Запрет на любовь. Книга 1. На грани - Сюзанна Брокманн

Алисса его понимала. Новость была не просто плохой, а сокрушительной. И все-таки она покачала головой:

– Сэм, мы и так уже опаздываем и…

– Останови машину! – рявкнул он так громко, что у нее на затылке зашевелились волосы. – Господи, Алисса! Ты ведь не думаешь, что можешь сообщить такую новость и, как ни в чем не бывало, ехать дальше? Останови машину и постарайся, глядя мне в глаза, рассказать все подробности…

– Не смей на меня орать! – изо всех сил вцепившись в руль, она упрямо продолжала жать на газ. – Я не знаю никаких подробностей! Не знаю ничего, кроме того, что, как только что выяснилось, отпечатки, обнаруженные полгода назад на оружии террористов, принадлежат твоей жене. Поздравляю. Теперь тебе известно то же, что и мне.

– Алисса, клянусь, что, если ты сейчас не остановишься, я возьмусь за руль и…

Кажется, он говорил совершенно серьезно. Этот псих действительно мог устроить аварию.

Снизив скорость, Алисса свернула на пустую парковку у какого-то заброшенного ресторана. Она еще нажимала на тормоз, а Сэм уже распахнул дверь и выскочил из машины.

– Эй, Старретт! – крикнула она ему вслед. – Немедленно вернись!

Но он решительно уходил прочь.

Алисса опять тронулась с места и, взвизгнув шинами, рванула ему наперерез. Если бы она могла, то с удовольствием сбила бы его с ног, распахнув дверцу. Вместо этого она остановилась, выскочила из машины и повернулась к нему лицом.

– Что ты делаешь?

Сэм молча посмотрел на нее, а когда заговорил, его голос был мягким, почти умоляющим:

– Ты знаешь, что я делаю, Лис. Ты знаешь, что я не могу вернуться с тобой в Сарасоту.

Что!

– Ты должен! Тебя там ждет куча людей, которые хотят задать тебе кучу вопросов…

– На которые у меня нет ответов, – оборвал ее Сэм. – Я не понимаю, что происходит. Это что, подстава? Очень похоже. Только кому понадобилось подставлять Мэри-Лу? Это глупость. Такая же глупость, как и то, что она связана с террористами. Остается предположить, что кто-то пытается подставить меня.

Обходя машину, Алисса начала медленно приближаться к нему. Если Сэм побежит, все пропало. Она тоже умеет быстро бегать, но не так быстро, как он. В этом ей уже приходилось убедиться.

– Если она не связана с террористами, почему убили Джанин?

Сэм потер затылок.

– Не знаю. Если она и связана… Я все равно ничего не смогу им рассказать. Я не знаю никого из ее друзей. Я даже не знаю, были ли у нее друзья и общалась ли она с кем-нибудь кроме анонимных алкоголиков. А она говорила мне, что и там они все едва знакомы. Людям, которые только что бросили пить, не рекомендуют общаться с себе подобными, потому что любой из них может опять сорваться и потянуть за собой другого. А со всеми прежними друзьями она рассталась, когда бросила пить. Кроме сестры, конечно, но та тоже завязала.

– А на базе? – спросила Алисса, пытаясь отвлечь его от своих маневров. – На базе же она с кем-нибудь общалась?

Сэм задумчиво поскреб бороду.

– Там был какой-то женский клуб, но не только для жен «морских котиков», а вообще для всего персонала, и, наверное, Мэри-Лу это не устраивало. А в шестнадцатом отряде ничего такого отдельного не было. У нас же большинство ребят еще неженаты, а те, кто женат… Жены Майка и Кении всегда уезжали с базы, когда отряд отправлялся на задание, потому что они обе родом с другого побережья. Не мог же я просить их остаться и развлекать мою жену. Да, кстати, Майк и Джоан поженились уже после того, как Мэри-Лу уехала во Флориду. Значит, остается только жена Кена, но она… – Сэм потряс головой. – Не знаю, Лис. У нас ведь женатые парни в основном в рядовом составе, а Мэри-Лу порядочная снобка, и… По-моему, сначала она немного общалась с Мэг Нильсон, женой Джонни, и с Терри, ну, может, раз в неделю, а потом они перестали к нам приходить. Я ее спросил, почему, а она завела какую-то бодягу, что муж Терри только что поступил в отряд и, мол, нечего ее приглашать, а Мэг надоела ей со своими дурацкими лекциями о вреде алкоголя, которые ей и в клинике осточертели, ну и… Я правда не знаю, что могу рассказать им. Мэри-Лу только тем и занималась, что возилась с Хейли и – черт, не знаю! – читала, наверное. Потом она нашла какую-то дурацкую работу в Макдоналдсе на базе…

– Значит, у нее имелся доступ…

Сэм недоверчиво засмеялся:

– Неужели ты в самом деле думаешь?..

– Я думаю, что ее отпечатки обнаружены на оружии террористов. И еще я думаю, что тебе надо немедленно возвращаться в Сарасоту. – Алисса подошла к нему совсем близко и засунула руку в задний карман, про себя молясь, чтобы Сэм этого не заметил.

– Прости меня, – сказал он.

– Нет, это ты меня прости. – Молниеносным движением она нацепила наручник на его левое запястье и надежно пристегнула его к своей правой руке.

– Клэр на первой линии, – сообщила Мэдди.

Ной снял трубку:

– Привет, детка.

– Христа ради объясни мне, во что влип твой Роджер?

– О, черт! Они и к тебе заходили?

– «Заходили» – передразнила его жена. – Тебя послушать, так они просто зашли с вежливым визитом. Они приперлись в детский сад в тот самый момент, когда люди приходят, чтобы забрать детей! Что я должна была сказать родителям? «Подождите, пока меня допросит ФБР»? Как ты считаешь: после этого они не побоятся доверить мне своего четырехлетнего ребенка?

Клэр работала администратором в детском саду при местной церкви, и как раз этим утром они запускали новую программу: двухмесячный летний лагерь. Должность Клэр никак нельзя было назвать высокооплачиваемой. Однажды Ной не поленился и, сложив все часы, которые она проработала сверхурочно, подсчитал, что она зарабатывает меньше прожиточного минимума. Но Клэр работа нравилась, она была довольна, а значит, был доволен и Ной.

Хотя он и предпочел бы, чтобы новый лагерь открывался не сегодня. Тогда они могли бы сходить куда-нибудь на ланч.

– Поверь, никто не станет тебя увольнять за содействие властям, – постарался он успокоить жену. – А если и уволят, то слава богу. Найдешь себе нормальную работу.

– Большое спасибо, Ной. Умеешь ты поддержать в трудную минуту!

– О чем они спрашивали?

– Задали кучу вопросов о Мэри-Лу. Знала ли я ее, были ли мы подругами, когда виделись в последний раз, навещали ли мы Старреттов в Сан-Диего. И о Роджере тоже. Представляешь, они спросили меня, в каком он сейчас психическом состоянии. И способен ли он на насилие. И бывают ли у него вспышки неконтролируемого гнева! Я не знала, что отвечать. Ну конечно, он бывает вспыльчивым, но ведь и я тоже бываю. А когда я им это продемонстрировала, они имели наглость спросить, не выражал ли он когда-нибудь антиамериканских настроений. Ты можешь в это поверить? Спросить такое о человеке, который уже десять лет рискует жизнью ради своей страны!