Четыре сестры-королевы - Шерри Джонс

Элеонора просто посмеется над ней или рассердится. Санча не выносит ни того ни другого, особенно от Норы, ее защитницы. Она с детства защищала ее от шпилек Марго. Когда учитель ударил ее по губам за невыученную латынь, Элеонора кулаком разбила ему нос. Когда папа за столом задавал Санче философский вопрос, Элеонора защищала ее ответы, какими бы нелепыми они ни были. Нора заставила папу прогнать трубадура за то, что тот написал непристойную песню про Санчу. А теперь сестра спасла ее от этого ужасного Раймунда Тулузского. Вот уж кого бы Санча меньше всего хотела обидеть – так это Элеонору.

– Но, Санча, это же твоя обязанность – влиять на сестру в моих интересах. Теперь ты говоришь, что не поможешь мне. Что же, я зря на тебе женился?

– Я… Я думала, вы женились на мне за мою красоту.

Почему он так смотрит на нее? Выглядит таким удивленным, будто у нее вырос хвост.

– Милая моя, – говорит Ричард, – в мире полно красивых женщин. Но только одну любит королева – жена моего брата и короля.

– Вы женились на мне из-за моей сестры?

Он подносит ей еще кусочек груши, но она отворачивается.

– Не из-за нее, а из-за того, что она может дать тебе. Нам.

Санча качает головой, не понимая. Он кладет ложку.

– Что толку быть братом короля – или сестрой королевы, – если не можешь получить от этого родства никакой пользы? Чем больше я узнаю о планах брата, тем выгоднее нам. Королева Элеонора доверяет тебе. – Он усмехается, подняв брови. – А теперь ты доверишься мне.

Санча открывает рот от изумления:

– Вы хотите, чтобы я шпионила за Норой? Но она моя сестра. – Она хватается за скамью, чтобы не дать себе убежать.

– А я твой муж, которого ты обязалась слушаться. Теперь, – он снова берет ложку, – открой свой хорошенький ротик. И постарайся выглядеть счастливой, моя киска. Сегодня вся Англия глядит на тебя.

Беатриса

Приятный союз

Лондон, 1243 год

Возраст – 12 лет

Она вонзает нож в голубя, представляя, что это живот беременной Маргариты – высокой и могущественной королевы.

– Следи за манерами, – шипит мать. – Мы обедаем с королями Франции и Англии.

Она снова тычем ножом в птицу, и с такой силой, что та слетает с блюда и падает на пол.

– Противный ребенок, – журит ее мать. – Иди в детскую.

Она отсылает дочь со служанкой, которая останавливается в многолюдном зале пошутить с молодым рыцарем. Беатриса видит свой шанс и не упускает его.

Она ныряет за угол, следя, не заметила ли мама. Но нет, она смеется с графом Корнуоллским, а Санча натянуто улыбается и моргает, словно сейчас заплачет. Часа не прошло, как женился, а уже ее обидел. Граф не очень приятный человек, что бы о нем ни говорили, но ее мнения никто не спрашивает. Папа бы выслушал ее, но он в Провансе, набирается сил.

Мама, как обычно, про нее забыла. По другую сторону от нее Элеонора и Маргарита о чем-то шушукаются – наверное, замышляют еще какой-то брак. Лучше бы нашли жениха для Беатрисы. Кому нужен муж, который говорит жене, что делать? «Единственный мужчина, который мне нужен, – это ты, папа». Он смеется, когда она так говорит, и велит держать это в тайне. Когда он умрет, никто другой ей будет не нужен.

Сестры начнут вопить, особенно Маргарита. Но ей-то, Беатрисе, какое дело? Маргарита обращается с ней, как со служанкой, а не с сестрой. Когда они с мамой приехали в Париж, Маргарита увидела сестренку взобравшейся на трон и отправила на низенький табурет со словами: «Никто не может сидеть вровень с королевой». Беатриса тогда заплакала и пригрозила пожаловаться папе, но Марго только рассмеялась.

– Думаешь, он примет твою сторону в ссоре со мной?

Беатриса-то уверена, что он так бы и сделал. Маргарита тоже когда-нибудь это узнает. От доброты Элеоноры тоже мало что осталось – той Элеоноры, которая сажала Беатрису на колено и читала ей истории про Ланселота. Но сегодня она ни слова не сказала в защиту Беатрисы, когда Маргарита отругала ее и отослала прочь. И это сестра, которую прозвали «Элеонора Отважная»? Беатриса могла бы рассказывать на ночь истории про Элеонору: как она на спор с Маргаритой забралась на скалу, а потом не могла слезть вниз. Как на рынке в Марселе с суком в руке напала на графа Тулузского, который от неожиданности упал на землю. Как всего в двенадцать лет настояла, вопреки маминому желанию, чтобы ее выдали за короля Генриха. Мама хотела подождать годик-два, но дочь отказалась: «Я слышала, у английского короля настроение меняется в зависимости от времени года. Я хочу его сейчас, пока зима не сменилась весной и он не нашел другую королеву». Маргарита ее не обойдет, сказала Элеонора.

Маргарита и Элеонора. Элеонора и Маргарита. Беатриса была еще маленькой, когда они покинули Прованс, Маргариту она совсем не помнит, а Элеонору смутно. Но всю жизнь она слышала о них, представляла их в своих играх, писала им письма, которые никогда не посылала, потому что кто она такая? Что она может сказать самым знаменитым в мире женщинам, даже если они ее сестры?

Теперь и Санча сравнялась с ними, или почти сравнялась. В их блестящем обществе Беатриса снова задает себе вопрос: а она-то кто такая? Всего лишь ребенок и любимица их отца?

Ромео как-то пообещал сделать королевами всех дочерей графа Прованского. Так гласит очередная легенда, из тех, что сочиняют про их семью. Но потом папа обручил Санчу с Раймундом Тулузским, который не король, а никто. А теперь и Санча вышла не за короля, а за его брата, который почти ничем не лучше графа Тулузского, а тот, говорят, поглядывает на Беатрису. И Беатриса, судя по тому, как с ней обращались сегодня сестры, тоже никто.

Подходит служанка со светящимся от облегчения лицом:

– Наконец-то я тебя нашла! – И Беатриса снова ныряет в густую толпу, стараясь не толкнуть слуг с подносами еды, потому что, если блюда упадут, мама заметит, что ее младшая дочь все еще в зале, а не храпит над Псалтырью и куклами в детской. Она бросается в сад и прячется за деревом. Услышав, как беседуют и смеются двое мужчин, она старается дышать как можно тише. Они говорят на чужом, грубом северном диалекте французского.

– Она самая хорошенькая из сестер, тебе не ка-жется?

– Мила, как летний бриз. Не то что эта сука Маргарита.

Беатриса сдерживает порыв выскочить и защитить сестру. Не хочется, чтобы ее увидели. Да и что она может возразить? Маргарита в самом деле сука.

– Сладчайшая Санча Прованская! Мечта, да и только! Как жаль, что ей пришлось выйти за этого жадного английского ублюдка.

– Что плохого в некоторой жадности? Знаешь, бери от жизни все, что можешь.

– Ага. Говоришь, как брат французского короля.