Мой жаркий Марокканский роман (СИ) - Волкова Ольга

Расположение чем-то напоминало подземные ходы, столько дверей, столько комнат. Обветшалые стены, из которых торчала солома, напоминали барак, а, поднявшись по крутой лестнице выше, мы оказались на первом этаже здания. Наполненная светом комната была совершенно из другой вселенной. Чистое убранство и приятный аромат снижали бдительность.

— Где же мы? — задала вопрос громко, зная, что Тахмина слышала меня.

— Это хозяйские хоромы Рамира. Мы в городе, Полина, правда, на окраине. Но в это направление редко кто заглядывает посторонний, — девушка ответила, но в голосе была тоска.

— Зачем же он держит меня здесь? Мне казалось, что этот человек не способен жить в домах, он же кочевник, — я была слегка дезориентирована информацией.

— Тут его меньше всего ожидают найти. Потому что большую часть времени он и его люди скитаются в пустыне.

— Значит и Амир не станет здесь искать, — как больно оказалось осознавать суть ситуации, и все же старалась не цепляться за уныние.

— Не станет, — тихо ответила Тахмина и тоже поникла. — Кроме вас, взяли еще других девушек в плен. Некоторых успели клеймить, а, кто все еще хранил девственность – выдали в жены. Это ужасно…

— Нет, Амир найдет нас, Тахмина, — я посмотрела на девушку через плечо, пусть мои слова были лишь призрачной надеждой, но в них была сила надежды.

— На все воля Аллаха, — она опустила глаза в пол, чтобы не показывать мне своей слабости.

Через десять минут, минуя лабиринт нескончаемых дверей и коридоров, меня привели в белоснежную комнату, в которой пахло медицинскими препаратами. Обе женщины затараторили на своем, постоянно дергая Тахмину, но та молчала. Мужчина-охранник оставил нас четверых в помещении, закрыв дверь снаружи.

— Они просят раздеться до гола, — перевела Тахмина, встав в дальний угол.

— А если не стану, — заупрямилась, но осеклась, когда боль в затылке дала о себе знать. Я рывком стянула с себя бесформенное платье, в которое ещё Тахмина меня одела. Следом пошли трусики и носки.

Пока я раздевалась, женщины шуршали за ширмой, но я отчетливо слышала металлический звук инструментов. Заледенела, взглянув на Тахмину.

— Что они собираются делать со мной? — голос пропитан страхом. Девушка что-то проговорила на арабском, скорее всего спросила у одной из них.

— Хотят проверить, не беременна ли ты.

— Зверскими методами? — зло задала вопрос, отступая подальше от ширмы. Я испугалась не только за свою жизнь, но и за ребенка.

Вышла женщина и протянула мне стакан, кивая на унитаз, который был прямо тут в кабинете.

— Вам нужно помочиться, — поспешила Тахмина, но я уже сама это прекрасно поняла. Взяв стакан, я выполнила просьбу-приказ; впервые в жизни чувствовала себя униженной и обруганной. Выставленной на показ, и при этом не имеющая права возразить. Отдавая наполненную форму жидкостью, моя рука дрогнула, и я взмолилась, чтобы тест показал отрицательный результат. Пока вторая женщина осматривала мое тело, а потом добралась до затылка и прижгла рану какой-то спиртовой настойкой. Первая занималась анализом. Я думала, она станет проверять на полоске тестовой, обычной аптечной, как в современных условиях, а оказалось, у них было все по-своему. Минуты показались вечностью, но потом первая женщина подошла вплотную к Тахмине и что-то шепнула на ухо. Девушка снова ахнула, и пронзительно посмотрела на меня, встречаясь со мной взглядами. Не нужно было говорить вслух, что результат оказался положительным – я догадалась сама. Но куда ужаснее стало следующее:

— Полина мне очень жаль, но по приказу господина, они должны сделать вам чистку. Вы в положении на очень раннем сроке.

