Последний бой - Сергей Соболев

Собственно, запасов нефти в эмирате Дубаи — в отличие от соседних эмиратов, и в особенности Саудовской Аравии — не так уж много: запасы, разведанные здесь в 1966 году, при нынешних объемах добычи должны закончиться уже к 2010 году. Но здешние правители в отличие от лидеров некоторых других стран, на которых в прежние годы пролился дождь нефтедолларов, оказались мудры и предусмотрительны: они вложили средства в инфраструктуру, в хай-тек, в развитие туризма и долевое участие в различных глобальных проектах.

В итоге этих усилий здесь создалась уникальная ситуация: очень многие транснациональные корпорации и международные фонды, купив или арендовав в Эмиратах роскошные офисы, используют Дубаи как перевалочную базу между Востоком и Западом, как своеобразные ворота в бурлящий, полный контрастов и противоречий, отчасти пугающий, но и очень перспективный арабский мир.

Незадолго до полудня, когда на улицах и площадях Дубаи, усиленные динамиками, разносились голоса муэдзинов, созывающих правоверных на полуденную молитву, в один из подземных гаражей огромного гостиничного комплекса проскользнул лимузин представительского класса, с отзеркаливающими на свету тонированными стеклами. Он припарковался в особой, правительственной зоне, куда не было доступа — за очень и очень редким исключением — даже самым знатным иностранцам, будь то обладатели миллиардных состояний или известные всему миру политики. Так что уже сам факт появления здесь бледнолицего, вернее сказать, «неверного», говорил, во-первых, о его совершенно особом статусе, а во-вторых, и это еще более важно, о том, что люди, организовавшие данный визит, хотели бы сохранить его в полной тайне.

Из лимузина вышли трое: рослый, чуть грузноватый мужчина лет сорока с небольшим, обладающий европейской наружностью, некий Руслан, выходец из Чечни, выступающий в роли переводчика, и местный мужчина, араб лет тридцати двух, вот уже четвертые сутки опекающий здесь, в эмирате, на пару с Русланом, господина, которому нынче предстоит важная встреча — строго конфиденциально — с одним из здешних шейхов.

Они загрузились в спецлифт, внутренности которого были отделаны золотом, сапфирами и бриллиантовой крошкой. Все прочие лифты в этом суперроскошном отеле, единственном на весь мир имеющем «семизвездочный» статус, тоже отличались дорогой, изысканной отделкой, как и в целом все интерьеры «Арабской башни», уже с порога погружая посетителей и будущих постояльцев в атмосферу «Тысячи и одной ночи», но такого, как этот, предназначенный исключительно для членов правящей династии, а также их кузенов из числа шейхов и королей, больше, наверное, нигде и не встретишь.

«Бурж аль Араб», «Арабская башня» — колоссальный, ультрасовременный отель, возведенный в виде огромного здания-паруса высотой в 321 метр на отвоеванном у Персидского залива участке земли, стоимость проживания в котором доходит до десяти тысяч долларов в сутки (такова плата, к примеру, за королевские апартаменты).

Лифт поднял их на один из верхних этажей, доступ на который был закрыт как для постояльцев отеля, так и для подавляющего числа сотрудников местного обслуживающего персонала: апартаменты, расположенные на этом закрытом для доступа этаже, не предоставлялись для проживания сторонних людей — здесь встречались с нужными людьми нефтяные шейхи и эмиры, а также руководители местных спецслужб, состоящие с правителями в кровном родстве, будучи их родными братьями, детьми или на худой случай племянниками.

Разговор длился уже около получаса. Шейх, облаченный в арабские одеяния согласно своему высокому по местным меркам сану — он куратор международных нефтяных проектов, в которых принимает деятельное участие государство Объединенные Арабские Эмираты, — ровесник по возрасту визитера, легким жестом отправил Руслана, переводившего до этого момента с арабского, и своего более молодого соплеменника за дверь, решив, таким образом, остаться наедине с европейцем.

— Мы с вами, господин Голубев, деловые люди, — переходя на добротный английский, сказал шейх. — Так что давайте не будем терять времени на цветистые речи.

— Я вас внимательно слушаю, Ваше Высочество, — чуть подавшись в кресле вперед, сказал бизнесмен (числящийся, кстати, до настоящего времени, как «заложник», человек, которого неизвестные лица похитили в Чечне, в городе Грозном, чье местонахождение не известно российским спецслужбам, за которого требуют через сеть посредников большой денежный выкуп и про которого вообще неизвестно, по крайней мере в Москве, где его держат похитители, на каком он свете находится все еще на этом или уже на том).

