Королевы второго плана - Сергей Владимирович Капков

Он похоронен на своей родине в городе Алуксне, где родился. Так он хотел. И еще хотел, чтобы после смерти мы были вместе. Я изменю своему родному городу и буду рядом с мужем, когда придет час. Сорок пять лет мы прожили вместе, и нам уже не разбежаться. У могильной оградки я спросила гробовщика: «А я здесь помещусь?» Он смерил взглядом: «Не волнуйся, хозяйка». На памятнике я попросила выбить мое имя, дату рождения и черточку, после которой Маша укажет вторую дату.

– Вы так часто вспоминаете Якова Яковлевича, что мне кажется, будь он жив сегодня, когда у вас много работы, колоссальная любовь зрителей, вам вместе было бы еще веселее и легче. Он бы очень за вас радовался.

– Я иногда мечтаю о том, чтобы Яша был негодяем. Вспоминала бы сейчас, как пропивал последние деньги или бил, и было бы не так больно. Но я жила с идеальным мужчиной. Он приносил мне в театр кастрюльку с едой, если я задерживалась на репетициях. А вечерами мы усаживались за ужин, выпивали по пятьдесят граммов и разговаривали по душам обо всем на свете. Как этих вечеров не хватает! Когда была молодой и глупой, пыталась представить: что случится, если Яша меня бросит? Была уверена, что измены не переживу – пусть уж лучше его тогда вовсе не станет. А сейчас думаю совсем иначе: пусть бы гулял с кем угодно на другом конце света. Только бы знать, что живой… После его ухода на меня посыпались предложения. Как будто он мне с небес помогает: на старости лет оказалась вдруг всем нужна.

– И в прессе, и на телевидении о вас часто говорят, приглашают на интервью, хвалят в рецензиях. И очень приятно, что последние годы вас открыли режиссеры антреприз. Сразу несколько удачных постановок – для актера это настоящий подарок.

– В театре ведь играют одни мужики, а если и попадаются одна-две женские рольки, то в основном это молодые героини. В антрепризе я сначала попала в изумительный спектакль «Голубки». Моими партнершами были Зина Шарко, Нина Усатова, Ада Роговцева и Ольга Антонова. Я их очень люблю, работать с ними для меня огромная радость. А какая роль! Меня ввели спешно, без репетиций, необходимо было срочно заменить Светлану Крючкову. Мы ехали в поезде и проговаривали текст. Перед премьерой я успела только походить по сцене, не было ни одной репетиции. И вот – спектакль. Я сижу в темноте, в глубине сцены, открывается занавес, и тут меня начинают одолевать мысли: «Всё. Провал. Надо или бежать от позора, или отползать в угол сцены…» И спасло ситуацию только то, что сначала я подумала о своих товарищах, которые долго готовились к этому спектаклю, а потом подумала о Яше… И начала молиться: «Яшенька, помоги мне!..» И вдруг на меня снизошло такое спокойствие, будто сверху накрыла благодать! Я взяла себя в руки и сделала всё четко, правильно. Может быть, мне всё это показалось, но впечатление сложилось, будто кто-то мне помог.

Антреприза

На сцене Ленинградского театра драмы Кира Крейлис-Петрова сыграла во многих спектаклях классического репертуара: «Дети солнца» Горького (Антоновна), «Отец Горио» Бальзака (Сильвия и м-м Кутюр), «Много шума из ничего» Шекспира (Урсула), «Недоросль» Фонвизина (Еремеевна), «Колпак с бубенчиками» Пиранделло (Фана) и «Женитьба Бальзаминова» (Бальзаминова), «Свои люди – сочтемся!» (Аграфена Кондратьевна Большова), «Не всё коту Масленица» (Маланья) Островского. С возрастом Киру Александровну стали сравнивать с Фаиной Раневской, Екатериной Корчагиной-Александровской, Гликерией Богдановой-Чесноковой, назвали даже «Толубеевым в юбке». Но актеру всегда мало. С появлением антреприз Крейлис-Петрова вновь расцвела.

В год двухсотлетия Александра Сергеевича Пушкина Геннадий Тростянецкий поставил прелестный спектакль «О вы, которые любили…». В основе – письма женщин к Пушкину и их воспоминания. Анна Керн (Ольга Антонова), актриса Александра Каратыгина-Колосова (Нина Ольхина), цыганка Таня (Зинаида Шарко), поэтесса Александра Фукс (Татьяна Тарасова) и «кавалерист-девица» Надежда Дурова (Кира Крейлис-Петрова) – столь несхожие и даже противоположные женские характеры – «играли» великого русского поэта, раскрывая его живые, противоречивые черты. Пять блистательных петербургских актрис составили уникальный актерский ансамбль, который получил высшую театральную премию Санкт-Петербурга «Золотой софит». О постановке восторженно писала пресса, а Кира Александровна стала востребованной актрисой антреприз.

Через год вышел спектакль «На кабельных работах осенью 1969 года» по поэме Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки», в котором партнером Крейлис-Петровой был Андрей Краско. Затем – спектакль по пьесе Степана Лобозерова «Любовь – не картошка, не выбросишь в окошко…», имевший безумный успех и в обеих столицах, и в провинции. Я не раз бывал на этом незатейливом спектакле и наблюдал, как в зале хохотали и плакали, как прерывали действие благодарными аплодисментами.

В чем загадка этой пустячной драматургии? Кира Александровна пожимает плечами. А ответ прост – в искренней работе Нины Усатовой, Александра Михайлова, Александра Панкратова-Черного, Киры Крейлис-Петровой. Они сами получают удовольствие от своих простых, добродушных героев и дарят счастье зрителям.

* * *

– Сейчас у меня любимая роль – бабка в спектакле «Любовь – не картошка…». Я купаюсь в этой роли, чувствую себя в своей тарелке и очень скучаю без нее.

– В этой роли вы очень напомнили мне мою бабушку. Даже моя маленькая дочь на премьере шептала: «Это же наша баба Клава!»

– Многие люди подходят ко мне после спектакля и говорят: «Спасибо, вы сыграли мою маму…» Или бабушку. Это для меня высшая награда. С «Картошкой» мы объехали всю Россию, в некоторых городах побывали по два-три раза, и нас зовут еще.

Мне повезло, я попадаю в хорошие антрепризы, не халтурные. Об этом направлении в театре говорят много плохого, но лично я довольна. У меня антреприза высшего качества. Наш директор и продюсер «Театра Дом» Наташа Колесник о нас – актерах – заботится, как о детях. Я получаю прекрасные роли, которые ни в кино, ни в Александринке давно не предлагают. И даже если критики ругают, мне эта работа доставляет удовольствие. Что уж говорить о таком подарке судьбы, как спектакль Тростянецкого «О вы, которые любили»! Или о работе с Александром Белинским в оперетте «Судьба-индейка» по пьесе Островского «Волки и овцы». Там я играла Анфусу, пела, танцевала, и это был настоящий праздник. Но всё равно мало пьес для старух. Я всё время прошу Наташу Колесник поставить что-то специально для меня. Она говорит: «Ищи пьесу».

– И я предлагал вам несколько пьес, но не сложилось. «Театр Дом» взял