38 1/2: 1 муж и 2 любовника - Ксения Каспер

Есть? Сейчас?

– Хорошо, – мямлю я, мягко опускаюсь на землю, пытаясь одновременно поправить прическу и развернуться в направлении ресторана. Когда официант Пьер видит меня, то сразу же вскакивает с места и сообщает, что оставил для нас столик, сервированный на две персоны в уютном уголке на террасе. Свечи в садовых подсвечниках уже горят. Я благодарю Пьера за предусмотрительность и начинаю искать в сумке «Мальборо». Макс смотрит на меня вопросительно. Вот они наконец! Я только подумала, что теперь надо бы и зажигалку найти, как Пьер уже тут как тут с зажженной спичкой. Я затягиваюсь сигаретой вплоть до самых альвеол и воображаю, что немного расслабилась.

– Я много лет назад бросил курить, – сообщает Макс многозначительно.

Я же каждый день бросаю, чтобы на следующий радостно снова начать. После этого небольшого обмена репликами мы углубляемся в меню. Я вижу маленькие черные буквы, которые, собранные вместе, обозначают какие-то изысканные блюда. Но сегодня знакомых букв я не узнаю и голода абсолютно не испытываю. Макс берет инициативу в свои руки и заказывает две порции рыбы гриль, а для себя – капрезе[15] в качестве закуски.

Потом он без всяких предисловий начинает рассказ о своей неверной жене.

– Одетта за все тринадцать лет ни разу не испытала со мной оргазма! – жалуется он.

– Что-что? – Я отпиваю глоток риоха, смотрю на него непонимающим взглядом и слышу свои собственные слова: – Ни одного оргазма за тринадцать лет, это же ужасно! Она не пробовала обращаться к сексологу?

У меня внутри все дрожит – не знаю, от смеха или от рыданий. Зачем мне обо всем этом знать? И сразу же мне сообщают, что с новым любовником, который намного младше его, Одетта наконец испытала долгожданный оргазм, причем многократно. Но и это еще не финал. Без всякой паузы Макс переходит от фригидной жены Одеттык своей платонической подруге Оттильде. Господи, что за жуткие имена?!

– Знаешь, между мной и Оттильдой все-таки что-то есть.

Я чуть не подавилась куском рыбы.

– Но она говорит, что пока я не похудею и не куплю новую кровать, ничего не получится.

Все, с меня хватит!

– Скажи, пожалуйста, – начинаю я с отвращением, – сколько лет этой твоей… как там ее? Ортраут?

– Ее зовут Оттильда!

– Да мне это фиолетово! Что за идиотизм?! – не могу сдержаться я. – Как можно ставить отношения в зависимость от кровати и чьих-то килограммов? И зачем ты мне вообще весь этот бред рассказываешь?

Что за дебильный разговор, спрашиваю я себя. Я влюблена как кошка, а мой ненаглядный трындит тут о своих пассиях. У него что, не все дома? Что это такое! Три развода, так и подзатаскаться можно. Если бы мне это рассказали мои дети пубертатного возраста, я бы только посмеялась. Но Макс?! Может, мне лучше просто встать и уйти? Он меня провоцирует, или все эти разговоры с Оттильдой действительно происходили? Вообще-то какая разница, решаю я за наносекунду, все еще излучая негодование по поводу этих дурацких высказываний, словно неисправная атомная станция. Я узнаю, что эта платоническая и «веселая» Оттильда занимается увлекательной работой в архиве какого-то издательства. Все понятно! Сорок часов в неделю в компании мышей и книжной моли, так и спятить недолго! Я воздерживаюсь от комментариев и пытаюсь представить себе, какая в действительности жизнь у этого мужчины. Есть ли у него друзья? Что это за люди? А в отношении женщин у него что, пунктик на именах, начинающихся с «О»? Кто он вообще такой? Но я не успеваю углубиться в эти мысли, потому что приносят кофе. Честно говоря, я не уверена, хочу ли знать ответы на эти вопросы. Возможно, получи я их, то мигом бы ушла. Но я не позволю растоптать свое чувство и прогоняю эти мысли. Об этом можно подумать и завтра. А сегодня я хочу насладиться Максом и моей влюбленностью. Баста!

С улыбкой, достойной «Оскара», я достаю сигарету. Пьер, сама галантность, снова возникает как из-под земли с зажженной спичкой в руках. На этом вечер окончен? Нет! Через десять минут мы с Максом стоим в его номере и смотрим на море. Один только поцелуй в лифте уже развеял всю мою нерешительность и сомнения. Я слушаю веселый гомон на террасе, а Макс медленно несет меня на кровать, мягко кладет на подушки и еще медленнее раздевает. Черт возьми, я здесь еще и десяти минут не пробыла, а уже ничего не хочу сильнее, чем почувствовать его. Он расстегивает мой бюстгальтер и ласкает мою грудь. Его руки блуждают по мне, и мы медленно становимся единым целым, улетаем в другой мир, сливаемся во влажном ритме наших тел, плывем навстречу нирване непередаваемой силы. Любовь? Да, любовь! Близость!

В три часа утра – после головокружительных занятий любовью, после выпитой залпом бутылки воды, после смеха под душем – мне пора уходить. Время, взятое взаймы, украденные минуты… Мы снова и снова начинаем целоваться и ласкать друг друга. Просто не можем оторваться. Но мне нужно идти! Макс провожает меня до машины, останавливается, смотрит на меня, и больше всего мне хочется захлопнуть дверцу и броситься в его объятия.

– Оставайся до утра! – просит он.

– Ты же знаешь, не выйдет. Кроме того, я же никогда не оставалась на завтрак. Завтракать вместе – это уже чересчур.

– Да, правда, ты никогда этого не делала, – говорит Макс с грустью в голосе.

Я смотрю на него и чувствую себя ужасно виноватой. Зачем изображать из себя неприступность, если теперь я бы с таким удовольствием осталась? Причина – Виктория и Йонас. Как должна Андреа объяснить им отсутствие матери? Но этого я ему не говорю.

Мои колени дрожат, я получаю такой выброс адреналина, что он легко мог бы доставить космический шатл на земную орбиту. Я уезжаю. Через десять минут останавливаюсь перед воротами нашей желтой виллы. В доме мертвая тишина, слава богу! Я на цыпочках пробираюсь в спальню, ныряю под одеяло и через секунду засыпаю глубоким сном. Звонкий голосок Лизы будит меня. Восемь часов, звонит мой мобильный. Кроме того, у меня сообщение:

Я уже уезжаю, к сожалению. Опять не сомкнул глаз, все думаю о тебе. Целую нежно.

И я снова чувствую легкое головокружение. Я надеваю шлепанцы и спускаюсь в кухню. Виктория, Йонас, Макси и Софи еще спят. Только Лиза носится с Казимиром по двору. Андреа сидит за деревянным столом на веранде, пьет кофе и читает «Коста бланка» Она поднимает на меня глаза и многозначительно улыбается. Я подхожу со стаканом воды и сажусь рядом.

– Доброе утро! И когда же ты вернулась?

– В три! – отвечаю я.

– Кошка не отпускает мышку, да, сестричка? Ты всегда говорила, что не стоит разогревать старые булочки, а именно это сейчас и делаешь!