— Что? — заорала я, неестественным голосом, соскочив со стула, на который была усажена. — Я беременна! Как они могут убить невинное дитя? Разве это не грех в вашей религии? Господи, это явно какой-то кошмар, — меня лихорадило. Не обращая внимания на троих женщин, я наскоро нацепила на себя свое бесформенное платье, и краем глаза заметила на тележке, которую не до конца выволокли из-за занавеси, что на подносе помимо других инструментов, лежал скальпель. Резко рванув к ширме, мне удалось оттолкнуть обеих женщин, затем схватить острие лезвия. Сама поранилась и кровью заляпала пол. Ладошка горела, но я крепко держала медицинский нож в руке. — Не подходите ко мне! Иначе… иначе…, — задыхаясь от всхлипов, я не могла сообразить, на что бы я пошла, если обе женщины все же рискнут своей жизнью...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 36

Амир Хан

Несколько дней для меня прошли, как в тумане. Самочувствие было не самым лучшим, потому что моя душа была на части раскромсана. Я не хотел никого видеть, кроме своей девушки – любимой. Полина… каждую ночь звал ее, желая услышать в ответ теплый, тонкий и милый голос. Мне становилось хреново от одной только мысли, что с ней могли что-то сотворить. Но мы никак не могли вычислить местонахождение. Отправляя несколько кортежей в погоню по следам племени Рамира, мои люди возвращались ни с чем. Но были и другие перемены. Встреча с братом оказалась для меня спасением. Я был рад, что он все-таки решился приехать, а тут еще и нападение, которое спровоцировал Атар Хан и, я уверен, что к нему также был причастен Батыр. Из-за титула неприкосновенности, я не мог применить наказание к советнику. Тут еще была сложность в договоре, составленным между моим отцом и мужчиной. Гребанный брак по согласию одной стороны. Когда со мной связались мои адвокаты, я был обескуражен новостью, что разорвать помолвку не имел никакого права, и теперь Батыр мог запросто обнародовать всему Марокко, что король не держит своего слова.

Алика, как не странно, притихла. И эта дрянь до сих пор находилась в моем доме. Вела себя, как хозяйка, даже беременную жену Шамиля успела обворожить собой. Втерлась в доверие женщины, и теперь, по приезде в свои владения после очередного патруля и поиска, я застал их обеих в главной зале.

— Почему ты все еще здесь? — холодно спросил, но, обратив внимание на милую девушку с округлым животиком – жену брата, я немного смягчился. — Разве Тахир не предупредил тебя, чтобы ты отправлялась домой. Угроза миновала. Кстати, твой отец очень хорошо себя чувствует.

Алика покраснела, но держалась стоически. Я заметил, как ее задели мои слова.

— Предупредил, — сквозь стиснутые зубы, ответила она. А потом натянула дежурную ухмылку и поднялась с подушек. Алика была красивой девушкой – этого не отнять, и ее атласное платье, которое она нацепила на себя намеренно, естественно подчеркивал каждый изгиб ее талии и бедер. Она подошла ко мне, прикасаясь в свободной манере к моей груди, посмотрела прямо в глаза, словно пыталась сбить с толку и околдовать собой. — Я так волновалась за тебя, мой король, — приторно-сладко прошептала, затем ладонью провела вверх и прикоснулась к моему лицу. Я отдернулся, и зло уставился на нее.

— Просто отойди от меня, сучка, — полушепотом предупредил, рыча сквозь зубы.

Алика напряглась, но не ступила даже ни на шаг. Такая вся уверенная и решительная, я точно знал, что она затеяла свою собственную игру, пока моя Полина находилась в плену у Атар Хана. Сглотнув комок горечи, я уже не контролировал себя. Пренебрежительно оттолкнул в сторону девку, и, кивнув Лидии, оставил обеих в помещении полных слуг и музыкантов. Шамиль задерживался, он уехал к своим знакомым, которые, по его словам, могли бы нам помочь разыскать мою Полину. Я порывался поехать с ним, но брат отказал. Велел возвратиться домой и привести себя в порядок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Время шло против меня. Оно играло со мной, словно со струной, натягивая до предела возможного. Я безумно волновался за девушку… кто знал, как Атар Хан решил отомстить. Найденные бумаги в шатре, которые он швырнул мне в лицо перед тем, как вырубить, подобрали мои охранники, прибывшие уже после нападения. Они просто не успели вовремя добраться до оазиса. Из-за поднявшейся бури, которую никто не ожидал в тот день, им пришлось остановить кортеж и переждать. Вертолеты не рискнули поднять в небо, иначе копилка жертв пополнилась бы еще несколькими подданными. А в папке Рамиром был предъявлен список требований от его племени, взамен на жизнь Полины. Войдя в свои собственные покои, я рухнул на кровать лицом вниз. Сил не было никаких. Тело горело огнем, и, кажется, вновь поднялась температура.