Люби меня вечно - Джоанна Линдсей

Глава 35

— Гром и молния!

— Почему-то я ожидала, что ты именно это скажешь, — проговорила Меган от дверей, глядя, как муж нервно расхаживает по кабинету.

Прошло несколько часов с тех пор, как ему рассказали о Билле Эйблзе: о том, как он сломался и признал свой обман. Оба злоумышленника — конюх и лорд — были уже переданы в руки судье. Конечно, Говард не признавал себя виновным.

Больше того — он имел наглость изумленно спросить:

— Неужели вы поверите слуге, а не мне? Почему-то он вдруг забыл, что именно этого ожидал, подставляя Лахлана. Именно это и произошло. Девлину удавалось держать себя в руках. Правда, для этого ему пришлось вернуться к себе прежнему: чопорному герцогу, никогда не терявшему самообладания. А именно ему, как прекрасно знала Меган, больше всего хотелось отколотить Кэнстона так же крепко, как и шотландца, — если не сильнее.

Виконт создал ситуацию, в которой у Девлина появились основания излить на шотландца ярость, давно в нем копившуюся, но не находившую выхода. И вот теперь ему придется извиняться перед человеком, которого он едва выносил. Понятно, что это извинение будет для него как кость в горле.

Теперь он, оставшись наконец один в кабинете — или почти один (Меган была не в счет), — больше не сдерживал своих чувств. И Меган прекрасно понимала, что муж очень скоро впадет в бешенство, если его немедленно не отвлечь. Однако самый хороший способ она применить не могла, поскольку уже послали за Лахланом и он должен был вот-вот появиться.

Поэтому она откашлялась, привлекая к себе внимание герцога.

— Ты же говорил, что больше не будешь заниматься этим делом, и пусть Кэнстон и Эйблз сами разбираются между собой в суде.

Он, не останавливаясь, отрывисто кивнул.

— Лошадей я получил обратно. Больше тратить время не собираюсь. У Кэнстона есть влиятельные родственники. Не сомневаюсь, его дядюшка постарается все замять. Но его семья будет знать, что теперь я им враг, о чем они пожалеют. И не оставят его без наказания.

— И ты удовлетворишься?

— Я оказался в дураках, Меган. И предпочту больше об этом не вспоминать.

— Ну, может, моя весть немного поможет тебе проглотить кость.

— Какая?

— А вот какая: Макгрегор соблазнил Кимберли. Девлин так резко остановился, что чуть не упал.

— Что-о?

Она кивнула и быстро пояснила:

— Соблазнил нашу леди Кимберли — и к тому же провел у нее всю ночь, и утром его увидели у нее в постели.

— Гром и молния!

— А, полно тебе! Я решила, что это немного развеселит тебя.

— Это значит, что мне придется объяснять ее отцу, как я допустил это!

— Глупости! — возмутилась Меган. — Ты ничего не мог сделать. Если уж такое должно случиться, то и случается. Предотвратить невозможно.

Конечно, предотвратить это было возможно — просто выставив шотландца из дома, как он и хотел сделать с самого начала. Но Девлин не стал этого говорить. Бессмысленно. Его прелестная жена на любые слова такого рода ответит какими-нибудь романтическими бреднями.

Он пристально посмотрел на нее и спросил:

— Надо полагать, ты в восторге?

— Ну… Я не разочарована. Конечно, было бы лучше, если бы они, как и положено, сначала поженились, но… Я не умею лицемерить. Дев. Мы ведь… э-э… тоже сделали нечто в том же роде, если ты помнишь.

Щеки у него чуть покраснели, и она поняла, что смогла его убедить.

— Значит, он собирается на ней жениться?

— Ну конечно, — ответила его жена. — И, если хочешь знать, весьма этим доволен. А вот она — нет, бедняжка. Сейчас она ужасно смущена.

— Вполне естественно. Меган даже ахнула.

— Только посмей!.. — возмущенно начала она, не заметив чуть приподнявшиеся в улыбке уголки его губ. — Бесстыдник! Не нам их судить. А что до ее отца…

— Он придет в ярость, и вполне справедливо, — вздохнул Девлин.

— Боюсь, это будет ужасно, — с тревогой призналась Меган.

Девлин вопросительно посмотрел на нее:

— Почему? Что еще ты знаешь, о чем я не слышал?

— Только то, что граф не любит шотландцев — всех вообще и каждого по отдельности.

— Предубеждение?

Меган с отвращением поморщилась.

— Ужасное. Он настолько их ненавидит, что скорее всего отречется от дочери, если она выйдет замуж за шотландца.

— Гром и молния! — снова взорвался Девлин. — Ты знала и все равно пыталась свести эту парочку?

— Я узнала об этом только той ночью, когда украли лошадей. С тех пор мне было не до сватовства! — возмущенно ответила она.

— Ну тогда прошу прощения.

— Да-да, проси! — парировала она. — Речь не о том, что они хотят пожениться, а граф не дает согласия на брак. Они должны пожениться! Ее папенька должен вести себя благоразумно, и я не сомневаюсь, что ты ему в этом поможешь.

— Я?!

— Конечно. Ты же не ждешь, что все буду делать я одна? — обиженно спросила она и, резко повернувшись, чуть не налетела на Лахлана.

— И как давно вы тут стоите, Макгрегор? — прищурившись, спросила она.

— Я только подошел, — ответил он, недоуменно глядя на нее.

— Ну так заходите. Но не задерживайте моего мужа надолго. Я не хочу, чтобы он опоздал к обеду. Я подам ему большую-пребольшую ко…

— Прекрати, Меган! — прорычал Девлин. Она повернулась и натянуто ему улыбнулась:

— Ну конечно же, любимый мой. Лахлан закрыл за собой дверь со словами:

— Хотел бы я, чтобы Ким была такой же послушной.

— Нет, не надо, Макгрегор, поверьте мне, — пробормотал Девлин.

Тут оба вспомнили, какая причина заставила их встретиться. Лахлан скрестил руки на груди и улыбнулся. Это была дьявольская улыбка, полная предвкушения и немалой доли ехидства. Девлин со вздохом прислонился к столу. По его лицу ясно читалось, насколько он собой недоволен.

— Лорд Кэнстон и мой конюх арестованы, и обоим предъявлено обвинение.

Лахлан возмущенно выпрямился:

— Прежде чем я успел до него добраться? Как, по-вашему, это справедливо — если учесть…

— Если учесть, что вы начали всю эту дурацкую историю, набросившись на него тем утром? — прервал его Девлин. — Я бы сказал, нет нужды снова его избивать — особенно когда вы еще не вполне поправились, а он в отличной форме и к тому же славится как прекрасный спортсмен.

Лахлан снова начал протестовать, но в конце концов признал за герцогом правоту. Было бы неприятно оказаться проигравшим только потому, что он еще не до конца оправился после предыдущей встречи.

Девлин продолжил уже в несколько ином тоне:

— Лошади найдены.

— Угу, я об этом узнал еще вчера.

— Кобылы сильно покусаны; можно не сомневаться: жеребец прекрасно провел время, — сказал Девлин, снова начиная злиться. — Теперь все испорчено. Кобылы не должны были скрещиваться с этим жеребцом.