"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

– Я полгода не заряжала обойму, – виновато проговорила Элька, проследив за его взглядом. – Думала, на Эстее оружие мне никогда не пригодится.

– Видя добро, помни о зле, – грустно изрек лейтенант. – Ножны всегда должны быть смазанными, а обойма заряженной.

Таторк с радостным воплем бросился в угол комнаты. Он откинул в сторону пыльный коврик. Во всех культурных домах в столице имелся такой коврик. На нем гости оставляли свои галоши, когда на улице шел дождь. Под ковриком была скрыта крышка люка. Гладкая блестящая поверхность отливала синевой. «Гравитронный сплав, – определила Элеонора. – Этот Ормаст действительно побеспокоился о своей безопасности». Пластина была вмонтирована в каменный пол без малейших зазоров. Ни одной дырочки, ни одного зацепа. Совершенно непонятно, как этот люк открывается.

Входная дверь перекосилась и повисла на одной петле. Еще один удар тарана, и комната заполнится дарлоками. Элеонора безнадежно вздохнула и подняла лучемет. Неужели этот бой станет последним?

– Лишь бы он был дома, – прошептал Таторк и костяшками пальцев постучал по люку.

Штурмующие дверь мертвяки почему-то медлили. С улицы слышалось непонятное шебуршение и ропот. Казалось, каменные истуканы трутся друг о друга, стараясь встать таким образом, чтобы, когда рухнет последняя преграда, не очутиться первыми на линии огня.

– Только бы был дома, – снова, как заклинание, повторил лекарь.

Словно услышав его молитву, гравитронная пластина отъехала в сторону. В ту же секунду рухнула дверь. Элька нажала на курок. Несколько дарлоков упали на мостовую. Самые слабые, как всегда, оказались в первых рядах. По их скрюченным телам на штурм двинулся более серьезный монстр. Одежды на нем не было совсем, и всю его грудь, превратившуюся в панцирь, покрывала сеть глубоких трещин. Похоже, прежний владелец этого тела заболел в числе первых. В живот матерого дарлока уперся лазерный луч Элькиного бластера. На коричневой коже появилось черное пятно, но это не остановило чудовище. Он лишь слегка замедлил шаг и ухмыльнулся. Интересно, почему у этих тварей всегда хорошее настроение? Бластер печально пискнул, луч погас. Теперь между беглецами и преследователями был только поломанный мясницкий нож в руке Соримэра. Элеонора пожалела, что не оставила одного заряда для себя. Лейтенант подумал о том же.

– Сюда! – заверещал у них за спиной лекарь. Он уже влез в спасительный люк. Над полом торчала только его голова. – Быстрее!

Он мог бы и не торопить товарищей по несчастью. Благородный Соримэр сделал шаг в сторону, пропуская свою королеву. Элька не стала ломаться. Молнией она метнулась к люку и нырнула в него головой вперед. Она свалилась доктору на плечи и выронила разряженный бластер. Таторк с трудом сумел удержаться на узеньких скобах, вделанных в стену тесной трубы. Спускаться он не спешил.

– Разожми руки! – заорала Элеонора прямо в ухо Таторку. – Мы застряли!

Лекарь что-то залепетал в ответ, но вцепился в скобы еще сильнее. Через секунду сверху со всей дури ухнулся лейтенант. Дарлок уже тянул к нему лапы, и Соримэру было не до реверансов. Ноги лейтенанта еще торчали снаружи, когда он с ужасом почувствовал, как в его лодыжку впиваются острые когти.

– Таторк! Руки! – заорал офицер. Лекарь как будто оглох. Он смотрел на лейтенанта и Эльку безумными глазами и еще крепче сжимал пальцы. Недолго думая, Соримэр полоснул огрызком ножа по побелевшим костяшкам. Лекарь заскулил и разжал пальцы. Элеонора и Таторк рухнули вниз с трехметровой высоты. Лейтенант остался наверху, у люка. Цепкий дарлок вытаскивал его наружу за ногу. Лейтенант отчаянно цеплялся за скобы, однако противостоять нечеловеческой силе не мог. Элеонора, словно обезьяна, вскарабкалась наверх и, обхватив лейтенанта за плечи, прыгнула вниз. Дарлок не был подготовлен к неожиданному изменению веса жертвы и упал, но хватку не ослабил. Теперь он висел головой вниз. Другой монстр успел поймать его за ноги. Еще один тянул руки кЭлеоноре.

«Это конец! – подумала Элька. – Они вытянут нас отсюда одного за другим».

