Теневые игры - Ксения Чайкова

– Не хочу! Чего я там не видел, в зале-то?!

– Да, ты прав, в зал нам идти не стоит,- к его удивлению, тут же согласилась я,- Давай прогуляемся по галерее.

Торин попытался с ходу найти причину, почему он не желает идти на галерею, не смог и просто поинтересовался:

– А почему туда?

– Потому что там народу хватает,- безмятежно отозвалась я. Потом, уже даже не ожидая привычных вопросов и протестов, пояснила: – В зале сейчас полным ходом идет празднование. Основная масса людей сосредоточена именно там. В такой обстановке подкрасться и лишить тебя жизни а меня клиента – легче легкого.

Тогда давай останемся здесь,- предложил Торин, к моему удивлению, не начав спорить и уверять меня в собственной удали. То, что его не пришибли на сегодняшнем турнире,- безусловная удача. Но расслабляться не стоит. Надо будет проверить, кстати, что там за князь Варракский такой. С чего бы ему вдруг меня оскорблять вздумалось? Уж не для того ли, чтобы заставить моего подопечного участвовать в дуэли, а потом и турнире, после которого, по всей логике, он просто не имел шансов остаться в живых? Кому мог помешать не слишком умный, но обожающий соваться не в свои дела Торин? Может, это его в конце концов и подвело – заметил или услышал что-то, чего бы ему знать не следовало? Вполне вероятно, и сам он толком не понял, чему стал свидетелем. Да только где ж теперь разберешься? Да тем более с этим аристократенышем – он зачастую даже вечером не помнит, что на завтрак изволил вкушать. Где уж ему измыслить какое-нибудь коварство или интригу?

Впрочем, чего только в мире подлунном не бывает. Я вопросительно покосилась на своего растрепанного большеглазого клиента, в эту минуту невыразимо благородным и аристократическим движением приглаживающего темно-каштановые локоны. Чтобы он козни затевал? Да скорее все демоны Мрака вековечного по монастырям Райдассы разбегутся и грехи свои замаливать начнут!

– Здесь мы тоже остаться не можем,- мирно ответила я, прикалывая обратно на корсаж брошку и проводя ладонями по юбкам. До чего же приятно носить дорогие красивые платья и знать, что окружающие тобой восхищаются! – Мы одни. Если кто-то вздумает обстрелять тебя из луков или арбалетов – я ничем не смогу воспрепятствовать. И свидетелей никаких нет, что еще больше облегчает задачу, если на тебя охотятся.

– То есть где люди, там плохо? И где никого нет, тоже нехорошо? – сморщив лоб от умственных усилий, переспросил графенок.

– Именно! – обрадовалась и даже немного умилилась такой сообразительности я. Ничего, в мире подлунном совсем уж безнадежных нет, глядишь, и обтешется мой клиент, пообщается со здравомыслящими людьми да и сам ума какого-никакого поднаберется.

– И что делать? – бестолково поинтересовался он.

– На галерею идти,- терпеливо пояснила я,- по которой прогуливаются дамы и кавалеры, уставшие от шума и суеты большого зала. Подкрасться незаметно убийцам будет очень сложно – не такая уж там толчея и давка, чтобы воспользоваться плотной толпой. И все на виду. Золотая середина. Как раз для нас.

– У тебя мания преследования,- обреченно констатировал Торин, вставая. Я, не соглашаясь, но и не опровергая это заявление, ласково, как и полагается даме сердца, любовнице и личной телохранительнице в одном лице, подцепила его под локоток.

На галерее народу и впрямь шаталось немало. Влиятельные лорды и прекрасные леди ходили парами, троицами и небольшими группками, тихими голосами обсуждая важные проблемы вроде достоинств вошедших в большую моду моноклей или целесообразности использования мушек. Я, умея, но не слишком любя поддерживать беседы на такие значительные темы, решительно пресекла попытки друзей Торина присоединиться к нашей очаровательной паре и потащила своего подопечного подальше oт шумных компаний, покорно выслушивая ужасающе подробный и занудный рассказ о невероятном героизме Торина, который был явлен миру подлунному во время турнира. Графенка послушать – так более отважного и умелого воителя грешная земля Сенаторны никогда еще не носила. Впрочем, отдать ему должное и впрямь стоило – Торин отделался не переломами и не вывихами, а всего лишь несколькими синяками, да и те ему не противники на рыцарском празднике наставили, а доспехи натерли.

