Герои не умирают - Светлана Багдерина

— В расчете… — скривились губы гардекора в подобии улыбки. Глаза его закрылись.

— Фалько, не умирай, Фалько, Фалько!!! — наплевав на слепящую боль и на взбесившийся под его ногами пол, мальчик вскочил, упал, снова вскочил, сделал несколько шагов, повалился, опять поднялся, ни на секунду не переставая кричать, точно мог так удержать гардекора на этом свете: — Фалько, пожалуйста, Фалько!!!..

— Фалько!.. — растерянная, с мутным взглядом, Белка поднялась, не понимая до конца, что случилось с ней, с Симароном и со всеми остальными, но исступленно твердя, как заклинание: — Фалько! Подожди, не умирай!!!..

Опустившись на колени, она склонилась над раненым, взяла его голову в ладони и заговорила — быстро, взволнованно, глотая окончания:

— Фалько, не умирай, не надо, пожалуйста, Фалько, живи, ты ведь Бессмертный, ты герой, ты самый лучший в мире, Фалько, пожалуйста, прошу тебя, Фалько!.. — горячие слезы бежали по щекам, промывая дорожки в грязи и копоти, и дрожь то и дело пробегала по ее телу. — Фалько… умоляю тебя… прошу… Фалько… не надо… Не надо! Не умирай!!!..

Глаза капитана едва приоткрылись, и слабая улыбка коснулась разбитых губ:

— Герои… не умирают…

С этими словами судорога боли пробежала по его изуродованному лицу и ушла, оставляя его расслабленным и безмятежным, как у спящего. Голова его бессильно упала набок, а из уголка губ потекла струйка крови.

Девочка бросилась ему на грудь и застыла. Из-под ладоней, все еще прижатых к вискам Фалько, точно робкий туман заструились крошечные золотистые искорки…

Игривый утренний ветерок переметал по кладбищу из конца в конец землю, похожую на песок, и песок, похожий на пыль, осаждая их тонким желтым слоем на сапогах, одежде и лицах. Не спеша, словно в предчувствии долгого знойного дня, поднималось солнце. Стремясь успеть до жары выкопать еще одну могилу, ушли копари, закончив здесь дело. Разошлись немногочисленные нищие, получившие традиционные пироги и монеты. А люди, собравшиеся вокруг высокого ровного холмика с песчаниковой стелой в изголовье, покидать его не торопились.

Высокий гвардейский офицер, седоволосый и усатый. Такой же высокий черноволосый мужчина с двумя шрамами на лице и перекрещенными мечами за спиной. Два мальчика: один помладше, в куртке цветов эрегорского флага, другой постарше, в простой, но добротной одежде, с кинжалом у пояса. Худенькая невысокая девочка лет четырнадцати в коричневом дорожном платье. Капитан королевской гвардии Эрегора Дагон, офицер для особых поручений короля Гельтании Тигр, их оруженосцы Аник и Найз и королевская стипендиатка Эмирабель.

Со дня штурма Летнего дворца прошел почти месяц. За это время Фалько, к изумлению всех придворных докторов, успел полностью поправиться, сбежать от их назойливого внимания, спрятаться у Лимбы, устроить трехдневную попойку на всю слободу, а когда капитан Дагон явился из дворца за почетным гостем короны — споить и его.

Аник и Найз получили предложение стать оруженосцами Дагона, и мальчик помладше своим шансом воспользовался. Найз же, поблагодарив, вежливо отказался, чем заработал славу сумасшедшего не только в Песчаной слободе, но и в королевской гвардии. Но что ему было за дело до мнений рэйтадцев, когда он должен был отправиться в Гельтанию оруженосцем самого Фалько! Мать его, узнав о намерении сына, попричитала, поохала, поплакала тайком и в открытую, но вскоре успокоилась. Материнское сердце знало, что сын ее не предназначен для мирной слободской жизни. Получив для себя и дочери Филы места горничных в Летнем дворце, она утешилась и быстро вошла в свежую колею. Об этом позаботились ее новые подруги — Леза и Илада.

Но самый крутой поворот случился в жизни Эмирабель. Подозрение о разбуженном у девочки магическом даре зародилось в душе его величества Дечебала Второго, удивленного чудесным излечением гельтанского офицера вплоть до полного исчезновения новых шрамов. Сам он в это время, ежечасно окруженный врачами, всё еще страдал от неопасной, но глубокой раны. После применения своего нового таланта на короле Белка в панике хотела бежать из города той же ночью, но не успела. Вечером пришел капитан Дагон и предложил сделку: корона платит ей содержание якобы на постижение тонкостей алхимии за границей. В действительности же Эмирабель Ронди, единственная дочь Никаша Ронди, потомственного алхимика, и Ануш Саратон, потомственной ведьмы, уезжает в поисках мага, который мог бы научить ее всем премудростям своего искусства. По окончании обучения она должна будет вернуться и тайно служить в новой роли правящему дому Эрегора. Оставшаяся за одну ночь круглой сиротой без привязанностей, она легко согласилась, хотя так и не поняла, чего король Дечебал желал больше: обучить ее или избавиться от нее, пока не свыкнется с мыслью о пользе магии, а самое главное — о безопасности магов.

Лимбе тоже нашлось место в этой утренней встрече перед прощанием. Место под стелой. Накануне отъезда Фалько и Найза старик тихо умер во сне, абсолютно счастливый и пьяный.

— Ну что, пора? — глянув на солнце, первым нарушил молчание Дагон. — Ваш караван, наверное, уже выходит из города.

— Догоним, — кивнул Фалько. Набрав пригоршню земли, он бросил ее на могилу: — Прямого пути тебе к Святому Радетелю, старина. И спасибо за всё — еще раз. Лучше сказать на одно «спасибо» больше, чем на одно меньше, говаривал ты. А тебе, сколько их ни говори, лишние не будут точно. Иди с миром, дружище. Когда-нибудь, может, снова встретимся.

— Иди с миром, — эхом повторили остальные, и на быстро высыхающий холмик полетели последние горсти земли, похожей на песок, или песка, похожего на пыль.

— Ну, что ж. И вам до встречи, ребята, — он облапил Дагона и озорно взлохматил аккуратно причесанные вихры Аника. — Это гора с горой не сходится, а человек с человеком…

— Счастливого пути, капитан! — Дагон по-дружески ударил его кулаком в плечо.

— Счастливого пути… — пожелал Аник и, понизив голос до шепота и воровато оглянувшись, договорил: — …капитан Фалько!

Серьезно глянув друг на друга, будто уже успели забыть, мальчики одновременно протянули руки для пожатия — и так же одновременно, отбросив вдруг церемонии, обнялись и на секунду застыли.

— Ну, счастливо… Фалько, — шепнул на ухо другу Аник.

— Бывай, оруженосец капитана королевской гвардии! — помимо воли, Найз улыбнулся во весь рот. — Ты не представляешь, как я за тебя рад! Но не очень-то зазнавайся!

— Сам под ноги смотреть не забывай! — задиристо фыркнул рыжий мальчишка, и друзья рассмеялись.

— Пойдем, парень, — Фалько приобнял своего оруженосца за плечи и кивнул Белке, неузнаваемо-серьезной в дорожном наряде: — Прекрасная Эмирабель, время.