Накануне империи. Прикладная геополитика и стратегия в примерах - Валерий Коровин

Данная модель при этом не исключает поднятия по властной вертикали и представителей традиционных этносов, желающих включиться в систему государственного устройства и управления. Однако такой социальный лифт во властной иерархии должен строго исключать любое, даже малейшее сохранение какой-либо клановости. Государственный руководитель должен иметь исключительно укрупнённый взгляд на процессы, стратегическое, государственническое мышление, стоящее гораздо выше как личных интересов, так и интересов каких-либо локальных естественных — этнических, искусственных — социальных или политических групп. Для этого представитель того или иного традиционного этноса или народа обязательно должен сначала пройти через горнило федеральной политики, а уж после этого спуститься обратно в регион, но не в свой, где его сразу квалифицируют как представителя того или иного клана, а в другой, не связанный с ним корнями или происхождением. Идеальным примером такого политика является выходец из Республики Тыва, имеющий тувинские корни, но принявший не только идентичность русского народа, но и государственное мышление Сергей Кужугетович Шойгу, который, отслужив много лет в должности федерального министра, в какой-то момент был назначен главой Московской области, а уж только после этого министром обороны РФ.

Вопрос кадров не решён

Кадровый вопрос вообще является больным местом нынешней власти: федеральные чиновники передвигаются с места на место в произвольном порядке, а действующие главы регионов зачастую оказываются единственно возможными, по сути, безальтернативными кандидатами на управление регионом. России просто необходима кадровая революция, иначе вырождения элиты, как в прямом, так и в переносном смысле, не миновать. Причём в ситуации полного отсутствия полноценной политической жизни в стране и с учётом того, что кадровое обновление является уже условием выживания государства, такая революция должна быть инициирована сверху, то есть идти от самого президента.

Стране нужна новая опричнина — пассионарный кадровый вброс, свежая кровь, думающая и делающая молодежь, способная резко и качественно обновить состав государственной элиты, динамично перемещаться по стране, контролировать элиты региональные, от имени президента решать острые текущие проблемы. Необходимо призвать эту опричнину, не дожидаясь, пока она сама постучится в ворота Кремля. Новая опричнина спасёт российскую элиту от вырождения, предотвратив тем самым коллапс управленческой системы, крушение вертикали власти.

Губернаторы новой, евразийской России могут быть выходцами из среды народов, этносов и общин нашей империи, но при этом должны представлять имперскую стратегическую элиту, т. е. свято чтить стратегическое единство большого пространства России-Евразии, сплотившей цветущее множество входящих в неё народов и этносов. Этот новый подход должен сменить банальную торговлю чиновников Администрации Президента губернаторскими должностями. Представляемый кандидат может выдвигаться в имперскую элиту своим этносом, народом или общиной, пройдя все ступени иерархии внутреннего социального устройства такого субъекта, а затем — войдя в пул стратегически мыслящих лидеров, ставящих государство и его интересы превыше всего. Во власти не должно быть носителей местечкового сознания, ставящих частное выше общего.

Если же в качестве субъектов Федерации будут оставаться «национальные республики», то в этом случае качества кандидата будут определяться исключительно «национальной» принадлежностью, а его легитимация будет зависеть не от позиции федеральной власти, а от консенсуса местечковых элитных кланов и процесса торга между Центром и клановыми образованьями за «своего» кандидата.

При сохранении существующей модели федерального устройства с его «национальными республиками» формат назначения губернаторов, по большому счёту, не имел никакого позитивного смысла, что и привело в итоге к постепенному отказу от него. Ибо без устранения «национальных республик» и перехода к территориально-административному делению с одновременным повышением субъектности народов и этносов Администрация Президента выступала скорее в роли продавца, а претенденты на должность глав регионов — в роли покупателей. Как может новый глава, купивший свою должность за большие деньги, быть не коррумпированным, если в этом случае он, очевидно, будет воспринимать своё новое положение как купленную возможность наибольшего заработка?

