ничего в этом не понимал, даже не подозревал, что можно пользоваться счетом, используя Интернет.

– Не понимаю, что в тебе нашла Марина Гольц. Ты же болван! – сказала Инна.

– Зато деньги копить он умеет, да? А это в наше время – удивительное качество. Когда Минасян признался вам на собеседовании, что работа ему нужна, чтобы скопить на собственную квартиру, которую он собирался приобрести сразу после окончания аспирантуры, вы, возможно, не придали этому значения. Многие хотят, но не у всех выходит. Но потом вы стали замечать, что у Левона есть удивительное качество: он, в отличие от большинства, в самом деле очень бережно относится к деньгам, на себя почти ничего не тратит, на еде экономит, все в кубышку складывает и постоянно твердит, что, как только закончит аспирантуру, возьмет ипотечный кредит на квартиру. Тогда вы решили кубышку пополнить, начали сотрудника активно продвигать, поощрять и премировать. Старались вы, правда, не ради молодого сотрудника, а ради себя, любимой, чтобы, когда придет время, положить все деньги в свой карман. Отличная идея, браво! Конечно, выходило все не так гладко, как вам хотелось бы. Неожиданно вам начала путать карты Тамара Лисицына. Вы девушку сразу невзлюбили: из кубышки потекли деньги на лечение мамы Лисицыной, а это в ваши планы не входило. Вы начали третировать девушку, доводили ее замечаниями и придирками. Лисицына нервничала: мало того, что у нее тяжелая ситуация в семье, так еще и на работе нездоровая атмосфера. Тяжело выдержать такой прессинг, девушка постоянно срывалась на покупателях и выглядела в глазах любовника не в лучшем свете. Умный тактический ход, скажу я вам. Не зря, выходит, вы закончили психфак с красным дипломом. Искусством манипулирования людьми вы там овладели? Или это у вас врожденное? – Инна молчала, Елена Петровна продолжила: – Специальные психологические тесты, которые в обязательном порядке заполняли соискатели при поступлении на работу, вам стали отличным подспорьем – имея подробное досье, зная слабые стороны человека, выбрать тактику управления жертвой для профессионального психолога несложно. Однако Лисицына заявление об уходе упорно не подавала, она не могла себе позволить остаться без работы и все терпела. Впрочем, главного вы добились: отношения между Лисицыной и Минасяном стали портиться. Ликовать, правда, было рано. На горизонте появилась еще одна помеха, гораздо более серьезная – Марина Гольц! Звезда «вашу» кубышку могла распотрошить в один присест, вы были бессильны что-либо изменить, потеряли контроль над ситуацией и решили избавиться от Гольц и подставить Минасяна. Левон вам был уже не нужен, пришла пора кубышку вскрыть. Лисицына для вас стала прикрытием, на случай, если вдруг Минасяну удастся выкрутиться. Подготовились вы отлично: перед увольнением прихватили из сумочки Лисицыной ее помаду, чтобы ненавязчиво подбросить ее на место преступления, купили рыжий парик, сделали слепок ключей от съемной квартиры Гольц и стали ждать, когда настанет подходящий случай, чтобы осуществить задуманное. На квартиру вы явились в четыре часа утра, по статистике, это время самого крепкого сна, накинули спящей Гольц удавку на шею, потом вложили шнур в руку ее любовнику, положили на зеркало помаду Тамары и спокойно поехали домой. Собственно, вас сгубила маленькая оплошность. Трофимов выяснил, что деньги с расчетного счета Минасяна на счет липовой конторы перевели с его компьютера в офисе, но на рабочем месте Левон Давидович в тот день не появлялся, о чем вы сами Трофимову сообщили. Осталось только выяснить, кто из сотрудников имеет доступ к компьютеру Минасяна. Трофимов справился с этой задачей легко.

– Мент поганый! – сказала Инна.

– А когда выпустят Тамару? – спросил Левон, выглядел он совершенно счастливым.

– Думаю, Тамара должна быть уже дома.

– Так что же я здесь? – Левон взялся за ручку двери и обернулся. – А все-таки здорово было в Альпах! Обязательно когда-нибудь туда вернусь. У меня и приглашение уже есть – от Клауса Кислера, – расхохотался Минасян и вышел. Через секунду его голова снова показалась в дверном проеме: – А Варламов вас очень любит. Могу поклясться на собственных почках! Когда он узнал, что поездка может сорваться, чуть печень и почки мне не отбил, – подмигнул Зотовой Минасян и исчез, успев закрыть дверь прежде, чем до его головы долетел металлический дырокол.

– Я все расскажу, записывайте, – сказала Инна, с опаской косясь на вмятину в двери.

ЭПИЛОГ

– Дурак, какой же ты дурак, Трофимов! Раз, два, три, четыре! Дурак, какой же ты дурак! Раз, два, три, четыре, – ругался Веня, прыгая под окнами дома. – Мама была права, нельзя ходить зимой в ботинках на тонкой подошве. – Раз, два, три, четыре. Раз, два, три, четыре!

– Долго еще будешь скакать тут, как стрекозел? – послышалось за его спиной. Трофимов обернулся и выронил букет в снег. Неловко поднял его и спрятал за спину.

– А что? – поинтересовался он.

– Ничего, – она пожала плечами и склонила голову набок, разглядывая его чуть насмешливо. Она всегда любила так смотреть – оценивающе. На ней было серое пальтишко с капюшоном, черные волосы распущены, в ушках две жемчужины, такие же по цвету, как ее глаза, дымчато-серые. Ничего особенного в ней не было! Ничего!

– Зачем ты приехал? – спросила Эльза.

– Мама мне мозги вправила.

– Я спрашиваю, за каким хреном ты приперся сюда?

– Потому что люблю тебя, – пожал плечами Трофимов. О да, она умела смотреть так, что становилось жарко.

– Неужели? А я думала, что ты никогда меня не простишь, – она сощурила глаза. – Ладно, пойдем. Замерз, наверное? Я уже три раза чайник ставила. Спустилась вот поинтересоваться, ставить ли его четвертый раз.

– Не знаю, не знаю, – сказал Веня.

Она вошли в лифт, Трофимов нажал на восьмой этаж и протянул Эльзе букет.

– Ты же знаешь, я не люблю срезанные цветы.

– Знаю.

– Так зачем купил?

– Захотелось, вот и купил.

– Какой же ты…

Он притянул ее к себе, потянулся к губам – лифт дернулся, свет погас.

– Застряли, – вздохнул Веня. Эльза раздвинула чуть-чуть двери.

– Трофимов! – закричала она. – Кажется, в этот раз мы доехали до седьмого неба!

Примечания

1

Читайте об этой истории в романе Марии Брикер «Кокон Кастанеды».

2

Читайте об этих историях в романах Марии Брикер «Желтый свитер Пикассо» и «Кокон Кастанеды».

3

Читайте об этой истории в романе Марии Брикер «Мятный шоколад».