38 1/2: 1 муж и 2 любовника - Ксения Каспер

– Очень просто, когда писаешь, – отвечает Йонас раздраженно, тем самым снова открывая дискуссию о том, что мужчины тоже могут и должны писать сидя.

Я воздерживаюсь от комментариев. Ищу свой кошелек, беру солнечные очки и собираюсь в дорогу. Когда я выезжаю за ворота, на часах половина десятого. Автобан свободен, и через сорок пять минут я уже на кольцевой дороге Валенсии. На этот раз я поступила немного умнее: все время ориентировалась на вывески «Centra» и очутилась прямо перед ареной для боя быков. Наверное, большинство из восьмисот тысяч жителей этого города уже на рабочих местах, так как сегодня судьба миловала меня от обычного хаоса на дорогах. Зато среднегодовая температура воздуха превышена неимоверно: в начале одиннадцатого термометр уже показывает двадцать пять градусов по Цельсию. Прекрасный город науки и искусств Валенсия находится в старом русле реки. Его архитектура – гармоничное смешение прошлого и настоящего. К счастью, городские архитекторы не смогли тут разгуляться на полную. В июле местные жители вместе с приезжими празднуют «Feira de Julio».[17] По вечерам проходят концерты, бои быков и прочие мероприятия под открытым небом. Я думаю, что нужно будет обязательно сходить с Андреа и детьми в «Oceanografico», где на довольно большой территории представлен подводный мир всех морей. Это должно понравиться даже капризным подросткам.

Паркую машину на одной из боковых улиц у Плацца де Торос и, пройдя несколько метров, оказываюсь в первом магазине. Здесь есть обувь всех цветов и фасонов. Хотя по большей части летняя, легкая и воздушная. Значит, мне не подходит! В бутике за углом я нахожу совершенно уникальную замшевую куртку. Десять минут спустя она уже моя, а триста евро поменяли своего владельца. С первой добычей в руках я направляюсь в «Zara». Напротив «Habitat», моего любимого магазина аксессуаров для дома, я вижу этот трехэтажный храм моды эконом-класса. Да, здесь действительно уже висит кое-что из осенней коллекции. Я ныряю туда с головой, на каких-то там двести восемьдесят евро накупаю полный пакет вещей, и вот я уже готова для Мюнхена. В «Habitat» я влюбляюсь в желто-оранжевую вазу. В конце концов я уже настолько нагружена, что при всем желании мне не остается ничего другого, кроме как направиться к машине и ехать обратно. Взгляд на часы – почти двенадцать. На термометре тридцать три градуса в тени, и даже такой фанат шопинга, как я, не хочет сейчас ничего другого, кроме как прыгнуть в прохладный бассейн. Все, домой. Кондиционер вообще-то классная штука, думаю я, выезжая из города.

Утро четверга! Пошел обратный отсчет. Через несколько часов я уже буду в самолете. А в восемь утра я сижу на кровати, и, видит Бог, мне не до сна. В доме полная тишина. Вся спят, дети так вообще до самого обеда. Я тихо спускаюсь в кухню, где Казимир приветствует меня сонным взглядом. Он тоже привык к испанскому ритму жизни. Я выпиваю стакан воды, беру свою спортивную одежду и иду на пробежку. Я бегу мимо туристов, идущих на пляж, мимо магазинов, которые только начинают открываться, мимо кафе, чьи летние площадки отмывают от следов прошедшей ночи с помощью шлангов. Добегаю до места, где обычно разворачиваюсь. Последние три километра приходится попотеть. Песок мягкий, и я чувствую каждый шаг. Ровно через двадцать минут я, обливаясь потом и высунув язык, открываю наши ворота. Андреа удобно устроилась на террасе с чашкой чая и ноутбуком и читает в Интернете свежие новости. Когда она видит, как я ковыляю, по ее губам пробегает веселая улыбка.

– Может, лучше поберегла бы себя?

– Ха-ха. Мне нужно было побегать. Мои плечи стали как будто каменными, и я срочно должна была наполнить организм кислородом, – отвечаю я.

Я бросаю спортивные вещи в стиральную машину, выпиваю за раз два стакана воды, быстро бегу в душ, а потом, надев купальник, бросаюсь в бассейн вниз головой. После плавания у меня уже нет никаких сил, но я расслабилась, как и ожидала. В начале третьего мы с Андреа выедем в Валенсию. Оставшееся время я слоняюсь в напряженном состоянии, собираю вещи, накладываю маску и засыпаю на несколько минут, съедаю не больше трех листочков салата, выпиваю два бокала вина и нервничаю, как подросток перед первым свиданием. В дьюти-фри я покупаю последний номер «Штерн» с не очень многообещающим заголовком «Как любят немцы», пытаюсь углубиться в чтение и радуюсь, что в испанских аэропортах можно курить. До посадки в самолет я выкурила в общей сложности три сигареты. И вот пришло мое время. Я зарегистрировала свою коричневую кожаную сумку, и со мной осталась только сумочка со всякими мелочами. Я занимаю свое место и отправляю Максу сообщение:

Уже вылетаем. Самолет не опаздывает, значит, через два часа я буду у тебя. Крепко целую, Зуза

Потом выключаю телефон. Пилот заводит мотор. Место рядом со мной, к счастью, не занято, возле прохода сидит бизнесмен в костюме и в галстуке и читает «Зюддойче». Я листаю «Штерн» и жду, когда стюардесса будет провозить напитки. Бокал вина сейчас не помешал бы. Я надкусываю булочку, чтобы с отвращением положить ее назад в пакет. Мой сосед сложил газету и в непринужденной манере пытается навязать мне беседу. Я благодарна за то, что он меня хоть немного отвлекает.

Пилот пытается прорваться сквозь густые облака над Баварией. Мы идем на посадку, и мое сердце начинает усиленно биться. Через несколько минут я почувствовала, что самолет приземлился, заскрипели тормоза, и мы покатили со скоростью обычного такси прямо к гейту. Когда моя «Нокия» перестраивается на немецкую сеть, мне приходят сразу три сообщения: Андреа желает мне успеха и советует не забывать о серых клетках, Клаудия написала примерно то же самое, а Макс сообщает, что ждет меня в зале прилета. Мое сердце рвется ему навстречу.

Нужно еще забрать багаж. В самолете немного народу, думаю, долго это не продлится.

Не торопись. Жду тебя. Целую.

Хорошо, тогда я еще забегу в дьюти-фри.

Я пишу это без зазрения совести.

Только посмей!

Мне повезло. Моя сумка приехала практически первой. Я медленно иду к стеклянным дверям, которые открываются автоматически. У заграждения стоят какие-то люди, но Макса здесь нет! Я выбираю правый выход и начинаю волноваться. Он что, не там меня ждет? И тут вижу его. Он совершенно спокойно встает – блин, что, кроме меня опять никто не волнуется? – и с широкой улыбкой подходит ко мне.

Глава 9