Рассадник добра - Светлана Дмитриева

Леонор, презрительно дернув хвостом, спрыгнул с насеста и медленно подошел к магу.

— Леонор, — просительно произнес Вилигарк, — мне плохо. Меня никто не любит и не понимает!

— Мрр... — сочувственно ответил кот, подставив пузо для почесывания.

Кот, вышколенный в лучшем училище для магических животных, прекрасно знал свои обязанности и беспрекословно выполнял их, как бы они не были ему неприятны. Вилигарк с наслаждением погрузил руки в кошачью шерсть. Прикосновение к животному снимало страшное напряжение, которое мучило его всякий раз, когда заклинание не удавалось. Накопленная энергетическая мощь распирала его. Голова, казалось, просто лопалась от содержимого. У других магов это, возможно, проходило совсем иначе, но некроманты не зря считались особой кастой в Ишмизе. Вилигарк, прикрыв глаза, задумчиво гладил кота. Тот пофыркивал, но сбежать не пытался.

Через некоторое время некромант почувствовал, что ему стало легче. В животе исчезла неприятная тяжесть, а кишки перестало крутить так, будто они мечтали превратиться в клубок ядовитых змей. Сброс излишней магической энергии прошел успешно. Этот процесс всегда доставлял ему постыдное, но очень острое чувство удовольствия. Каждый раз избавляться от излишков магии было настолько приятно, что иногда Вилигарк делал это специально.

— Леонор, ты свободен, — холодно бросил он, ибо черным магам положено не иметь никаких привязанностей.

В этой среде принято считать, что настоящий специалист не подвержен переживаниям, так как они только мешают в работе.

Леонор, теперь более похожий на беременную кошку, нежели на представителя мужского пола, встал, небрежно встряхнулся и потрусил к небольшому оранжевому тазику, накрытому стеклянной крышкой. В крышке имелось только одно отверстие, очертаниями повторяющее кошачью голову со слегка удлиненными ушами. С достоинством просунув голову в отверстие, Леонор изящно выхаркнул четыре фаербола. Огненные шарики суматошно заметались по тазику. С тем же присущим только потомственным дворецким достоинством кот вытащил голову и завалился на лежанку рядом. Дыра немедленно затянулась прозрачной пленкой. Вилигарк не счел нужным даже пытаться скрыть зависть и неудовольствие, охватившие его при виде фаерболов. Он чувствовал себя неудачником. Всем известно, что по-настоящему могущественные маги плюются только огненными сгустками, тем самым уподобляя себя драконам.

— Айшма! — раздраженно крикнул он.

— Да, хозяин! — немедленно отозвалась экономка.

Маг предпочитал именно это старинное обращение, позволяющее почувствовать зависимость от него наемных работников. С тех пор как в империи отменили рабовладение, унижать слуг стало гораздо труднее, а для любого черного мага это необходимо как воздух. Если некромант не унизит или не оскорбит никого за целый день, он будет чувствовать себя больным, а если подобное продолжится еще некоторое время, магия может даже покинуть его. Он уже подумывал о том, чтобы нанять специального человека для издевательств, но вот беда: чтобы сполна почувствовать унижение, человек должен обладать чувством собственного достоинства. Те же запуганные провинциалы, которые рисковали наниматься на работу в его дом, об этом великолепном чувстве даже не слыхали.

— Убери это сейчас же! — гаркнул некромант.

— Конечно, хозяин, — покладисто согласилась Айшма.

При вызове образ экономки казался слегка размытым из-за защиты, окружающей ее, и Вилигарка это раздражало. Ну почему вся прислуга, нанимающаяся к нему на работу, носит на себе такую кучу щитов? Неужели все они настолько суеверны? Между прочим, оплачивать всю эту защиту приходилось именно ему, работодателю. Ему должно было бы льстить, что прислуга так боится его, но ко всем прочим порокам, естественным для каждого черного мага, Вилигарк был еще и чудовищно скуп. Он любил деньги и ценил их. А эти щиты стоили очень прилично. Единственным исключением из правила была новенькая ассистентка, пренебрегшая защитой от своего работодателя, да еще вдобавок ко всему сообщившая ему свое настоящее имя. Прочие пользовались удобными прозвищами. То ли она совсем его не боялась, то ли просто была необыкновенно глупа и легкомысленна. Девочка понравилась ему. Было в ней, конечно что-то странное. Но не настолько, чтобы отказать ей в месте.

— Я передумал. Пришли Марью! — ворчливо добавил он.

Экономка согласно пискнула, и образ ее поблек. Вилигарк еще секунду смотрел на видимую только ему магическую картинку, потом встрепенулся и плавно уселся в одно из массивных кресел. На себя и свою работу он денег не жалел. О нем, знаменитом некроманте, часто говорили, что он вообще не способен никого любить и ни о ком заботиться. Это было неправдой. Он любил только себя, зато так, что этой любви хватило бы на весь окружающий мир, будь она направлена на него.

Стукнувшись о громадную идиотскую конструкцию на стене, Машка вошла в большую залу. «Настоящий рыцарский замок!» — с содроганием подумала она.

— Не порть мне ковер, девочка! — прикрикнул маг, но тут же перешел на более добродушный тон: — Впрочем, вряд ли ты его испортишь. Убери тазик и можешь быть свободна.

— Это — ковер? — удивилась Машка.

— Разумеется. — Некромант пожал плечами, — Изящная кованая конструкция, служащая украшением главной залы дома. А что ты еще предполагала увидеть?

— Ну, такую большую мохнатую тряпочку, — призналась Машка, опасливо покосившись на фаерболы. — Что, вот это убрать, да?

— Ну не меня же! — раздраженно буркнул Вилигарк.

Машка подошла к тазику. Комки живого огня, словно обладая собственной волей к свободе, ожесточенно колотились о края. Прозрачная крышка тазика мелко вибрировала.

— Не бойся, они не кусаются, — сказал маг.

— Ага, — отозвалась Машка. — Зато наверняка больно жгутся, а у вас тут даже прихваток нет!

— Ты умненькая девочка. Твои предшественницы в первый раз сильно обжигались и роняли таз на пол, а я на них гневался. Это было забавно. А что такое прихватки? — заинтересовался Вилигарк.

— Штуки такие, — доходчиво объяснила Машка. — Тряпичные. Горячее брать.

Некромант поморщился и глубоко задумался. Машка с интересом наблюдала за сменой выражений на его лице. Никогда бы не подумала, что черные маги — мастера мимики.

— Ладно, — смилостивился наконец он. — Давай сюда руки.

— Зачем? — подозрительно спросила Машка.

— Учить тебя буду, — пояснил Вилигарк. — А то нанялась ассистенткой, а сама дура дурой!

— Не смейте обзываться, господин маг! — обиделась Машка. — Я, конечно, в вашей энергетике ни фига не смыслю, зато как уволюсь — и будете тут с одной вашей Сушеной Воблой управляться!