Гравитронная плита люка закрылась с такой скоростью, что этого никто не успел заметить. Секунду назад гирлянда, состоящая из людей и нелюдей, болталась в воздухе. Щелчок. Хруст, и груда тел лежит на полу. Рассеченный надвое дарлок всё еще держал Соримэра за ногу, но тот уже вогнал обломок мясницкого ножа ему в глазницу.

Элеонора отпустила лейтенанта, на четвереньках отползла в сторону и осмотрелась. Ормаст, может быть, и слыл чернокнижником – страшным человеком, но о гостях заботиться умел. Освещение в своем погребе он организовал по высшему разряду. Люминесцентные плитки аккуратно выстилали низкий потолок. Они давали ровный мягкий свет без теней и тянулись на всю длину коридора, конца которого не было видно.

Соримэр отодрал лапу дарлока от своей лодыжки. Монстр затих и не подавал признаков жизни. Крышка люка докончила его. После таких повреждений умирают даже те, кто уже давно мертв. Разноцветные внутренности из разрезанного пополам тела лежали на полу и хлюпали под подошвами переминающегося с ноги на ногу доктора. Таторк со злобой смотрел на офицера. Он уже обмотал бинтом порез на своей руке и сейчас затягивал повязку зубами.

– Негодяй! Ты хуже дарлоков! – трагично провозгласил лекарь. – Зачем ты разрезал мне пальцы?

– Из-за тебя, трусливый пес, мы все чуть не погибли, – угрожающе прошептал Соримэр и замахнулся на Таторка, намереваясь задать ему хорошую взбучку.

– Отставить! – Элька вовремя вклинилась в их не слишком дружелюбную беседу. – Соримэр, смирно!

– Да, ваше величество, – офицер опустил руку и принял позу даже отдаленно не напоминающую стойку «смирно». Вытянуться, как положено, он бы не мог при всем желании: слишком много повреждений получили его многострадальные ноги.

– Таторк, – обратилась Элеонора к лекарю, – почему ты задержал нас? Вцепился в ступеньки, как ребенок в погремушку, и…

– Я не держал, – обиделся доктор. – Я на секунду схватился за скобу, когда звал вас, а этот мясник сразу полоснул меня ножом.

– Я тебе сейчас покажу мясника! – Соримэр снова двинулся на лекаря.

– Всем молчать! Всех милую, всех благодарю за службу, – отчеканила королева и тихо добавила: – Спасибо, ребята. Без вас я бы погибла.

– Я без вас тоже, ваше величество, – потупился лейтенант. – Этот дарлок вытащил бы меня наружу, если бы не вы.

Элеонора осмотрела своих потрепанных подданных. Уставшие, грязные, все в крови и саже, но живые и относительно здоровые.

– Таторк, чем от тебя воняет? – спросила она принюхавшись.

– Дезинфицирующим раствором, – буркнул доктор и насупился. – Этот хорек, перед тем, как порезать мне пальцы, всех дарлоков своим ножиком перетыкал. Боюсь заразиться.

– За хорька я с тобой тоже посчитаюсь, истязатель пиявок, – ласково пообещал Соримэр.

– Лейтенант, – Элька повернулась к Соримэру. – Ну-ка, сними штаны.

– Не понял, ваше величество.

– Быстро! – Элеонора топнула ногой. Смущаясь и краснея, как помидор, офицер начал стягивать форменные брюки, которые еще утром были приятного темно-синего цвета. Сейчас они представляли из себя коричнево-черную лохматую массу.

– Я так и знала, – вздохнула Элька, показывая на глубокие окровавленные борозды на лодыжке офицера. – Дарлок всё-таки отметился.

– Хранитель чертогов! – Доктор вскинул руки к потолку. – Как я не подумал!

Таторк быстро высыпал на пол содержимое своей сумки, нашел нужную склянку и с опаской приблизился к лейтенанту.

– Я сам, – остановил его Соримэр.

– Это гридерский состав, – успокаивающе проворковал Таторк, выливая зеленоватую жидкость на ватный тампон. – Без спирта. Жечь не будет.

Офицер покорно подставил раны врачу, и тот аккуратно их обработал. Затем он ловко наложил повязку и удовлетворенно полюбовался своей работой.

– Я точно не заражусь? – с легкой дрожью поинтересовался офицер.

– Только не от этой раны, – убежденно кивнул головой Таторк, упаковывая свой медицинский скарб обратно в сумку. – К сожалению, мы потеряли наши респираторы и почти наверняка надышались инфекцией.