38 1/2: 1 муж и 2 любовника - Ксения Каспер

– Да, твоя правда. Но это очень вкусная булочка.

Потом я в эпической манере рассказываю ей о событиях вчерашнего вечера.

– Знаешь, – начинает Андреа, – в другой ситуации я бы просто посоветовала тебе насладиться этим и следить, чтобы ничего не выплыло. Но от твоего тона, от того, как ты сияешь, мне становится страшно. Это не какая-нибудь интрижка на три месяца, которая вспыхивает и так же быстро угасает. Это Макс, опасность, тревога!

– Я знаю, – отвечаю я робко, по-прежнему сияя.

Следующие три дня мы занимаемся тем, что загораем и готовим нашу гриль-вечеринку. Мартин и Клаус заказали билеты со скидкой и прилетят сюда на выходные. Завтра утром они уже будут в Валенсии.

За это время я развиваю двигательные способности своего большого пальца с помощью бесчисленных SMS, a также выключаю сигнал для входящих сообщений, чтобы Йонас и Виктория ничего не заподозрили. Без его SMS я не могу представить свой день. Мы как глупые влюбленные подростки, и что самое смешное – мне это страшно нравится. Я скучаю по нему день ото дня все больше. Я просыпаюсь и засыпаю с мыслью о нем. А в промежутке – сообщения, поступающие каждые пять минут. Когда я открываю Андреа свои чувства, она вздрагивает. Она знает, что это значит, и подозревает, чем это закончится.

В четверг вечером, в начале десятого, прилетают Клаус и Мартин. Я действительно рада и надеюсь, что благодаря присутствию мужа смогу хоть немного забыть о Максе и в голове у меня прояснится. После того как наши благоверные тщательнейшим образом обследовали дом и, на удивление, высказали свои похвалы, мы уютно уселись на веранде. На столе домашнее вино «Эль Кото», оливки и маслины, пармезан, разогретая в духовке тортилла и большая миска салата. Двадцать пять градусов в тени, сад в огнях. Мы наслаждаемся трапезой. Я стараюсь изо всех сил: очень мила с Мартином, внимательно слушаю и решаю, что сегодня ночью соблазню его по всем правилам искусства. Пока разговор вертится вокруг завтрашней вечеринки, я мысленно перебираю содержимое шкафа в спальне. Взяла ли я с собой подвязки для чулок и плюшевые наручники?

Да, подвязки и наручники всегда делают свое дело, и ночь удалась на славу, насколько я могу судить по выражению лица Мартина. Как просто можно управиться с мужчинами! И как мало им надо для счастья: немного нежности, чуть-чуть любви и много секса. Мартин сегодня утром по глазам угадывает мои желания. Самое смешное, что мое самое большое желание – увидеть Макса как можно скорее. Среди всей этой круговерти с вечеринкой я пытаюсь позвонить ему, только чтобы услышать его голос. Я набираю его немецкий номер, как вдруг передо мной вырастает Диего, мой Антонио Бандерас, человек из службы доставки. Он классно выглядит в джинсах и футболке. Его черные глаза смотрят на меня вызывающе, и я понимаю, что на его недвусмысленное приветствие можно ответить только ответным ударом. Я перевожу дыхание и, чтобы избежать разоблачения, представляю Мартина, моего супруга. К счастью, как раз в этот момент возникла какая-то проблема с размещением столов. Андреа нигде не видно, так что я могу быстренько удалиться. На ломаном испанском объясняю людям из службы доставки, как расставить столы, где можно охладить напитки и что ворота должны быть обязательно закрыты из-за Лизы и Казимира. Мартин и Клаус с бокалами пива в руках с важным видом наблюдают за происходящим. Двадцать испанцев носятся по всему саду со столами, напитками, свечами, плетеными креслами, подносами и бокалами. Макси, Виктория и Софи уселись на голливудские качели, с наслаждением обсуждают молодых людей и кудахчут, как куры. Я ловлю момент, чтобы, спрятавшись в дальнем углу сада, тайком набрать двенадцатизначный номер Макса. Первый гудок, и тут передо мной появляется Йонас. Мартин срочно хочет меня видеть. И лучше уж я сама к нему пойду, чем дожидаться, что он пошлет за мной розыскной отряд. Как только я его вижу, сразу понимаю, что что-то стряслось. Он раскраснелся, от ярости выпучил плаза, и я уже готовлюсь к самому худшему.

– Я только что застукал Викторию, когда она целовалась с одним из этих испанцев, – выдает он.

– Где? Она же только что сидела на качелях!

– Только что? Это «только что» было час назад. В один прекрасный момент она исчезла, и когда я шел по саду – я вообще-то шел к машине, – то увидел, как она обнимается с этим типом.

Я вижу, что у него повышается давление.

– И где она сейчас?

– В своей комнате! Это я ее туда отправил. А этот тип сегодня не будет работать у нас. Я уже обо всем рассказал его шефу.

– Мартин, ее четырнадцать. В таком возрасте это совершенно нормально.

С этими словами я поворачиваюсь и бегу в дом. Виктория лежит на кровати, зарывшись лицом в подушку, и рыдает. Типичная подростковая драма.

– Это так несправедливо, – начинает она, когда я закрываю за собой дверь, – и так подло! Я что, не могу развлечься чуть-чуть? Я влюбилась в Рафаэля с первого взгляда, а он – в меня, и мы только целовались, а не сосались, как сказал папа! – Она громко всхлипнула: – И папа все испортил! Я его больше никогда не увижу!

Следующие полчаса я пытаюсь успокоить ее. объяснить, что таких Рафаэлей будет еще много и что она не должна позволить испортить себе вечер.

– Точно! – Виктория встает, вытирает слезы и подходит к шкафу. – Сегодня вечером я буду выглядеть шикарно. Мам, а можно мне надеть твое платье от Роберто Кавалли?

Конечно же, можно! Кто откажет несчастной влюбленной дочери? Спускаясь по лестнице, я размышляю, что она такое задумала. Ведь она же такая плутовка. Это дети: сейчас они до смерти опечалены, а через минуту снова ликуют.

Сад выглядит очень празднично. Столы, накрытые льняными скатертями, красиво смотрятся среди пальм, ротанговых кресел, разноцветных фонариков и свечей. Мартина нигде не видно. Андреа кричит мне, что она идет переодеваться, потому что через полчаса уже приедут первые гости. Я в третий раз пытаюсь позвонить Максу. С сигаретой в руке и телефоном возле уха я выхожу за ворота и сажусь на мягкий теплый песок. Наконец-то никто мне не мешает, не нужно решать никаких проблем, только его мягкий голос. Он на пресс-конференции, очень рад меня слышать и может как раз сейчас отлучиться. Я всем телом чувствую желание и тоску по нему. Как же это получается? С Максом то же самое. Его тоже захватывает подобное чувство. Я не успеваю еще ничего сказать, как он выдает:

– Через выходные, очень вероятно, я буду дома, в Мюнхене, и могу сделать так, чтобы быть свободным. Так что если будет желание приехать…

– Да, думаю, у меня получится.

Конечно, я все силы на это положу, преодолею все препятствия ради такой возможности. И в этот раз даже останусь к завтраку. Я захожу назад во двор и уже обдумываю свое алиби.