В холод - Нелл Уайт-Смит

ждать. До последнего я пытался высмотреть что-то еще. Какую-то еще ловушку, какую-то новую хитрость природы, но не углядел ничего. Пространство перед нами было не более и не менее как тем, чем казалось, — дорогой в горах, ведущей меня к цели. Туда, где меня ждали жертвы аварии, страдающие от той же самой непогоды и рискующие растратить из-за понижения температуры весь запас «Пути в холод».

Не исключено, для них счет шел на часы и даже минуты, и промедление мое отнимет у них шанс на спасение, ведь я собирался им доставить самое необходимое: запас присадок, еду и примус с топливом, чтобы согревать органику и топить снег на питье. Без необходимого оборудования они просто не доживут до завтрашнего дня, не проснутся после бури.

Почувствовав мое настроение, Тонна сделал шаг, но я остановил его. Нет. В сложившейся ситуации и с нынешними ставками у принятия решений есть определенный алгоритм. Написанный кровью, замерзшей и заметенной снегом кровью, алгоритм: действовать следует аккуратно.

Правда в том, что жертвы аварии умрут не в том случае, если я опоздаю, и не в том случае, если я окажусь погребен сходом лавины или каменным обвалом. Они погибнут, если я совершу ошибку, а у ошибки, любой ошибки, есть горизонт вероятности, и он велик, если пойти вперед сейчас, в непогоду. Мы остались на месте.

Тонна переждал пургу у входа на перевал. Она затянулась далеко затемно, и я переночевал внутри своего механического соратника и лучшего друга. С первыми лучами утренней зари, когда опасность миновала, мы пошли вперед.

Железные ноги Тонны начали осторожно продвигаться вглубь занесенной снегом дороги. Я внимательно следил за склонами справа и слева от себя. Невысокими, почти неразличимыми глазу искривлениями поверхности. Да, лавина могла сойти и при небольшом градусе уклона, но подобное случалось редко, очень редко, и буря, буря уже поднялась и утихла, не стоило беспокоиться. Оставаться бдительным, следить за каждым своим шагом, но оставить позади странное мистическое чувство, будто необычные природные шипы, которыми ощетинилась гора впереди, целятся прямо в грудь Тонне, готовясь его пронзить. Это впечатление не угрожает, не предсказывает будущее.

Я никогда и нигде за три десятка лет исследований самых необычных природных образований не видел ничего подобного. Воистину, фантазия земли и ее геологии не имела пределов или границ, она ничего не боялась и не признавала над собой ничьей власти.

Тонна замедлил шаг, предчувствуя нечто, еще только зарождающееся в моих нервных окончаниях. Зарождающееся, захватывающее внимание и чувства полностью.

— Во имя Сотворителя, — произнес я, растягивая губы в скупой восхищенной улыбке, и в тот же момент сошла лавина.

Тонна, имевший опыт в подобных ситуациях, быстрее отреагировал и подался назад, стараясь выйти из-под накрывающей нас неглубокой, но тяжелой снежной волны, но сход снега на одном склоне спровоцировал аналогичный процесс на противоположном.

Голем продолжил уверенно двигаться назад, вынося нас обоих из зоны схода лавины. У нас еще оставались время и возможность избежать погребения под надвигающимися одна к другой снежными волнами, когда вдогонку первому сходу с правого склона сорвался еще один слой снега и за ним эхом четвертая волна лавин.

Все стихло, странная дорога перестала существовать, надежно спрятав внутри снежной могилы голема и механоида, разгадавших тайну этого места, но не сумевших справиться с ней.

Глава 27

Рейхар

Четвертый день экспедиции

Ледяные пустоши

Ясно

Госпожа Карьямм, видя, что мне сложно заснуть из-за боли в руке и ребрах, несколько раз за ночь предлагала обезболивающее, но я не хотел потерять контроль над собой. Кроме боли, отдыхать мне не давали и мысли о том, что происходит сейчас с остальными членами экспедиции.

Я не особенно беспокоился за госпожу Нейнарр и ее экипаж, так как знал наверняка, что у них достаточно присадки, чтобы пережить несколько ближайших дней, и если они найдут способ топить снег, то хватит у них и воды. Они дождутся помощи.

Куда чаще в течение ночи на краю сна и бодрствования мои мысли обращались к обоим исследователям, отправившимся в путь в паре только со своими големами, чье использование на неизвестных маршрутах опасно. Я пытался воскресить в памяти каждый свой шаг позапрошлого дня и понять, каким образом и как быстро господин Вейрре пройдет мой путь в обратную сторону, и не вспомнил ни одной сложности, с какой не справился бы его Тонна, однако меня не оставляло беспокойство.

По каким-то странным причинам я опасался за него больше, чем за господина Тройвина, ушедшего отчаянно, даже безрассудно на разведку найденного нами Отца Черных Локомотивов. Мыслями я твердо уверился в удаче, ведь она сопутствовала ему, и не сомневался, что он дойдет то тела голема, а дальше я бы забрал его и Пугало на Сестре Восхода. Уже после того, как мы спасем экипаж госпожи Нейнарр.

«Госпожа Нейнарр не даст никому из них погибнуть, — убеждал я себя, прислушиваясь к буре и опасаясь, что вернется неизвестный черный зверь. — Госпожа Нейнарр позаботится обо всех, кто под ее защитой. У них достаточно присадки, они дождутся помощи господина Вейрре, и мы доберемся до базового лагеря. Все будет в порядке, но мы должны продолжать идти».

— Мы должны добраться до базового лагеря раньше, чем Сестра Восхода отправится самостоятельно на поиски Сестры Заката. — От собственных слов, произнесенных четко и громко, я проснулся.

Удивительно, но только мгновение назад я думал, будто сижу в нашем ночном пристанище, прикрепившись ликровым клапаном к железным венам Фонтана, и пытаюсь одновременно заснуть и оставаться начеку, следя за происходящим снаружи. Но это ощущение само по себе оказалось сном — так мое сознание обманывало меня, давая телу отдых. На самом же деле я спал и во сне встал и вышел из нашего укрытия. Потому как нам надо было идти вперед. Нельзя терять и часа.

В ответ на мой крик госпожа Карьямм подняла голову. Она находилась неподалеку, стояла на коленях и усиленно работала ледорубом, освобождая что-то из-подо льда. Фонтан, слушаясь невербальных знаков, помогал ей, убирая осколки и пуская по льду трещины, сильно топая рядом с местом ее раскопок.

— Да, мы вот-вот тронемся, мастер Рейхар. Дайте нам пару минут.

Я направился к ним скорым, насколько мне позволяла рана, шагом, не понимая, почему они тратят время, когда оно принадлежит не нам и когда каждая минута отсчитывает не наши шансы на выживание.

— То, чем вы заняты, ускорит наше возвращение?

— Это вряд ли, мастер.

— Тогда бросайте и возвращайтесь на маршрут. Это приказ.

— Вот