Подземелье - Ваня Мордорский

то ужас, то наоборот — провоцирование на атаку, или вообще мольба о помощи раненого животного. Тварь испытывала всё, чередуя атаки и пытаясь выявить те, которые лучше всего сработают на враге. Тщетно. Не сработало ничего.

Но старик был поражен изобретательностью и разнообразию атак злобоглаза.

Однако, подтащить Драмара к себе силой воли, как первый глаз, этот не мог. Был недостаточно силен. Это устраивало старика. Он с каждой минутой всё больше привыкал к подобному типу атак. Более того, он просидел под атаками почти полчаса. И к концу этого времени глаз явно устал, снизилась сила и частота волн.

Драмар не собирался его убивать: он дал ему время восстановиться и уже в следующий раз сел ближе — в четырех шагах. На этом расстоянии давление ощутимо усилилось, но это было плавное увеличение и Драмар был готов. Он привыкал к волнам всё больше. В течении дня он подсаживался всё ближе и ближе к глазу, медленно, но верно сокращая расстояние и обретая всё большую устойчивость к таким типам ментальных атак.

Теперь он четко осознавал зачем это делает — чтобы встретив злобоглаз больших размеров, быть готовым. Чтобы в следующем бою ему было легче.

После подобной адаптации убить глаз не составило проблем. К концу дня он выдерживал натиск сидя буквально перед открытым глазом, и теперь та тварь его нисколько не пугала. Самым сложным был момент, когда старик стал вплотную перед глазом: вот тут гоблин ощутил действительно гипнотическое воздействие этого сужающегося и расширяющегося зрачка, в панике выжимающего из себя все силы. На мгновение Драмар застыл, завороженный игрой зрачка, но потом встрепенулся и, размахнувшись, проткнул копьем глаз насквозь.

Тварь громко взвизгнула, ударив предсмертной волной. Самой мощной из всех. Старика даже откинуло на шаг назад, а голову будто взорвали изнутри. Несколько минут, пошатываясь, он стоял и приходил в себя.

Но на этом было всё. После его мощного удара тварь сдохла. Ему даже не пришлось сжечь кровь — справился и в своем обычном состоянии.

После этого он выпотрошил тварь и вынул ядро. Пришлось покопаться в черной жиже, заменяющей глазу кровь. Рос глаз на таком же, как и первый его собрат, кристаллическом светящемся наросте — источнике странной энергии. Драмар этот нарост не смог сломать, как ни пытался.

Новое ядро было маленьким, намного меньше первого, и тоже парило в воздухе, но едва с него стекла вся кровь, оно тут же примагнитилось к своему старшему собрату, на котором восседала златка. Когда это произошло, она довольно трепыхнула крылышками.

Брови Драмара поползли вверх. Впервые он видел такие странные ядра. Правда и злобоглазы были для него новыми тварями. Но выглядело это так, будто какую-то часть их странных способностей ядра впитывали в себя и сохраняли.

После этой небольшой задержки он продолжил путь, продолжая сохранять такую же бдительность. В этой части яруса златки будто закончились, поэтому ему пришлось сменить направление и через неделю он вновь почувствовал «родную кровь». Началась охота на очередную златку. Но крупные твари были гораздо пугливее своих мелких сородичей и за ними пришлось погоняться. Они сразу ощущали, что их «нащупали» и хотят убить.

Тем не менее, благодаря совмещению навыков, полученных от троглодитов, и обновленному пониманию своей Крови Драмар стал четче «слышать» кровь Златок. Достаточно было сесть на месте, погрузиться в себя, закрыв глаза, и во тьме они появлялись золотыми точками.Сейчас таких точек было две и они сразу начали отдаляться от него, почувствовав чужое внимание.

— Дерьмо! — громко выдохнул Драмар, — Почувствовали.

Парящая златка непонимающе на него посмотрела.

— Всё равно догоню. — ответил ей старик.

И догнал.

Хотя на преследование каждой ушло по неделе. Однако на заключительных этапах он уже не использовал поиск по Крови, а просто примерно представляя, где тварь прячется, отыскивал существ используя нюх. Первая златка забилась в какой-то дальний угол, из которого пришлось ее выкуривать дымным грибом. Вторая так и вовсе спряталась в черную лужу глубиной с локоть, где зарылась в мутную жижу на дне.

От Драмара было уже не спастись подобными уловками. Его чутье улучшалось с каждым днем.

Увы, ядра обеих тварей оказались небольшими.

— Надо еще много ядер достать. — сказал он златке. Та просыпалась лишь затем, чтобы направлять свой полет. Сейчас и вовсе открыла лишь один глаз. Происходящее ее не волновало. У нее был свой защитник.

* * *

За следующий месяц Драмар собрал еще десять ядер.

Злобоглазы встретились ему дюжину раз, но ни разу не попадалось такого огромного как тот, первый. Если глаз был относительно небольшой, старый гоблин использовал его для собственной тренировки. И каждый раз он ощущал, как с каждой подобной тренировкой его сопротивление ментальным волнам и атакам улучшается. Мозг и его Кровь привыкали.

Из каждого глаза Драмар брал ядро, и оно тут же примагничивалось к остальным. Поверх дюжины ядер, которые, сгруппировавшись, парили на уровне его головы, сидела, будто на награбленном добре, довольная златка. Она подросла — всё потому, что охотясь, старик скармливал ей мелкие и ненужные ядра других существ. Теперь ее длина достигала пальца.

Его в который раз удивляло, как легко насекомые поглощают ядра друг друга и при этом им вовсе не было необходимости есть ядра таких же существ как они, в отличии от гоблинов.

Пока он не знал, что делать с ядрами добытыми из глаз: выбрасывать их было жалко, а никакой пользы Драмар в них пока не видел. Именно поэтому он и позволял златке парить на них. За спиной, в плетеной корзинке, он хранил добытые ядра златок. На них, как на легкую добычу, слеталась мошкара и другие мелкие твари, но тут в дело вступала златка, которая начинала оборонять и отгонять от добычи насекомых.

Хоть какая-то от нее польза, — думал в такие моменты Драмар, глядя как она перекусывает очередного неудачливого жука.

Невероятно, но ни разу за всё время Охоты у него не случилось ни единого провала в памяти. Наоборот, память, как и во время пребывания у троглодитов, работала кристально ясно, и он помнил все хитросплетения тоннелей и пещер, по которым брел в