Подземелье - Ваня Мордорский

Зур’дах потолще, уже бы застрял. У него появились сомнения в том, что дальше получиться пролезть без проблем. Но через десяток минут, тоннель сам собой начала вновь расширятся, а еще через несколько минут и вовсе стал больше и шире изначального, в который залазил Зур’дах. Скоро гоблиненку удалось даже полностью выпрямить голову.

Зато дальше тоннель и вовсе начал резко спускаться вниз. Будь пространства вокруг побольше, может Зур’дах полетел бы кувырком, но стены все еще плотно обжимали его тело. Достаточно было упираться рукой в бок стены и никакой опасности полететь вниз не возникало.

После резкого спуска вновь пошел ровный промежуток тоннеля. Даже доставучей каменной крошки стало меньше.

Тело Зур’даха уже было покрыто сотнями порезов, правда, большинство из них уже успело затянутся.

Еще через сотню локтей, — Зур’даху захотелось взвыть от ярости. Начался резкий подъем вверх.

Перед ним гоблиненок на минутку прилег, достал светляка, тот даже не пытался улететь, — просто переползал с пальца на палец довольно мигая, а потом усадил себе на голову и пополз.

Каждый ползок вверх,требовал чрезмерных усилий. Тут то гоблиненок и понял, что ползти по ровной поверхности или вниз, — легко. Кроме того, — из за расширившихся стеной тоннеля, свалиться обратно, вниз, можно было в любой момент.

Подъем давался тяжело. Трижды проклятый тоннель, пару раз опасно сужался, однако каждый раз Зур’дах умудрялся пролазить, спасала худоба.

— Фуф… — выдохнул он, рухнув на наконец-то ровный пол.

И почти сразу дернулся, почти вскочил ощутив вспыхнувший сигнал тревоги где-то внутри. Сейчас, в тоннеле, глаза были активны постоянно. И сейчас они точно уловили какое-то движение. После бесконечно безжизненного тоннеля без малейшей живности, движение вспугнуло. Заставило насторожиться.

Гоблиненок еще раз присмотрелся. Светляк заволновался, замигал постепенно убавляя свой свет. Стараясь стать незаметным.

Показалось?

Определенно, что-то мелькнуло впереди.

Или не показалось?

Зур’дах выхватил кинжал.

Чтобы взбодрить светляка, он положил его перед собой и сыпанул щепотку корма, — тот сразу оживился и засверкал.

Теперь глаза Зур’даха видели немного дальше. Однако светляк, видимо, наоборот спугнул обитателей тоннеля.

Зур’дах выждал несколько минут в ожидании нападения. Надеялся что твари, или тварь, что бы там ни пряталось — покажутся первыми.

Тщетно. Ни одно живое существо не зашло в область свечения светляка.

Решив, что ждать бесполезно, гоблиненок двинулся вперед. Все равно, для всех детей, и для него, существовал только один путь — вперед.

Он вернул светляка на место, оставив в руке кинжал, а вторую руку освободил, чтобы опираться в пол.

Глаза видели, но смутно. Тем не менее, заметить любое движение на стенах гоблиненок бы смог. Он намеренно полз вперед совсем медленно, с остановками, — давая тем самым себе время среагировать.

Вот тут-то тварь и показалась.

Глава 19

Мальчик почти сразу заметил выделяющуюся на фоне черного камня стен, серо-зеленую многоножку. Двигалась она очень быстро, проворно и неслышно бегала по потолку, осторожно нащупывая расстояние с которого прыгнуть на него, останавливалась, водила усиками и продолжала движение. Длиной по локоть, и толщиной в пол руки.

Крупная и опасная. Большинство многоножек были ядовиты, и Зур’дах это знал. Но ядовита ли именно эта, он не имел ни малейшего понятия.

Зур’дах продолжал делать вид, что не замечает ее, и неторопливо полз вперед.

К сетке, которая разделяла пространство перед ним на сегменты он привык за этот час пути по тоннелю. И во тьме эти разделительные линии были почти незаметны.

Чем больше он приближался к этой многоножке, тем больше проявлялась дрожь в груди. Дрожь от страха и нетерпения. Сомнений в том что она нападет — не было.

Тварь передвигалась слишком быстро и совсем не торопилась бросаться в атаку.

Такая игра продолжалась почти несколько минут, он упорно и медленно шел вперед, а она то подбегала на расстояние прыжка, то убегала прочь, присматриваясь к нему издалека. И так десятки раз.

За это время гоблиненок других многоножек не заметил. Она была одна. Это его обрадовало.

С одной справлюсь.

Первой все же не выдержала многоножка.

Громко клацнув жвалами от предвкушения, она буквально слетела с потолка целясь прямо в шею Зур’даха. Хотела прикончить добычу сразу, одним неожиданным рывком.

И уворачиваться было некуда. Но и опасность что-то изменила в его глазах. Во-первых, он ощутил как они потяжелели, во-вторых, он совершенно четко увидел траекторию движения многоножки, словно предвидя ее атаку.

За миг до прыжка многоножки, от ее тела к нему протянулся размытый силуэт, как бы опережающий настоящее движение многоножки. Время словно замедлилось. Это запутало гоблиненка.

А в третьих…он ощутил как через его глаза, сквозь него, изнутри смотрит какое-то существо. Что-то многоглазое, и до сих пор тихо сидящее внутри, во тьме.

Осознание реальности пришло уже через миг, когда выставленный перед собой кинжал чиркнул по броне многоножки, нанеся легкую царапину. Траектория действительно предсказывала направление удара.

Через его глаза смотрел Поглощенный паук из ядра. Так он это ощущал. И как часть себя, и как что-то чужеродное.

Траекторию он увидел, но вот тело нормально среагировать просто не успело.

Поняв, что атака провалена, многоножка бросилась на него снова, в этот раз заходя сбоку.

Зур’дах встретил ее ударом кинжала. Как и прошлый раз, атака предвиделась в одном из секторов, и вновь шла по прямой траектории. Сейчас гоблиненок был предельно сконцентрирован и рубанул уже не наугад, а точно по ножкам.

Хоть одну, но задену.

Кинжал, на удивление острый, отсек сразу несколько ножек, но это нисколько не остановило тварь.

Она чуяла кровь мальчика, и ей до безумия хотелось попробовать ее. Прямо сейчас, не медля ни мгновения.

Вблизи, этот запах еще сильнее пробуждал ее жажду крови, и сейчас она просто не могла остановится, не насытившись до отвала его кровью.

Многоножка метнулась в сторону, и зашла с другого бока.

Потяжелевшие от чужого