Подземелье - Ваня Мордорский

или привиделось? Но засохшая слизь на теле тут же убирала все сомнения прочь. Произошло. Все было на самом деле.

Ступал Зур’дах тихо и осторожно. Назад теперь не оглядывался. Только прислушивался.

Сколько еще идти до другой стороны он не знал. Внутреннее ощущение времени, присущее каждому гоблину от мало до велика, — куда-то исчезло.

Там, в родной пещере, каждый, если и сомневался, всегда мог определить время по растениям, насекомым, окружающей среде. А тут…

По ощущениям, несколько часов Зур’дах точно уже брел. Или даже больше. Если учесть все вынужденные и невынужденные остановки, драки, отдых, то может и больше.

После часа пути, Зур’дах приостановился. Уже долгое время он поддерживал один темп и не снижал его. Но сейчас…

Совершенно внезапно появилось необъяснимое ощущение.

Сначала он не мог понять, что это за странный, тревожный холодок, волнами пробегающий по спине.

Холодный ветер подул?

А потом Зур’дах понял. За ним следят! Преследуют! Да так тихо, что он и не заметил.

Он застыл.

Оглядываться, или нет?

Уши напряглись. Кинжал и так был в руке, готовый к схватке.

Надо было продолжать идти боком, — укорил он себя, — так бы я заметил опасность сразу.

То, что тварь позади опаснее сороконожек чувствовалось каждым волоском тела, которые встали дымом от напряжения и страха.

Бежать?

Как далеко он убежит? И скоро ли появится выход?

Зур’дах не знал.

Мысли в голове мелькали сменяя одна другую, и он просто шел, не останавливаясь. Боялся, что как только остановится, на него накинется та тварь позади.

Это стойкое, неприятное ощущение, что где-то позади, за его спиной, кто-то крадется, не покидало его.

А еще…еще внутри него зашевелилось…что-то в крови. То, что он почувствовал в бою с многоножкой. Что-то знакомое, и теперь родное. Паучье.

Черные, блестящие глаза, много глаз, смотрящих на мир через него изнутри, из тьмы.

Паук.

Однако, Зур’дах знал, — это не тот паук, которого стоит бояться, этот паук теперь часть него, пусть и ощущается чем-то отдельным. Он не навредит. Это было понятно. И этот паук показывался уже второй раз, и сейчас он занервничал.

Значит сзади что-то действительно опасное, опаснее всего, что ему встречалось прежде!

Зур’дах еще долго не решался бы ни обернуться, ни убежать, но дунуло ветерком, как от движения тела достаточно крупного существа, и он…инстинктивно оглянулся.

Глаза включились, все это время они словно сами по себе отдыхали, а теперь сразу пространство разделилось на мелкие прямоугольники, да и само зрение привычно изменилось, детали всего вокруг, стали четче, резче.

Гоблиненок в мгновение увидел линию, которая шла от существа к нему. Вернее, будущая линия движения которая чиркнула перед глазами, предупреждая.

А уже в следующий миг к нему рывком метнулся силуэт, и два горящих желтым глаза. Гипнотические глаза, заставляющие добычу застывать в немом оцепенении.

Змея!

Хорошо, что расстояние между ним и существом было десяток шагов. Тварь двигалась зигзагообразно.

Бежать!

Не возникало ни одной другой мысли в мозгу. Только эта.

Бежать! Бежать! Бежать!

Тело отдавало только этот один приказ. Бежать как можно быстрее.

И Зур’дах рванул. Изо всех сил. Как не бегал никогда прежде. Потому что такой опасности, в родной пещере не было и быть не могло.

Тело хотело выжить любой ценой. И не быть сожранным этой тварью, которую он даже и не рассмотрел толком.

Пол мелькал перед глазами.

Теперь рассмотреть, куда он бежит и что там впереди было невозможно. Просто вперед. Что дальше — неважно. Куда — неважно. Просто бежать сломя голову.

Бежать!

Чудом, он ни разу не ударился головой об потолок, и не задел стен. Зато отчетливо слышал холодящий душу шелест за спиной.

Страх гнал вперед, не давая даже мгновения думать, заставляя тело работать на максимум, на пределе, выжимая его до капли.

Сотня шагов. Другая. Третья.

Он все еще бежал, а тварь все еще не догнала его.

Хорошо что тот мальчишка остался там. — промелькнула мысль. С ним, он далеко бы не ушел.

Из-за бешеного бега впереди все скакало и размывалось, тряслось перед глазами. Он слышал только свое громкое дыхание и шелест чешуи по камням.

Близко, совсем близко.

Проклятье!

Со всей дури он чуть не врезался в стену.

Тупик!

Нет! Справа был проход-поворот.

Зур’дах нырнул туда.

В спину пахнуло холодом. Тварь была сзади, и тело каждым волоском ощущало исходящую от нее опасность.

Сзади раздался громкий звук удар. Тварь не рассчитала скорость и врезалась в стену.

Короткий шипящий визг, и снова мерзкое опасное шуршание.

Быстрее! Быстрее!

Зур’дах еле успел среагировать на еще один резкий поворот. Нырнуть в него.

Тоннель чуть уже предыдущего.

Пригнуться!

Из потолка торчал камень. Таким и голову раскроить недолго. Зур’дах едва увернулся в последний момент.

Бежать дальше.

Легкие начали гореть, будто там кто-то специально раздувал пламя.

Сколько он пробежал он не знал. Выжать из себя он больше не мог. Ветер бил на встречу, мешая.

Стало…Влажно.

Новый тоннель был прямо-таки пропитан влагой, из-за этого дышать стало еще тяжелее. А легкие и так разрывались от бега. Пол места стал скользкий.

Сзади, совсем близко, что-то угрожающе зашипело.

Не оглядывайся! — Сам себе приказал гоблиненок.

Бежать. Еще быстрее.

Только бы не подскользнуться.

Его гнал страх и желание выжить. Тут не место никаким другим мыслям.

Бежать еще долго бы Зур’дах не смог.

Ноги отяжелели, внутренности жгло, пот тек ручьем…И все же, его еще не догнали. Шанс убежать от твари оставался.

И тут он увидел просвет. Буквально.

Впервые в тоннелях забрезжил свет. Правда синеватого-фиолетового оттенка. Типичный цвет