По ту сторону барьера - Деймон Найт

— А сколько зугов? — снова выкрикнула старуха.

Кругом упала тишина. На втором экране все еще продолжал гореть один красноватый огонек.

— Один, — с неохотой ответил ближайший к экрану. — Один зуг остался в живых, Высокорожденная.

— Идиот, — закричала она на Пенделла. — Идиот, идиот! Как можно быть такими беззаботным? Почему ваш Барьер не убил их всех?

— Я не знаю, Высокорожденная, — проговорил гном. Его лицо дергалось, он усиленно мигал и нервно потирал руки. — По теории это невозможно, но…

— Но вот он есть! — заорала она. — Ладно, что ты собираешься делать? Как мы можем чувствовать себя в безопасности, если все еще есть живой зуг? Где этот шефт? Я говорю, где он?

Несколько рук вытолкнули Найсмита вперед.

— Здесь, Высокорожденная.

— Ну? — спросила она, повернувшись. Ее сумасшедшие глаза уставились на него.

— Ну? Ты собираешься убить его? Чего ты ждешь?

Найсмит попытался заговорить, и не смог. Его тело горело от боли, и он едва был способен видеть.

— Что это с ним? — взвизгнула старуха. — Я спрашиваю, в чем дело?

Чьи-то руки начали щупать его тело. Он смутно расслышал голос носатого мужчины:

— Ты болен?

Он ухитрился кивнуть.

— Посмотрите на него, нет, только посмотрите! — закричала старуха. — Какой с него прок? Наденьте на него воротник смерти и покончите с этим!

— Но зуг, Высокорожденная! — напомнил чей-то озабоченный голос. — Кто убьет зуга?

— Наденьте на него воротник, я сказала! — продолжал извергать ругань истерический женский голос. — Я не могу выносить его вида. Наденьте на него воротник… убейте его, убейте его!

На мгновение Найсмит почувствовал непереносимую боль, потом наступило облегчение. Он парил в темноте — в безопасности, под надежной защитой.

Крик женщины казался отдаленным эхом.

— Ну, почему вы не наденете на него воротник?

Пауза. Другой голос ответил:

— Высокорожденная, этот человек мертв.

16

В темноте существо, которое знало себя под именем Найсмит, очнулось. Память вернулась. Он знал, где он был и кем он был.

Он ощущал себя живым, хотя быстро охлаждающееся тело, в котором он находился, было мертво. Теперь он с полной ясностью мог вспомнить все те вещи, которые» Найсмит» должен был забыть.

Он вспомнил, как убил Веллса. Он вспомнил, как еще раньше стоял рядом с остатками бомбардировщика и хладнокровно отбирал личные номера членов экипажа, из тех, кто больше всего напоминал его по возрасту и росту. На выбранном личном номере была надпись: «ГОРДОН НАЙСМИТ».

Он вспомнил, как раздевал тело, нес его на плечах до ущелья, засыпал его камнями…

Он вспомнил то, что было еще раньше, свои первые личностные ощущения: тепло, защищенность, движение. Вот он выдвинул свои псевдоганглии, сначала осторожно, а затем с нарастающей уверенностью и мастерством. В результате он связал свою нервную систему с системой тела своего носителя: воина-шефта, с опозданием возвращавшегося с охоты на зугов.

И после этого он мог видеть, ощущать, слышать через органы чувств человека-носителя.

Он был внутри шефта; он был шефтом…

С мрачным удовлетворением он понял, что игра закончилась, и долговременный план успешно реализован. Его знания о собственном виде пришли только из источников, созданных людьми, но одной логики было достаточно, чтобы удостовериться, что он представлял собой контрудар представителей своего племени в ответ на человеческий Барьер. Заключенные в тело человека, как в оболочку, излучения его мозга смешивались с излучениями мозга человека, и потому он один из своего рода смог пройти сквозь Барьер. Он был единственным уцелевшим зугом; он и был тем самым чудовищем, которое его посылали убить.

Силы начали возвращаться к нему, и он почувствовал движение. Тело-носитель куда-то оттаскивали. Этим, вероятно, занимался робот. Он напряженно ждал, пока не прекратилось движение и звуки голосов затихли. Было очевидно, что его забрали из большого зала в какую-то камеру меньшего размера.

Чтобы гарантировать себя от неожиданностей, он подождал еще, но больше движения не было.

С того самого момента как тело-носитель умерло, он начал вводить в него влагопоглотитель, чтобы оно стало твердым и хрупким по срединной линии торса. Теперь он выпрямился, приложил давление и тело разделилось. В его тюрьму проник свет.

В первый раз он увидел своими глазами и был ослеплен. Мир был настолько более ярок и прекрасен, чем это могли показать человеческие органы чувств!

Теперь он видел, что плавает в маленьком и пустом отсеке среди десятков трупов зеленокожих.

Осторожно он выкарабкался из полости, которую сделал в теле своего носителя. Его конечности и крылья распрямились в воздухе, начали твердеть.

Снаружи отсека раздался новый шум голосов. Он схватил пустое тело-носитель, и быстро оттащил его в дальний конец помещения, пряча за другими плавающими телами. Мгновением позже возникла суматоха: в помещение с громким шумом влетело тело, за которым следовало другое. Первое лепетало тонким, полным ужаса голосом:

— Нет, нет, нет…

Он рискнул выглянуть. Пока он наблюдал, робот прикреплял к тощей шее техника воротник смерти. Выполнив свою задачу, робот развернулся и двинулся прочь. Он нес связку металлических воротников, которые слабо позвякивали при движении.

Оставшийся техник тщетно дергал за свой воротник. В глазах маленького человечка блестели слезы. Спустя минуту он, всхлипывая, повернулся и последовал за роботом.

Организм, который называл себя Найсмитом, мрачно ждал. Теперь, когда шефты и зеленокожие закончили свое существование, правители Города по-видимому, решили позаботиться о техниках, да и о Развлекателях, наверно, тоже. Хотя это вполне могло происходить, Найсмит ждал, потому что был вынужден ждать.

В эти первые минуты он был уязвим и слаб, и представлял собой легкую добычу для любого решительного человека с оружием.

Время от времени он осторожно пробовал свои крылья. Изогнутые косточки твердели, мембраны подсыхали. Он согнул свои хватательные члены, наблюдая, как бронированные сегменты скользнули в пазы. В его теле начались токи силы и настороженности. Скоро…

Его мысли были резко оборваны появлением в комнате другого робота. Найсмит почувствовал тянущее усилие и увидел, как тела зеленокожих, вращаясь и стукаясь друг о друга, поплыли за роботом в коридор.

Захваченный той же силовой сеткой, Найсмит последовал за ними. Снаружи он увидел, что эта маленькая группа тел соединилась с другой, значительно более крупной. По всей видимости, тела всех зеленокожих собирали вместе для последующего уничтожения. Найсмит мог бы освободиться от слабого притяжения, удерживающего его, но посчитал, что вероятность обнаружения будет меньше, если он останется на месте. Кроме того, если его предположения о происходящем верны, то процессия направится туда, куда он сам хотел попасть.