Подземелье - Ваня Мордорский

сориться, и Шарху пришлось почти силой разнимать нескольких гоблинят, которые выбрали одно и тоже дерево.

На дерево Зур’даха не претендовал никто.

— Оооооо… — вдруг протянул Шарх, — вылезли.

— Смотрите. — он указал рукой назад, на кучи камней возле стены.

Зур’дах оглянулся, и увидел как за одной из куч камней показались десяток гоблинских ушей. Они уже особо не скрывались, понимая, что их заметили.

Глава 24

— Может позвать их к нам? — предложил один наивный гоблиненок.

Шарх только улыбнулся.

— Они не хотят рисковать. Они хотят дождаться пока мы сорвем цветки и вернемся сюда. А вот тогда они прибегут отбирать. Они надеются, что мы сделаем всю работу за них.

— Но нас же больше. — возразил гоблиненок, задавший вопрос.

— Пока больше, — мрачно уточнил он, — Сколько нас останется когда мы сорвем это проклятые цветы?

Все молчали.

Зур’да вдруг почувствовал — пора идти! Стоять вот так на виду всей толпой просто опасно.

Другие, ощутив нечто похожее двинулись вперед. Шарх молча шел одним из первых.

Зур’дах же направлялась точно к тому островку который выбрал. Тот был немного меньше остальных, и почти самым крайним слева. Может до него и было дольше идти, но зато гоблиненок не заметил там никакой видимой опасности.

Двигался он осторожно, ожидая подвоха даже от пола по которому шел. Сначала перед ними в трех десятках шагов показались кусты, колючие, шипастые, по пояс ростом.

Все разошлись по своим направлениям, и теперь между детьми раскинулось расстояние в три-четыре десятка шагов.

Три десятка шагов, и вот он оказался у первого куста.

То, что куст шевелится как живой, он заметил еще не доходя десятка шагов. Держать глаза спящими, теперь, когда его никто рассмотреть не мог, — было бы глупостью, и сейчас он полностью пользовался своим преимуществом перед остальными.

Никаких сомнений в опасности куста не было, ветра не было, а значит…он был живой. Таких живых растений в подземелье хватало, с виду неподвижные, неопасные, а на деле очень даже активные, только и ждущие момента для атаки. А живое растение, все дети это знали, вдвойне опасно.

Неожиданностью для него стало другое.

Куст выстрелил!

Зрение Зур’дах за долю мгновения словно замедлилось и он увидел как внизу колючек набухает небольшой шарик. Мгновение, громкий чпок, и куст выплюнул все свои колючки в разные стороны. Сотни колючек, с виду совсем не опасных, полетели во все стороны с сумасшедшей скоростью. Небольшие, на такой скорости они могли проткнуть все что угодно.

— Падай! — раздался запоздалый крик предупреждения сзади Зур’даха.

Однако гоблиненок и сам уже рухнул на пол. Среагировал вовремя, в тот же миг как увидел набухающие шарики.

Так ему показалось вначале. Оказалось нет. Опоздал. Всего на долю мгновения, но опоздал.

В десятке мест тело обожгло болью. Он осторожно приподнял глаза на растение. Там не осталось ни одной колючки. Куст выстрелил всеми сразу, полностью разрядившись.

Пару десятков этих шипов застряли у него в правой руке и боку, на которые он случайно принял первый, и пока единственный удар.

Десяток секунд Зур’дах лежал ожидая, — последует ли новая атака. Мало ли еще сюрпризов в этом растении.

Но…ничего. Похоже, больше кусту атаковать было нечем. Он израсходовал все колючки.

Зур’дах оглянулся.

Остальные тоже подошли к кустам, кто поближе, кто подальше. Кто позже те успели заранее лечь, кто раньше, получили такие же легкие ранения как и он.

Кто же его окликнул.

Точно! Его окликнул Шарх. Окликнул еще до того как куст выстрелил, а значит…

Значит он знал, что куст стреляется…и не предупредил никого заранее.

Так и я не предупредил никого о той твари, которую увидел.

Однако те из них, кто не успели первыми, те, в кого куст не разрядился, попробовали спровоцировать с помощью камней. Подобрали мелкие и покрупнее с пола, на нем камней валялось в избытке, и начали бросать. И в сам куст, и в пространство возле него.

Никакой реакции. Будто куст реагировал только на живое существо и подобными уловками его было не обмануть.

Теперь Зур’дах замер, наблюдая как остальные справятся с этим препятствием, и лежа вытаскивал из себя колючки.

Хоть бы не ядовитые.

Остальным пришлось пройти куст так же как и он. Теперь они знали как он атакует, и чуть только замечали что начинают набухать колючки, как сразу валились на пол.

Впрочем увидеть это одно, а среагировать вовремя — совершенно другое.

Практические никто не смог полностью уклониться. Колючки попали по всем. Однако, видимо, главное было то, что они не попали в лицо и другие важные органы.

Зур’дах теперь наглядно увидел разницу между своей обновленной реакцией тела, и той, врожденно, которой обладали остальные дети.

Некоторые, даже зная заранее, что нужно уклонится, — не успевали. Тело, рефлексы, не успевали.

Только Шарх получил пару царапин, и все.

Впереди было еще с десяток таких кустов и шарообразных растений, словно ветров качающихся взад -вперед. И только за ними начинались, собственно, островки растительности.

Зур’дах уже щурился, понимая что избежать ран не удастся. Впереди раскинули ветки еще несколько стреляющихся кустов.

Он оглянулся назад.

Та дюжина гоблинят, которые прятались за одной из горок, сейчас совсем беззастенчиво и нагло выступили вперед, наблюдая как остальные дети проходят полосу препятствий.

Расстояние между детьми все увеличивалось, сначала двадцать шагов, потом тридцать, а через десяток секунд уже составляло сорок.

Зур’дах поднялся и сделал несколько пробных шагов. С телом все было как будто бы в порядке. Уж яд-то, он наверняка бы почувствовал.

Теперь зрение Зур’даха работало постоянно. Он видел все. Малейшее движение стеблей растения.

Глаза внимательно следили и за шарообразным засохшим растением и за лианами дальше, и за следующим кустом.