— Вы и ваши друзья, господин Голубев, ваши знакомые из русских спецслужб и наши братья из Чечни осуществили удачную акцию, выведя вас заранее из-под возможного удара, — задумчиво перебирая янтарные четки, сказал шейх. — Это была хорошая придумка, я говорю о вашем мнимом похищении. Вам удалось исчезнуть из поля зрения ваших спецслужб в самый пиковый момент. Вы очень умны и предприимчивы, господин Голубев.

— Благодарю вас, Ваше Высочество. — Со стороны российского бизнесмена последовал глубокий кивок. — Благодарю вас за помощь, которая была мне оказана. У меня не возникло никаких проблем по всему маршруту следования. Благодарю за «борт», который ждал меня в аэропорту Баку, за то, что удалось сохранить инкогнито и за то гостеприимство, которое вы мне здесь оказываете.

— Пустое, не стоит даже благодарить, — благодушно произнес араб. — Мы знаем вас давно, вы наш искренний и преданный друг. Мы умеем ценить друзей, пусть даже они не придерживаются одной с нами веры в Аллаха, Великого и Всемогущего.

Шейх, молитвенно вздев очи горе и, проведя ладонями по лицу с небольшой аккуратной бородкой, продолжил после небольшой паузы:

— Мы ценим приложенные вами ранее усилия к тому, чтобы передать контроль над грозненской нефтью нашим чеченским братьям, тем из них, кто сможет разумно распорядиться этим ресурсом. Благодаря вам и некоторым вашим и нашим московским друзьям этот процесс развивается в позитивном для нас всех направлении.

Голубев почтительно и в то же время согласно кивнул.

— Мы также ценим ваши инвестиции в Эмираты, в нашу недвижимость и растущую инфраструктуру. Вы ведь вложили немало своих личных средств?

— Примерно пятьдесят миллионов долларов, Ваше Высочество.

— И привели за собой еще ряд инвесторов из России. Я уверен, что сделанные вами инвестиции принесут вам изрядную прибыль: у нас очень и очень динамичный рынок.

— Я, как бизнесмен, тоже в этом уверен, Ваше Высочество, — сказал Вадим Анатольевич. — Достаточно одного взгляда в окно, чтобы убедиться, как быстро здесь все меняется, какие впечатляющие преобразования здесь происходят под вашим чутким и умелым руководством.

— На все воля Всевышнего.

Голубев, который не раз и не два уже вел переговоры с арабами крупного калибра, почтительно склонил голову, ожидая, когда один из местных шейхов, которого он в разговоре повысил в ранге, называя его почти по-королевски — «Ваше Высочество», соизволит продолжить этот крайне важный разговор.

— Господин Голубев, я думаю, не стоит останавливаться на полдороге, — вновь опустив на него глаза, сказал шейх. — Как известно, доход не бывает без хлопот... Согласны?

— Кому, как не бизнесмену, это знать, — вежливо улыбнулся Вадим Анатольевич.

Пальцы шейха вдруг замерли, прекратив свое общение с янтарными четками.

— Я уже говорил вам, господин Голубев, что м ы готовы выкупить принадлежащие лично вам и вашим деловым партнерам доли в двух нефтяных компаниях, которые на настоящий момент времени фактически отделены от материнской компании «Ространснефть».

— Да, Ваше Высочество, эту тему мы обсуждали с вами в ходе наших прошлых бесед.

— Реестры, как я понимаю, вместе с сертификатами акций вывезены за пределы России?

— Да, это так.

— Оригиналы субарендных договоров и правительственных распоряжений, а также прочие столь же важные с юридической и международной правовой точки зрения...

— Хранятся в сейфах одного из европейских банков, — поняв, к чему клонит его собеседник, сказал Голубев. — Но доступ к этим действительно важным документам сейчас затруднен.

— Гм... Ваш президент не раз говорил, что и он, и ваше правительство приветствуют иностранные инвестиции в российскую экономику.

— Боюсь, Ваше Высочество, что к нашему случаю это не относится. Кое-кому в России не понравится, что более чем четвертью акций «Ространснефти», то есть фактически блокирующим пакетом, будут на протяжении долгих лет распоряжаться офшорные компании. Кто бы за ними ни стоял... Онивозбудят еще одно «дело ЮКОСа», короче говоря, отнюдь не будут сидеть сложа руки.