– Да, Торин. О! Ты молодец. Ну и ну! Л ты? Вот это да! Ай-ай-ай,- сочувственно вздыхала, восторженно ахала и удивленно взвизгивала я, не особенно вслушиваясь в хвастливые разглагольствования своего спутника. Видя такой неподдельный интерес со стороны единственной слушательницы, графенок постепенно раздувался от гордости, раз за разом заводил рассказ с самого начала и постоянно припоминал все новые и новые подробности, вскоре начавшие уже откровенно смахивать на художественное сочинение на вольную тему, а не на описание реальных событий. Во всяком случае, противник в поединке трансформировался в жуткого громилу со зверской рожей хищного демона и силищей трех вернетоков. Я, помня, каким недокормленным мне казался рыцарек, выставленный в соперники Торину, на фоне прочих участников ежегодного осеннего развлечения, сочувственно кивала и старалась не улыбаться так уж гадостно и ехидно. Странный он, мой подопечный. Ведь и порядочный, и скромный, и честный, а вот не умеет этого показать.

Народу вокруг, как я уже заметила, хватало. Но даже на людной галерее найдется темное и глухое место, где очень удобно прятаться. Или цепляться к проходящим девушкам.

Присутствие моего блистательного, отважного, благородного и боевитого кавалера не остановило какого-то упившегося лорда. В первый миг я напряглась, вообразив, что кто-то вознамерился напасть на Торина, но потом сообразила, что объектом притязаний хмельного типа, вынырнувшего из какой-то ниши, являюсь я сама, и успокоилась. Уж от пьяного отбиться особого труда не составит. Особенно если учесть, что он сам едва на ногах стоит, покачивается и грозится свалиться даже от малейшего дуновения ветерка в его сторону. А ведь поди ж ты, еще и к девушкам цепляться вздумал!

– С-стой! Куда торопишься, а? П-погоди…

Я вопросительно вскинула одну бровь, на всякий случай делая шаг вперед. Пьяный-то пьяный, а вдруг он на моего клиента напасть вздумает?!

– Да ты не молчи! – любезно предложил мужчина, хватаясь за стену и поднимая на меня мутный взгляд.- И дуру-то из себя не строй. В-все вы такие – разряженные, богатые, тупые, свиньи в атласах и париках, к-козы напомаженные…

– Похоже, нас пытаются оскорбить,- наклонившись к моему уху, доверительным шепотом сообщил Торин. Вот умник, без него я об этом точно бы не догадалась!

– Любезный сударь, ваши изощренные выпады в адрес моей скромной особы не сумели зародить искру недовольства в моем сердце и оставили его глухим к подобного рода словесным оборотам,- мягко сообщила я, стараясь смутить оппонента мудреными кружевными выражениями и заставить его задуматься над смыслом сказанного. Еще один плавный и неспешный шаг вперед был сделан для того, чтобы на всякий случай заслонить подопечного своими юбками. Тьма, понимающая меня без слов, деловито раскинула крылья, словно стремясь прикрыть ими Торина. Правильно. Кто знает, что пьяному на ум взбредет…

То, что выдал в ответ хмельной лорд, явно не понявший ни слова, но уловивший общую суть и настроение моего высказывания, я не решилась бы повторить даже среди портовых грузчиков. Тьма, сообразив, что нас ругают, боевито зашипела, оскалилась и рванулась к наглецу, но я придержала ее, решив не утруждать демона разборками с асоциальными элементами. Торин потрясенно ахнул и раскрыл рот, явно собираясь поинтересоваться лексическим значением некоторых особенно экспрессивных и выразительных фраз. Однако что-то мне подсказывало, что упившийся царедворец внятных пояснений дать не сможет, а лично мне растолковывать смысл его высказываний не хотелось совершенно.

– Некоторые тоже так говорили… А ведь могли бы сейчас жить,- хмуро процедила я, уловив в торопливо-бессвязной речи пьяного ненавистное слово "девка". Отчего-то оно оскорбляло меня больше, чем самые грязные и изощренные ругательства.

Торин глянул на меня и заметно побледнел – видимо, очень уж нехорошее у меня сделалось лицо. Ну да, обидеть меня – раз плюнуть. Вот только плевать придется кровью…

– Любезнейший, вы вынуждаете меня нарушить целостность ваших мягких и костных тканей, тем самым вызывая серьезные увечья вашего бренного тела… Заранее приношу искренние извинения за излишне активные и агрессивные действия, но вы, достоуважаемый, сами спровоцировали проявление силовой демонстрации моих немалых возможностей,- с сожалением оповестила я, поняв, что от пьянчуги так просто не отделаться. Вот она, современная аристократия! Спивается, скуривается, на продажных девиц себя растрачивает. Не диво, что в ее рядах знаменитые полководцы да великие мыслители рождаются все реже и реже!