Для искоренения коррупции в управлении государством необходимо искоренить существующие ныне мотивации стремления к власти. Новая региональная власть должна быть идеалистичной, голодной и одержимой. А мобилизующей силой для неё должна стать новая опричнина, не знающая, что такое деньги, но хорошо понимающая, что такое величие Империи!

Подозрительный субъект

Укрупнение регионов Российской Федерации

В России продолжается процесс модернизации системы государственно-территориального устройства. После создания Пермского, а затем и Камчатского края, Читинская область и Агинский Бурятский автономный округ (АБАО) обратились к президенту с предложением об объединении двух субъектов Федерации в Забайкальский край. Аналогичный «объединительный» референдум был проведен в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе и Иркутской области. «Разношёрстная» Федерация начала 1990-х с самым большим количеством субъектов в мире должна постепенно двигаться в сторону более стройной и упорядоченной имперской модели евразийского федерализма.

С точки зрения продвижения к модели имперского регионального устройства процесс укрупнения субъектов РФ в целом оправдан уже хотя бы по той причине, что нынешние границы субъектов Федерации России были прочерчены большевиками ещё при Ленине и во многом определялись случайным образом, без учёта презираемых большевиками этнических, конфессиональных и культурных особенностей. Основной задачей создания «республик» было продемонстрировать, как «самоопределяются политические нации» на пространстве бывшей Империи, после чего в них случаются пролетарские революции и они входят в состав СССР. Этот алгоритм должен был продемонстрировать европейским государствам, как надо действовать.

То, что вновь образованные путём «самоопределения» республики не были и не могли стать полноценными государствами-нациями, большевиков не интересовало. Они подавали пример Европе, которая их интересовала куда больше. Всё же созданное на территории бывшей романовской империи многообразие государств жёстко удерживалось в рамках советской империи коммунистической партией, стоявшей над законом. А это значит, что в Советской России все эти «государственные» субъекты имели формальный характер.

Советское административное деление представляло собой модель наднационального объединения государств-наций европейского типа, где население не имеет этнических различий, атомизировано и относительно однородно в социальном смысле. Такой тип административного деления существует в США, где границы между штатами зачастую абсолютно прямые, то есть проведены случайным образом, по линейке, без учёта расселения этнических и конфессиональных групп, которых там нормативно и нет. Всё должно быть перемешано в «плавильном котле» до состояния «биомассы».

В отличие от США, на евразийском пространстве сохранились компактно проживающие народы и этносы, которые населяют относительно обособленные этнические, культурные и конфессиональные пространства. Однако это совершенно не значит, что они должны быть помещены в какие-то административные границы, так как на практике это невозможно. Народ или этнос — это, с точки зрения этносоциологии, живой организм, поэтому он живёт там, где хочет, свободно перемещаясь, разрастаясь и дробясь, а значит, и поместить его в жёсткие рамки не представляется возможным. Нынешние границы так называемых «национальных республик» совершенно не соответствуют границам проживания титульных народов или этносов. Скажем, в Якутии собственно этнические якуты компактно проживают лишь на небольшой части республики, которая сама по себе по масштабам территории может «дать фору» почти всем европейским государствам вместе взятым.

Что касается Башкирии и Татарстана, то здесь «этнический ландшафт» территориально крайне неоднороден. А в некоторых «национальных республиках» так называемые «титульные народы» вообще составляют меньшинство населения, как, допустим, в Адыгее. Решением этой сложной ситуации должно стать придание статуса субъекта Федерации автономиям, этносам и народам, но без привязки к жёстким административным границам. Чтобы «исправить» нынешние границы субъектов РФ, необходимо предварительно провести их укрупнение. И уже внутри этих административных субъектов Федерации следует обозначать те этнические, культурные или иные автономии, которые будут проживать там, где им удобно, придав им юридической субъектности и не загоняя их в рамки каких-то жёстких границ, соблюсти которые нет никакой возможности.