Хранитель меча - Лэйна Джеймс

Двоюродная бабка Керила повела Арлина вдоль ряда стульев и скамей к тому месту за столом, которое для них поспешно расчистили. Немедленно появились чистые тарелки и приборы. Замковая челядь быстро сообразила что к чему и старалась не навлекать на себя гнев пожилой дамы.

Дэви, расположившийся ближе к королевскому месту во главе стола, в знак приветствия помахал Арлину надгрызенной ножкой индейки. Аристократ-южанин кивнул в ответ и обратил внимание на то что сидевший тут же Гэйлон, одетый в великолепный костюм из алого атласа и с украшенной драгоценностями золотой короной на голове, выглядит несколько неуверенно.

Должно быть, именно шумные совместные трапезы были ему непривычны; во время таких обедов он часто оглядывался по сторонам, мало ел и часто поднимал к губам свой кубок с вином.

Джессмин тоже деликатно отщипывала от своей пищи крошечные кусочки и отправляла их в рот. Как и Гэйлон, королева была в золотой короне и в платье из того же алого атласа. Несмотря на то что они сидели рядом, им, казалось, было почти нечего сказать друг другу. Между ними по-прежнему пролегала глубокая трещина, хотя Гэйлон очень сильно изменился к лучшему за последнее время.

— Д'Лелан!

Прекрасно обглоданная куриная кость приземлилась прямо в пустую тарелку Арлина. Оглядевшись по сторонам, он увидел ухмыляющиеся лица Мартена и Керила. Возвращаясь обратно, кость задела эрла Нижнего Вейлса по щеке, и он сразу перестал смеяться. Прежде чем Арлин успел повторить свой акт возмездия, леди Элсис повернулась к нему.

— Милорд, — упрекнула она его. — Вы должны есть, чтобы сохранить свои силы. — С этими словами она принялась накладывать на тарелку Арлина жареную индюшатину и пироги со смородиной. Далее последовали бататы, мясо молодого барашка и печеные яйца.

Когда леди потянулась за запеченной в тесте олениной, Арлин не выдержал и взмолился:

— Прошу вас!.. Достаточно.

Нисколько не обидевшись, леди Элсис водрузила оленину поверх всякой всячины, грудой наваленной в его тарелке, вложила ему в руку ложку и заставила его сомкнуть пальцы.

— Ешьте, дружок.

Арлин метнул быстрый взгляд в сторону своих в высшей степени довольных приятелей и со вздохом начал есть.

Несколько недель спустя, холодной непроглядной ночью умерла леди Герра. Она отошла в лучший мир тихо и спокойно, во сне, и Джессмин почувствовала, как с ее смертью разорвалась последняя нить, которая связывала ее с детством и с ее семьей, оставшейся в Ксенаре. Без нее королева чувствовала себя покинутой и опустошенной. Последовала скромная церемония, а потом престарелую леди с миром опустили в холодную могилу на королевском кладбище.

Вскоре после этого печального события наступил конец зимы и холодов. Весенние дожди смыли остатки снега на северных склонах холмов, день заметно прибывал, а ласковые лучи теплого солнца пробудили к жизни стебли мягкой молодой травы. Распустились лесные фиалки и ирисы, а на розах в саду развернулись первые крошечные красные листья.

Несмотря на свой траур по леди Герре, Джессмин не могла не обратить внимания на чудеса, которые каждый день дарила ей пробуждающаяся природа. Больше всего ее радовали звонкие детские голоса, которые снова зазвучали на травянистых лужайках в саду. Там резвилась целая стая беззаботных, крепких ребятишек, многие из которых были рыжеволосыми и веснушчатыми. Все они были похожи друг на друга, что свидетельствовало об их принадлежности к роду Рыжих Королей. Увы, ни один из этих детей не принадлежал Джессмин.

Сильнее всех остальных покорил ее сердце один шаловливый карапуз, племянник Керила. Миск как раз пошла забрать его из яслей, а Джессмин сидела на подоконнике в своей комнате, наслаждаясь потоком теплых солнечных лучей, которые падали на нее сквозь неровное стекло. Игры детей на лужайке занимали ее лишь до тех пор, пока Миск с Тэри не появились в комнате. Увидев королеву, мальчуган вырвался от Миск и смешно заковылял к ней.

— Жет-мин, — пропищал он.

Джессмин наклонилась, чтобы приласкать его, но увидела на его штанишках мокрое пятно.

— Что это с тобой?

— Не зна-а… — Тэри посмотрел на нее невинным взглядом своих огромных голубых глаз и потянул себя за свисающий на лоб белокурый локон.

— Может быть, ты уселся в лужу?

Малыш кивнул, отчего Миск в восторге расхохоталась и принесла сложенное одеяло, чтобы постелить Джессмин на колени. Тэри протянул ручонки, и Джессмин посадила его к себе.

— У меня для тебя кое-что есть, прелестный малыш, — нараспев сказала она.

Мальчик запрокинул назад голову и посмотрел на нее круглыми, как у совенка, глазами.

— Что?

Крышка вырезанной из древесины кедра шкатулки была тугой, но Джессмин сумела открыть ее достаточно быстро.

— Вот. Это принадлежало Гэйлону, когда он был маленьким мальчиком. Он иногда давал мне в них поиграть. Я хранила эту игрушку, чтобы отдать ему, когда он вернется, но он вернулся уже слишком большим.

Джессмин смотрела, как Тэри осторожно вынимает из коробочки одного из деревянных солдатиков.

— Мне кажется, их можно было бы слегка подкрасить, но в общем они неплохо сохранились. Гляди, вот меченосцы, а вот это — лучники. У некоторых воинов даже есть кони, на которых можно мчаться вперед, — Джессмин осторожно опустила мальчика на пол вместе с коробкой. — Ты можешь играть в них здесь, на ковре.

Тэри не ответил. Он уже целиком погрузился в свой маленький мир, где миниатюрные солдаты вели настоящую войну. Джессмин всегда поражалась тому, насколько быстро даже самые маленькие мальчики постигают смысл и назначение войны, словно они рождались доблестными и бесстрашными воинами.

Миск ласково положила ладонь на руку Джессмин, и королева взглянула на нее.

— Существует ли нечто такое, что бы ты хотела от короля? — спросила крошечная женщина серьезно. Вопрос заставил Джессмин вздрогнуть и опустить ресницы.

— Нет. Он дал мне все, о чем я осмеливалась мечтать.

— Правда? — Миск опустила на подоконник рядом с королевой чашку горячего настоя. — Я наблюдала за вами, вы редко разговариваете и никогда не прикасаетесь друг к другу. За всю свою долгую жизнь я не видела другого такого целомудренного брака, а моя жизнь продолжалась столько, что теперь уже трудно сосчитать все годы. Я только не могу понять — почему.

— Спроси у его величества, — с неожиданной резкостью ответила Джессмин и стала смотреть на детей, которые гонялись друг за дружкой по траве внизу.

— Будет гораздо лучше, если этот вопрос задашь ему ты.

— Не могу.

Одна мысль о разговоре с Гэйлоном заставила сердце Джессмин забиться быстрее.