Люби меня вечно - Джоанна Линдсей

— Почему ты еще здесь? — возмущенно спросила она, испепеляя его взглядом. — Дожидаешься, когда сюда явится еще кто-нибудь проверить, правду ли сказала Мэри? Ты наверняка увидишь, что в коридоре дожидается с десяток горничных, чтобы посмотреть, как ты пойдешь к себе! Зачем их разочаровывать?

Он не стал обращать внимания на ее сарказм.

— Я жду, когда ты скажешь, что выйдешь за меня замуж.

— Я чего-то не поняла, Макгрегор. Разве тебя только что не застали в моей постели? Едва герцог об этом услышит, другого выбора у нас не будет.

Но не упоминание о заклятом враге заставило Лахлана стремительно встать, тоже выказывая некоторое недовольство. Он не намеревался шокировать Кимберли — тем не менее преуспел в этом.

Она густо покраснела. Любовные отношения еще были для нее внове, а он предстал перед ней во всем своем мужском великолепии.

— Другого выбора и нет, Ким, кто бы об этом ни услышал. Но я все еще не получил от тебя согласия выйти за меня замуж и не уйду отсюда, пока ты мне его не дашь.

Это вывело ее из состояния шока.

— Да, выйду! И надеюсь, ты доволен, — потому что потом радоваться тебе будет нечему. Когда мой отец узнает…

— Я с ним сам поговорю, милочка, не тревожься, — ответил он совершенно невозмутимо.

Кимберли начала было объяснять Лахлану, что иметь дело ему придется не просто с возмущенным отцом, а с человеком, глубоко предубежденным, но была слишком зла, чтобы пускаться в подробные объяснения. Она его предупредила. Если он предпочитает не принимать ее слова всерьез…

— Знаешь, Ким, — добавил он, отыскав свою одежду и начав одеваться, — сдается мне, что теперь тебе никто не поверит, даже если ты скажешь, что была со мной той ночью, когда украли лошадей. Все подумают, что ты просто пытаешься меня защитить. Похоже, теперь у нас нет другого выхода, как только найти настоящего вора.

Она кипела от возмущения и не стала ничего отвечать. Ей хотелось как можно скорее выдворить его из своей комнаты, чтобы в одиночестве горевать о своей злой судьбе. Но ее взгляд ясно сказал ему, что никаких «нас» она не принимает.

К ее вящей досаде, его выразительный взгляд ответил, что теперь они во всем вместе.

Когда Лахлан наконец вышел за дверь, в коридоре оказалось всего восемь горничных.

Глава 33

Примерно в полдень герцогиня прислала к Кимберли горничную с приглашением прийти к ней в ее личную гостиную. Кимберли застонала. Да, история о ее позоре очень быстро достигла ушей Меган.

Впрочем, удивляться было нечему. Через несколько минут после ухода Лахлан постучал в стену и заорал:

— Ты ошиблась на двух, милочка! Я насчитал восемь горничных!

Она швырнула в стену книгой, жалея, что не может попасть ему по голове. Она уволит свою горничную, как только та осмелится к ней явиться. Конечно, Кимберли это уже не поможет, но хотя бы послужит девице уроком — пусть знает, что надо помнить об интересах своих хозяев. Хотя она вряд ли способна это понять.

Кимберли прибыла в герцогские покои вовремя. Она приготовилась пережить самые неловкие и неприятные минуты своей жизни. Она и оделась соответственно — в темное платье, и волновалась так, будто в гостиной мог оказаться отец. Она ожидала увидеть Девлина Сент-Джеймса, не сомневаясь, что его вызвали из лесной засады, дабы выразить официальное недовольство ее поступком.

Но в гостиной был только секретарь Меган, который и открыл дверь, когда она постучала. Двери обеих смежных комнат оказались закрытыми; секретарь сразу постучал в одну из них, и в следующую же минуту из нее вышла Меган.

— А, прекрасно, — проговорила она, улыбаясь Кимберли. — Билла Эйблза скоро сюда приведут, а я собрала в соседней комнате четырех шотландцев. — Она кивнула в сторону второй смежной комнаты. — К счастью, мне повезло. У нашего соседа, мистера Кеннеди, гостит его дядюшка, и этот джентльмен тоже согласился нам помочь… У вас удивленный вид, милочка. Вы не ожидали, что я смогу так быстро подготовить наш маленький эксперимент?

У Кимберли невольно открылся рот от изумления. Удивленный? Она чуть не расхохоталась. Ее охватило необычайное чувство облегчения. Меган смотрела на нее только вопросительно, без всякого осуждения. Очевидно, она еще не слышала о позоре Кимберли.

Конечно, это не означало, что Кимберли не предстоит неприятная сцена; но пока она получила отсрочку. И — да, была удивлена. Невиновность Лахлана, Билл Эйблз и доказательство того, что он солгал, — все отошло на второй план, уступив место самобичеванию по поводу своей опрометчивости.

Поэтому она только сказала:

— Я действительно считала, что вам понадобится немного больше времени, чтобы все устроить.

— Нет-нет, я все сделала сегодня рано утром. Единственное, что нас немного задержало, — это отсутствие мистера Кеннеди. Должна признаться, я очень волнуюсь. Я все время сомневалась насчет Макгрегора, но мой муж был убежден в его виновности… Ну а мне очень нравится время от времени показывать ему, что он тоже может ошибаться. — Меган ухмыльнулась. — Это не дает ему расслабляться. У меня хорошие предчувствия относительно нашего эксперимента — особенно теперь, когда мистеру Эйблзу придется выбирать из четырех голосов, а не из трех.

Кимберли кивнула. Если конюх все-таки угадает правильно — это будет страшным невезением, но Меган права: теперь, когда будут говорить четыре шотландца, а не три, шансы на успех увеличились.

У них должно получиться!

Лахлан, несомненно, прав: вор в хижину больше не явится. В засаде участвует слишком много людей, он наверняка узнает о ловушке и не покажется там. Теперь это дело касается и Кимберли: она должна выйти замуж за человека, которого обвинили в преступлении. Если он не будет обелен… К двум скандалам прибавится третий. Два она еще, может быть, и переживет, но иметь мужа за решеткой… С тем же успехом ей можно паковать вещи и уезжать за океан.

Обязательно должно получиться! Но рассчитывать на это все-таки нельзя. Ведь Эйблзу может повезти. И что тогда? Похоже, это действительно их последняя надежда. Но если план не сработает, нужно придумать что-то еще. Только вот что именно? Дьявольщина, ей надо было раньше об этом подумать!

.Дожидаясь появления Эйблза, Кимберли снова быстро перебрала в памяти все подробности случившегося. Не упустила ли она чего-нибудь? Она опять и опять вспоминала все мелочи того дня — и предыдущего тоже. Вероятно, важно было и то, что вору было настолько наплевать на лошадей, что он даже не потрудился поставить их по отдельности. Разбитая голова, которая вовсе не была разбита… Час, в который произошла кража… То, что в ту ночь Лахлану было так нехорошо, — и почему это так получилось… Очевидная ложь Эйблза — очевидная для нее и Лахлана…