Хранитель меча - Лэйна Джеймс

Тидус поспешно возвратился в свои покои. Вскоре подали обед, но даже аппетитный, с румяной корочкой жирный кролик, поджаренный на вертеле, не доставил ему никакого удовольствия и не поднял настроения. Вскоре после обеда должен был прийти на урок Дэви, и советник потратил несколько минут на то, чтобы привести в порядок рукописи и необходимые книги. Наконец раздался стук в дверь.

— Да-да, — отозвался Тидус усаживаясь за стол. — Что-то вы задержались герцог.

— Я был очень занят сегодня утром, — объяснил Дэви.

Он был одет в кожаный камзол, а щеки его еще румянились от мороза. На ботинках его еще не растаял снег, а в том, как он держался, Тидус заметил что-то новое, словно юноша чем-то гордился.

— Что это у тебя? — спросил Тидус, и мальчик вынул из-под мышки тонкий том в кожаном переплете.

— Я нашел это в комнате Совета, она была спрятана под шкафчиком. Это одна из хозяйственных книг Фейдира Д'Салэнга, но мне кажется, что самые последние записи сделаны вашей рукой.

Дэви уселся в кресло напротив стола и раскрыл том. Тидус уставился на страницы, исписанные его собственным превосходным почерком. Каждая колонка цифр была безошибочно сосчитана, результат аккуратно подчеркнут. В записях учитывалась каждая мелочь, все до последнего медяка.

— Что вы сделали с золотом южан, которое здесь упоминается? Фейдир отложил его для оплаты своих наемников.

— Оно все в целости и сохранности, мой юный лорд, — несколько торжественно отвечал Тидус, постукивая по странице. — Все, что можно, я отложил и спрятал, чтобы король без труда мог собрать и снарядить свою армию.

Юный герцог озадаченно посмотрел на него:

— А что заставляет вас предположить что королю понадобится армия?

— У него немало врагов. Кроме того, имея сильную армию и владея Наследием Орима, наш король сможет подчинить себе все народы, сможет принести мир и процветание всему миру. — Тидус улыбнулся: — Конечно, наш король пока еще не догадывается о своих возможностях. Ему нужно немного созреть. Он нуждается и в моем мудром руководстве, так же как и в твоем, Госни. Я не мог рассказать ему ни о золоте, ни о других богатствах, которые остались после Д'Салэнгов. Он мог прокутить и промотать свое счастье, как это сделал Люсьен.

Тидус намешал в свою ложь достаточно правды, чтобы убедить юного герцога в своей искренности, ибо Дэви очень уж пристально вглядывался в исписанные страницы.

— Каковы бы ни были ваши побуждения, милорд, — сказал Дэви спокойно, — вы должны вернуть королю то, что по праву принадлежит ему.

— Согласен, — глава Совета осмелился дружеским жестом прикрыть руку Дэви своей. — С твоей помощью его величество вполне справится с этой ответственностью. Часть золота спрятана в темницах под замком. Там также лежат драгоценные камни и ювелирные изделия. Я скажу тебе, где искать, если ты сделаешь мне одно маленькое одолжение. Пусть это будет твое, чисто случайное открытие. Я не хочу, чтобы король считал меня глупцом.

«Или чем-то похуже», — с горечью добавил Тидус про себя.

Керил остановился в винном погребе, в том самом месте, где крутая винтовая лестница продолжала спускаться еще глубже в темное подземелье замка, где располагались темницы. Ему было тревожно. Когда он только отворил заржавевшую металлическую дверь, ведшую вниз, подвалы выдохнули ему в лицо сырой и холодный воздух, к которому примешивался слабый запах тления и давних смертей.

— Ты уверен, что нам обязательно надо спускаться? — осторожно поинтересовался королевский кузен.

Дэви только молча кивнул в ответ, не оборачиваясь и не отрывая взгляда от темных лестничных маршей. Пламя факела в его руке билось и хлопало на сильном сквозняке, который они почувствовали сразу, лишь только открылась дверь.

— Это сокровище меня вовсе не интересует, — пробормотал Керил, делая вслед за Дэви первые осторожные шаги вниз.

Фундамент замка настолько стар и разрушен, что даже каменщики отказались начать его ремонт. Они боялись, что вся масса замка обрушится на них, стоит только потревожить опоры. Нужно быть сумасшедшим, чтобы начинать раскопки среди этих разрушенных коридоров.

Герцог Госнийский не обратил никакого внимания на его испуганную болтовню, но Керил не мог остановиться.

— В этих темницах навсегда осталось около трех сотен узников. Все, что мы найдем, — это их кости. Запомни, что это была не моя идея искать здесь сокровище.

Между тем они продолжали спускаться по изгибающейся кривой лестнице. Свет, поступавший через открытую дверь винных погребов, вскоре исчез, однако узкие каменные ступени, высеченные из камня, продолжали уходить все глубже под землю и конца им не было видно. Керил подумал даже, что в гробнице Орима было, пожалуй, приятнее. Еще бы — теперь он слышал доносящийся со всех сторон топот маленьких лап, стук коготков и возмущенные писки потревоженных грызунов. Для того чтобы преодолеть последние несколько ступеней, Керилу потребовалось все его мужество.

Внизу они на минуту остановились, разглядывая разбитые плиты пола под ногами. Факел в руке Дэви отбрасывал на пол изрядный круг колеблющегося света, однако за пределами его начинался непроглядный черный мрак. Сладкий гнилостный запах ощущался здесь гораздо сильнее, и к нему примешивался крепкий мышиный дух. Керил весь дрожал и тихо молился, чтобы юный герцог не заметил его страха.

Дэви тем временем огляделся по сторонам и уверенно ткнул факелом куда-то вперед.

— Здесь в центре комнаты должна быть костровая яма. Именно в нее нам и надо заглянуть.

— Откуда ты знаешь?

— Я же уже говорил тебе — я нашел кое-какие бумаги посланника Фейдира.

— Действительно. Но мы только зря тратим время и рискуем своими жизнями.

— Идем, — мальчик двинулся вперед со спокойной уверенностью, и Керилу ничего другого не оставалось, кроме как последовать за ним по засыпанному каменными обломками и сгнившей соломой полу.

Они нашли костровую яму без особого труда. Это было просто отверстие в полу, пробитое в каменных плитах пола. Дэви передал Керилу факел и ступил в давно остывшую золу, которой набралось в очаге по самые края. Нагнувшись, он стал разгребать пепел и угли.

— Найди мне что-нибудь, чем можно было бы расковырять эти головешки, — велел он Керилу.

Кузен короля прикусил язык, с которого готово было сорваться протестующее восклицание, и неохотно посмотрел по сторонам. Все вокруг было засыпано мусором, который не годился для их целей, однако последний главный тюремщик ввиду внезапной кончины оставил здесь ржаветь все свои орудия пытки. Содрогаясь от отвращения, Керил шагнул в сторону и, порывшись в груде бурого от ржавчины и влаги металла, отыскал толстый металлический стержень, который он и отнес Дэви.